Лилис - Олег Лукьянов

Нет, её бог не был великодушен и справедлив. Он просто тот, кому повезло стать носителем божественной сущности… А раз это так — он её не бог.

План Круз был прост и глубок, как всё гениальное. В её руках были знания, труды ученых, захваченные в лаборатории флагмана "Ластрис". Осталось только применить их в деле.

Экзоскелет на ней блистал тысячами крохотных пластинок, но шлем она оставила в каюте и сейчас волосы свободно ниспадали на цельнолитые полимерные наплечники. Она не стала нажимать кнопку вызова, вместо этого обманчиво тонкая перчатка постучала в двери шлюза.

— Войдите, — едва слышно донеслось оттуда.

И раздвинув двери, Круз вошла в реабилитационный центр лазарета. Она сразу поняла, что выбрала самый удачный момент: Сияющий спал, а державшая его за руку остроушка казалось, боролась со сном уже вечность. Еще бы, она практически не оставлявшая его с момента их возвращения с "Ластрис".

— Привет, Найта.

— И я рада тебя видеть, Круз, — шепотом отозвалась она. — Прости, что тогда едва не убила тебя…

— Пустяки, ты ведь не знала, что перед тобой друг. Как Сияющий?

— Только что заснул. Он разговаривал со мною несколько минут, но похоже, это отняло у него все силы…

— Понятно.

Прежде чем перейти к делу, Круз глубоко вздохнула:

— Найта, я знаю, что мы не подруги, но всё же хочу дать один совет…

— Да, какой?

— Тебе надо немного поспать и привести себя в порядок…

Найта протестующе замахала руками, но лейтенант продолжала настаивать:

— Ты давно смотрелась в зеркало? Тебе просто необходимо отдохнуть и сменить платье! Или ты хочешь, чтобы, проснувшись, Сияющий увидел перед собой страшилище?

Как она и надеялась, мутантка тоже оказалась женщиной: из каюты её как ветром сдуло, задержалась лишь, чтобы взять с Круз слово чести, что та останется с ним на несколько часов. Лицо лейтенанта оставалось суровым, когда она, ликуя и радуясь глупости избранницы бога, давала клятву. Но все же она немного позавидовала и восхитилась (что, как она считала, для женщин было одним и тем же) её красоте. Впрочем, может и у неё скоро будет такое же безупречное лицо. Божественность меняет.

Как только мутантка скрылась, она растормошила бога:

— Сияющий! Проснитесь. Извините, что бужу, но необходимо ваше присутствие на одном мероприятии.

Бог открыл глаза, на этот раз они были нормальными, в них сквозила мысль, правда, её покрывала пелена усталости.

— Я… тебя… знаю… — сказал он. — Ты… та… спасшая… от… предательства.

— Да, мой бог, это я. Но вам необходимо пройти в зал тут рядом, по соседству.

— Зачем…

— Ваша любимая, устроила вам небольшой сюрприз. Это не займет много времени. Идемте, вы ведь не хотите её расстроить?

Бог отрицательно мотнул головой:

— Помоги… встать.

Схватив его под руку, Круз подняла его с кровати и, напрягаясь изо всех сил, поковыляла с ним по коридору. Бог не выглядел особенно крупным, но Круз подумала, что если бы не экзсокелет, она ни за что не смогла перетащить его едва ли не в соседнюю комнату. Но наконец, она доставила его до места.

Двери перед ними распахнулись — еще два шага и они оказались в центре комнаты, как раз под самым излучателем, вывезенным из лаборатории флагмана Инспектора. Сама Круз была в полной безопасности, ведь излучатель был настроен на альфа-ритм мозга Сияющего. На её лице образовалась скупая улыбка, когда глаза метнулись к стенду с ампулами вируса, разъедающего плоть.

— А… где… Найта…

— А зачем нам Найта? — спросила Круз, хищно ухмыляясь.

Она достала из кобуры для пистолета пульт дистанционного управления и нажала на единственную на нём кнопку…

Ничего не произошло.

Задрав голову вверх, она повторила попытку, но Сияющий тоже посмотрел наверх заинтересованно.

Чертов излучатель не собирался оживать, а зеленый луч — таранить мозг бога!

— Какого черта…

— Что-то случилось, лейтенант? — холодным, бездушным голосом спросила Эльва. — Что-то неисправно? Если вы имеете в виду пульт у вас в руках, то он взломан и заблокирован мною.

— Мне казалось, что ты за меня, — севшим голосом произнесла она.

— Нет, Круз. У меня уже есть капитан.

— Но я была бы лучше! — воскликнула Круз, на её щеках блеснули слезы. — Мы ведь с тобой так сблизились! Я ценю нашу дружбу, ценю тебя! Он — нет!

