Право первой ночи(СИ) - Татьяна Шульгина

  -- Езжай, Ранд отвезет тебя, - кивнула Доу, сменив враждебность на ласку, отчего сразу стала похожа на добрую тетушку. Николь подумала, что все вокруг отчаянно отговаривают ее от связи с графом, и только Мадлена не видит никаких проблем.

  Глава восемнадцатая

  Николь поднялась к себе, собрала вещи и украшения в небольшой дорожный сундук. Слуга из конюшен помог ей снести его и укрепить в карете. Сам он сел на козлы, а девушка заняла место внутри.

  Они выехали во двор, потом за ворота и вскоре покинули пределы замка, направившись к деревне Николь. Она смотрела в окно на осенний пейзаж, еще раз прокручивая в голове их разговор с графом. У нее было несколько дней, чтоб воплотить свой замысел. Миссис Доу права, ей нужно всего лишь уступить ему, не сопротивляться. Тогда она быстро надоест ему и Джон уже не сможет использовать ее в своих целях. А графу не придется жениться на простолюдинке. Решение казалось ей идеальным, если бы не одна проблема. Николь не могла представить, как будет жить после того, как граф оставит ее.

  Все последние дни, пока они были вместе, Николь чувствовала себя как никогда счастливой. Но все равно находила любые предлоги, чтоб проводить весь день в деревне, потому что знала, если надолго задержится рядом с ним, уже не сможет оттолкнуть. Избегать его становилось все труднее, и пока она была вдали от него, ни о чем другом не могла думать.

  Николь посмотрела на кольцо и улыбнулась. В конце концов, она будет счастлива еще несколько дней, а что будет потом, неважно.

  На дороге показался путник в потертом плаще с небольшим мешком за плечами.

  -- Кто это? - спросила Николь, открыв дверцу.

  -- Не знаю, - ответил кучер, молодой деревенский парень, недавно служащий в замке.

  -- Может, он тоже идет в деревню, - предположила девушка. - Можем мы подвезти его?

  -- Вы приказываете мне, а не я вам, - лукаво усмехнулся Ранд.

  -- Тогда приостанови, когда будем поближе, - ответила Николь, прикрыв дверцу и выглядывая в окошко. По этой дороге редко ходили случайные путники. Она вела к деревням и не выходила на большой тракт.

  Человек шел, опираясь на палку, и когда карета поравнялась с ним, он тоже остановился, взглянув на нее из-под капюшона.

  -- Если вы идете в деревню, мы можем подвезти вас, - предложила Николь, открыв дверцу. Ранд подозрительно рассматривал высокого широкоплечего мужчину, лицо которого по-прежнему было скрыто капюшоном.

  -- Благодарю за вашу доброту, - произнес путник, почтительно кивнув девушке.

  Кучер только хмыкнул, не одобряя такое легкомыслие Николь, но не смея возражать госпоже. Когда незнакомец влез в карету, Ранд ударил лошадей и они продолжили путь.

  -- Вы живете в нашей деревне или в какой-то поблизости? - продолжала Николь, пытаясь рассмотреть странника.

  Он откинул капюшон и посмотрел на нее.

  -- Нет, я не из этих мест, - сказал он.

  Это был еще достаточно молодой мужчина с загорелой кожей и прямыми темно-каштановыми волосами, связанными в хвост на затылке. Только миндалевидные карие глаза выдавали человека пережившего уже немало событий и накопившего многолетнюю мудрость. Николь вспомнила Мадлену, обладавшую такими же противоречивыми чертами, сочетая юность облика и зрелость взгляда.

  -- Да, теперь я вижу это, - ответила девушка. - Мое имя Николь Рэмо.

  -- Велиамор, - кивнув, представился мужчина.

  -- Такое необычное имя, - Николь улыбнулась. Мужчина каким-то необъяснимым образом располагал к себе, обладал загадочным обаянием и был очень хорош собой.

  -- Я из земель, что далеко на юге за Теплым морем, - ответил он.

  -- И вы так далеко путешествуете? - Николь была поражена, встретив на проселочной дороге чужеземца, да еще из таких дальних краев.

  -- Да, - он опять улыбнулся. - Я слышал, что в ваших землях было неспокойно. Хотел предложить графу свою помощь.

  -- Ох, это было ужасно, - девушка побледнела, невольно отпрянув. Все воспоминания, еще такие свежие, всплыли перед глазами.

  -- Простите, я не хотел вас пугать, - чужеземец следил за ней проницательным взглядом.

  -- Мои родные все потеряли, отец едва не погиб, - пояснила Николь, вернув самообладание. - Очень тяжело говорить об этом.

  На самом деле она подумала о Кристиане. Ведь его они с Джонатаном подозревали. Он был главным виновником бедствий крестьян.

  -- Я, как видно, опоздал, - вздохнул путник.

  -- Сам король был у хозяина этих земель и помог ему, - Николь внимательно разглядывала собеседника, не решаясь задавать ему волнующие ее вопросы.

  -- Король Теодор - благороднейший из правителей, - кивнул Велиамор.

  -- Скажите, - девушка набрала побольше воздуха. - Вы знаете, что тут бесчинствовали оборотни?

  -- Да, - вновь кивнул чужеземец. - Поэтому я здесь.

  Николь недоумевая посмотрела на него.

  -- С простыми разбойниками граф, безусловно, справился бы и без посторонней помощи, - пояснил странник. - Я маг.

  -- Маг? - Николь вновь широко раскрыла глаза от удивления.

  -- Почему вы так удивлены? - в свою очередь изумился мужчина. - Разве в Вандершире это редкость?

  -- Конечно, - ответила девушка. Теперь она старалась еще раз рассмотреть путника, но уже с учетом его нового статуса. Кроме загадочных глаз, все в нем было самым обычным. Дорожный потертый плащ, порядком обляпанный грязью. Простой заплечный мешок. Высокие черные сапоги.

  -- Я давно тут не был, - задумчиво произнес маг.

  -- Магия уже давно не в почете в наших краях, - продолжала Николь. - Люди недолюбливают и сторонятся простых целителей и ясновидящих, не говоря уже о магах. Лучше вам не открывать этого сразу.

  -- Разве есть причины бояться волшебства? - не понимал Велиамор. Его очень озадачили и опечалили слова Николь. - Разве король Влад не прибегал к помощи магов, когда вел последнюю войну?

  -- Я не знаю, мистер Велиамор, - робко пожав плечами, ответила девушка. - Я говорю о наших краях. Возможно, в столице все по-другому.

  -- Неужели за тринадцать лет все так изменилось? - говорил сам с собой мужчина. - Тут в одной из деревень жила старушка, - обратился он к Николь.

  -- Я почти всех знаю, - кивнула девушка, стараясь загладить оплошность. Ее слова очень огорчили спутника.

  -- Она была волшебницей, Иоланта, - Велиамор смотрел на нее с надеждой.