Сила, способная изменить мир: Вера - "Элиза Полуночная"

Девушка сидела у обочины, держа свою флягу в коконе магического пламени. На него она не смотрела.

— Простите. Я сглупил…

— Бывает. Главное — что живой и здоровый, — она улыбнулась, гася пламя. Камни на фляжке снова стали прозрачными. — Огонь помогает от заразы. Вот только лечить им не получится…

— Я бы хотел посмотреть на родник, может получится помочь этим людям.

Анью молча кивнула, легко запрыгивая на спину Охтара. Аман подошел к ней, поглаживая бок жеребца, останавливая руку в нескольких сантиметрах от коленки девушки и смотря ей в глаза.

— Вы спасли мне жизнь. Спасибо.

— Мы же друзья, — она весело улыбнулась.

Аман сел на своего коня, привычным движением перехватывая поводья и возобновляя путь. Девушка, как обычно, была слева от него. Жрец старался на неё не смотреть. Всё ещё было стыдно. Не столько за свое глупое любопытство, едва не закончившееся смертью, сколько за те мысли, что проскользнули в его голове, когда искательница расстегивала пуговицы его рубашки. И сейчас Аман старательно пытался их забыть…

Глава 8. Мор

Где мой дом из песка недостроенный?

Он, наверное, не выдержал ветра.

Отчего так бессильны порою мы

Перед целью своей в сантиметрах?

Где мой мир безупречный и правильный?

Он рассыпался облаком пыли.

Мои ангелы небо оставили,

А вернуться на землю забыли.

И никого вокруг, это только мой стук в старые ворота

И никого здесь нет, это только твой след, мне неважно кто ты.

Город 312 — Помоги мне.

Аньюриэль.

Анью не успела понять, в какой момент поиски Ковчега превратились в спасательную миссию. Впрочем, эта странная зараза, косящая людей, вызывала у неё непонятные ощущения. Больные пахли чем-то странно сладким, от чего хотелось блевать. Мерзкий запах заполонил всё вокруг, забиваясь в лёгкие, от него невозможно было спрятаться. Казалось, что она словно потеряла обоняние, от чего нервничала ещё больше. Аман возился с больными, обрабатывая жуткого вида язвы. Радовало то, что он не стал спорить и артефакт не снимал.

Все лекари такие самоотверженные дураки?

Ответа на этот вопрос у неё не было… Аман, склонившийся над больными, будил в ней неприятные воспоминания. Хотелось собрать жреца в охапку и уехать поскорее, монашка вполне неплохо справлялась и без его помощи. Но колдунья просто молча ждала, облокотившись на камни. Для глупого святоши это было важно…

Они продолжили путь только тогда, когда Аман убедился, что все страждущие были перевязаны. Анью напряженно вслушивалась в окружающие звуки и обшаривала магией всё вокруг, пытаясь заменить ею бесполезное сейчас обоняние. Жрец был печально задумчивым и молчал. Его тоже что-то беспокоило, но Анью не приставала с вопросами.

Захочет — сам скажет.

Неприятное ощущение, появившееся у неё ещё во время подъема, постепенно нарастало. Мерзкий запах усилился, становясь практически невыносимым. Анью усилила магические поиски в том направлении, откуда исходило зловоние.

Вот оно!

— Нашла! — она спрыгнула со спины Охтара, забегая в лес. Позади что-то кричал Аман, но она уже не слушала его, сосредотачивая всё внимание на звуках в лесу. В том, что жрец последует за ней, колдунья не сомневалась

Источник запаха нашелся через пару минут. Дрянь росла из ствола мертвого дерева. Покрытый струпьями и гнойными язвами кокон, имел слабую магическую ауру, напоминающую ауру демонов. Анью чувствовала, как нагрелся браслет. Странная находка явно была опасной. Треск веток и шум шагов известили о том, что жрец догнал её.

— Ты знаешь, что это? Эта дрянь пахнет так же, как и больные — сладковато-тошнотворно. А ещё я чувствую странную магию. Это как будто демон, но не демон.

— Я никогда раньше не встречал ничего подобного… — Аман удивленно осматривал находку.

И что же это такое?