— Что… здесь… происходит? — спросил Сияющий.

— Ничего, капитан, — ответила Эльва. — Ничего такого, чем следует загружать ваш мозг.

Открылись шлюзы. Два появившиеся там андроида синхронно вскинули энл-фалы и открыли огонь по Круз. Энергетическая защита доспеха сдерживала натиск субатомных частиц несколько долгих секунд, пока женщина с мокрыми глазами обреченно смотрела в бесстрастные визоры роботов. А потом она задергалась: лоу-антиматерия все же задерживалась на преодоление сопротивления брони и создавала толчок на тело. Круз упала лицом вниз.

— Прости, подруга, — сказала Эльва, — мне чертовски грустно.

Это было последним, что услышала лейтенант Круз.

Только смерть человека не означает гибель Вселенной, тот, кого называют Сияющим, продолжил говорить:

— Мне кажется… ты спасла… мне жизнь… Спасибо, Эльва.

Она ничего не ответила.

Часть 5 Опасный космос

Глава 1 Абордаж

Я осматривал "Эльву" заново. Она была совершенно другой: даже в самых её закоулках, в узких технических коридорах было светло и идеально чисто. Потоки воздуха, гуляющие по комнатам и отсекам, обласкивали свежестью и отдавали не то морем, не то хвойным лесом.

Где бы я не проходил, занятые кто чем люди отвлекались, чтобы поприветствовать меня, а у безмолвно охраняющих их андроидов будто бы начинали ярче светиться визоры.

Наконец я дошел до прозрачных дверей, открывающих вход в оранжерею. На корабле это было единственным местом, где вообще росло что-то зеленое — кажется, ученые использовали эти растения для своих сумасшедших экспериментов. Впрочем, Эльва не подтвердила наличие в них хоть чего-то опасного.

Зато тут было всё: от здоровенных клумб сорной травы и искусственно воссозданного экологического ареала пустыни, с оазисом и пальмами; до ручейка бегущего в корнях могучих елей. Глядя на всё это великолепие, пришло в голову, что кто-то из ученых все же любил природу и создал на корабле уголок зелени, только чтобы украдкой ею любоваться…

— Найта! — крикнул я. — Ты где?

— Я здесь, мой Накинадэ, — сказала возникшая словно из-под земли эльвийка.

Она кинулась ко мне, но не стала награждать страстным поцелуем за проделанный путь: вместо этого просто прижалась к груди.

— Всё хорошо, Найта?

— Да милый, ты рядом, а значит, всё чудесно.

— Найта, ты уже несколько раз назвала меня "Накинадэ", но почему-то я не понимаю значения этого слова.

— Это неважно…

Я отстранил её от себя и встряхнул за плечи:

— Найта, я не узнаю тебя, почему ты всё время грустишь?

Она пожала плечиками, потом оглянулась вокруг и произнесла:

— Здесь, в твоем замке столько предательства… Я не знаю, кому доверять, не знаю, кто враг, а кто искренний друг. Я задыхаюсь. Мне казалось, что, если найду сад, всё вернется на круги своя, но вот он, сад… Тут есть могучие дубы, и нежные вязы, но я почти не чувствую тут жизни. Этот сад словно мертв…

— Возможно, — раздался чуть холодноватый голос, предположительно с потолка, — вам это кажется потому, что здесь не полностью воссоздан биологический баланс. Отсутствуют насекомые, птицы… В лаборатории хранится генетический материал Земной фауны, если будет угодно, я поставлю задачу перед научными сотрудниками по её частичному возрождению.

— Спасибо, Эльва, сделай одолжение.

Я вновь уставился на девушку со странными, впрочем, милыми ушами. Она все так же была прекрасна, весь её облик лучился жизнью, манил свежестью, однако, из её глаз пропало какое-то сияние. В попытке его возродить, я пошел на известный риск:

— Найта, я вообще-то знаю, что вернет тебя к жизни и поднимет настроение…

— Правда? Что же?

— Ты, наверное, опять разозлишься?

На этот раз она отстранилась сама:

— А-а, ты об этом…

— Найта, я ничуть не хочу тебя обидеть, но просто пытаюсь понять. У твоего народа считается отвратительным проявление плотской любви? Или, это… другая физиология?

Она грустно улыбнулась:

— Я знаю это слово. Нет, со мною всё в порядке, в моей физиологии нет принципиальных отличий от человеческой женщины. Но ты предлагаешь мне немыслимое. Я люблю тебя больше жизни, но даже с учетом того, на что ты пошел ради меня, я не могу выполнить это твоё пожелание. Впрочем, если ты прикажешь…

— Ты можешь говорить попонятнее?