Анью задумчиво смотрела на странный кокон, не зная, что с ним делать. Из размышлений её выдернуло ощущение колебаний магических потоков рядом. Глупый святоша тянул руку к кокону, на котором стремительно увеличивался один из нарывов. Инстинкты среагировали раньше сознания. У силлинов, как и у большинства живых существ Акрассии, в случае угрозы было две защитные реакции: бежать или убивать. У Анью они сработали по очереди… Она схватила Амана за ворот мантии, используя и внутренний резерв для телепортации и экстренный телепорт в кольце, чтобы максимально увеличить дистанцию. Сразу же после вспышки она вскинула руку, призывая пламя. Дрянь, хоть и плохо, но горела, издавая странные шипяще-свистящие звуки. Пришлось увеличивать температуру огня, пока странный кокон не обратился пеплом. Только тогда браслет на её руке начал остывать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Анью немного отодвинула ткань перчатки — камень был прозрачный. Она перевела взгляд на жреца, он в ступоре сидел на земле на том же месте, где его выкинуло телепортом. Посох лежал неподалёку. Колдунья села рядом, расстегивая крепление плаща и пытаясь добраться до кулона. Аман удивлённо посмотрел на неё и попытался перехватить руки.

Совсем не соображает?!

Жрец стал сопротивляться интенсивнее, явно начиная приходить в себя от шока и мешая ей доставать кулон. Анью надавила на плечи, заваливая глупого святошу на землю, и усаживаясь ему на живот. Груз из неё был так себе — они с Аманом однозначно были в разных весовых категориях, но эффект неожиданности сработал — ей удалось добраться до пуговиц.

— Искатель, я же служитель Руфеона! Вы что творите? Прекратите немедленно! — жрец стремительно начинал краснеть.

Что?!

— ТЫ — ИДИОТ! — испуг и негодование выплеснулись криком.

Аман замер, удивленно смотря на неё своими красивыми глазами цвета океана. Кажется, он не был согласен с этим заявлением. Анью запустила руку в ворот рубашки, поддевая пальцами цепочку и вытягивая наружу кулон. Камень был прозрачным.

Слава богам!

— НИКОГДА ТАК БОЛЬШЕ НЕ ДЕЛАЙ! ЕСЛИ ТЫ ЗАБОЛЕЕШЬ И УМРЁШЬ — Я НАЙМУ НЕКРОМАНТА! ОН ВОСКРЕСИТ ТЕБЯ, ЧТОБЫ Я МОГЛА УБИТЬ ТЕБЯ ЛИЧНО! ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?

Анью замерла, смотря на камень кулона, вспышка эмоций прошла. До неё доходило, что вот прям в этот самый момент она бессовестно сидит верхом на несчастном служителе Руфеона… На которого только что наорала. Аман пытался сравняться цветом лица с её волосами. Девушка молча поднялась на ноги, стремительно уходя в сторону дороги. Ничего умнее, чем попросту сбежать от неловкой ситуации в голову не пришло. Нужно было успокоиться…

Дойдя до дороги, она сделала несколько шагов в одну сторону, затем круто повернулась и прошла в другую, после чего замерла на месте. Бежать дальше было некуда. Уйти без Амана она не могла. Кони флегматично жевали траву, растущую у обочины. Им до её внутренних терзаний не было никакого дела. Проблема со странным коконом и неизвестной болезнью так и не решилась… Она села на обочине и глубоко вздохнула, мерзкий запах никуда не делся…

Наивно было предположить, что этот кокон был единственный.

Анью сняла с пояса фляжку, выливая из неё остатки воды. Камни по-прежнему были черными. Колдунья сосредоточилась, создавая сферу пламени вокруг фляги и выжигая из неё всю заразу.

Из леса доносился шум шагов. Аман вышел на обочину дороги и медленно подходил к ней. Посмотреть на жреца у Анью не хватало решимости, она делала вид, что очень увлечена процессом.

— Простите. Я сглупил… — голос у Амана был виноватым.

И всё? Нравоучений не будет?

— Бывает. Главное, что живой и здоровый. Огонь помогает от заразы. Вот только лечить им не получится… — она улыбнулась, судя по всему, её самовольство останется безнаказанным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я бы хотел посмотреть на родник, может, получится помочь этим людям.

Родник, так родник.

Анью убрала флягу обратно в сумку и запрыгнула на спину Охтара. Аман подошел, поглаживая коня и посмотрел ей в глаза.

— Вы спасли мне жизнь. Спасибо, — жрец улыбался

— Мы же друзья, — не улыбнуться ему в ответ было невозможно.