Нежданная гостья - Розалинда Лейкер

А Софи? Как насчет Софи, которая пытается скрыть, что несколько раз подряд появляется в одном и том же платье, то накидывая шаль, то пришивая оборки другого цвета? Зачем она вышла замуж за человека намного старше себя, богатого и преуспевающего, но до крайности скупого, жадного и необщительного? Наверняка, чтобы сбежать. Но, к несчастью, Софи скоро поняла, что перелетела из одной клетки в другую. Розелла подумала, что, возможно, этим объясняются ежедневные визиты Софи в замок, который, по крайней мере, был просторным и гостеприимным по отношению к ней. Особенно в сравнении с домом, по слухам – точной копией хозяина и его первой жены, где Софи не позволялось поменять вещь или совершить любую незначительную вольность.

Мари встретила Розеллу, когда та вошла в западное крыло.

– Маляры только что закончили, мадам. Они собирают свои ведра и кисти. Перестройка завершена.

– Хорошая новость, – ответила Розелла. – Сейчас же пойду посмотреть новую кухню.

Теперь больше не будет полуостывшей еды, принесенной с дальней главной кухни. Она сможет принимать гостей, устраивать ленчи, званые обеды и ужины. Приятная перспектива.

Дни шли за днями, и Розелла стала замечать, что с нетерпением ждет бала, который должен состояться в другом замке. Она узнала, что среди приглашенных много знакомых, живущих по соседству.

Бал занимал все ее мысли, когда одним чудесным золотисто-лазурным днем Розелла спешилась с Талейрана на склоне лесистого холма. Она видела белую ленту дороги, по которой поедут экипажи, и с радостью думала о предстоящей поездке. Потом ее взгляд скользнул в направлении замка де Луимонт, чьи четыре остроконечные башни поднимались высоко над зеленью деревьев парка. Чуть в стороне, на границе ее владений раскинулись виноградники де Вайи. Ей пришло в голову, каким идеальным казался брак между Себастьеном и Клодин тем, кто не имел понятия о внезапном повороте судьбы.

Талейран щипал траву под деревьями, но Розелла позвала своего любимца и, встав на поваленный ствол, села в седло.

– Поедем, Талейран, – произнесла она с глубоким вздохом. – Нам пора возвращаться в замок.

Розелла никогда не называла его домом. Это место временного пристанища. Жилье. Тюрьма.

Полчаса спустя Розелла неторопливо скакала по подъездной дороге, но когда показался двор перед замком, с лица всадницы исчезли все краски. В сторону каретного сарая от главного входа отъехал пустой экипаж. Она мгновенно его узнала. Себастьен и Клодин вернулись!

Глава 7

В холле Розелла увидела багаж вернувшихся молодоженов. К ней спешил дежурный лакей.

– Мадам, для вас срочное сообщение. Мадам Клодин де Луимонт желает без промедления увидеться с вами.

Озадаченная Розелла направилась в южное крыло, где за время медового месяца комнаты Себастьена были переделаны в соответствии со вкусами его жены. Розелла не могла представить, зачем Клодин хочет так срочно встретиться с ней. Ее переполняли тревога и беспокойство. Будет ли Себастьен присутствовать там? Если да, ей придется строго следить за выражением лица. Она обязана обуздать свои чувства, которые могут овладеть ею при встрече с Себастьеном.

Розелла дошла до двойных дверей и остановилась в нерешительности. Она хотела постучать, но пальцы застыли в дюйме от панели красного дерева. Предположим – только предположим – Себастьен оказался настолько безрассуден, что признался Клодин! Розелла быстро постучала. Что бы ни случилось, она должна знать. Клодин ответила слабым голосом:

– Войдите.

Девушка открыла дверь и вошла в комнату. Клодин была одна. Она стояла у открытого окна, словно отчаянно нуждалась в свежем воздухе. Обернувшись, чтобы посмотреть на вошедшего, Клодин развеяла все страхи Розеллы, потому что заговорила с неподдельной теплотой.

– Моя дорогая Розелла! Как я рада тебя видеть! – Она, пошатываясь, шагнула вперед и протянула руки.

Розелла сжала холодные пальцы женщины, скрывая тревогу при виде бледного изменившегося лица, тусклых глаз. Клодин потеряла свой здоровый румянец. Исчезли и лучезарность, и радостная веселость, и легкость.

– Вот так сюрприз, – сказала Розелла после того, как они расцеловались. Я не знала, что вы возвращаетесь домой.

– Никто не знал. Все решилось в спешке. Мне стало нехорошо.

Причина была очевидна. Тело Клодин раздалось от беременности, которая и в день свадьбы могла бы оказаться очень заметной, но умелая портниха, использовав огромное количество складок, успешно скрыла этот факт. Розелле стало абсолютно ясно, почему Себастьен полностью осознавал, что потеря наследства ничего не изменит: графа де Вайи не заботило, что Себастьен обеднеет, главное, чтобы его несчастная дочь вышла замуж за отца своего будущего ребенка, как подобает девушке ее положения.

– Как ты себя чувствуешь сейчас? – спросила Розелла, помогая Клодин сесть в шезлонг.

– Рада, что вернулась домой. Я болела все путешествие. Долгая езда в карете стала невыносимым мучением. – Она поднесла руку к глазам, словно пытаясь стереть воспоминания об этом.

Розелла наклонилась и положила ноги Клодин на подставку шезлонга.

– Вот! Так тебе будет удобно. Прикажу принести чаю с лимоном.

– Я знала, что ты позаботишься обо мне. – Клодин благодарно откинулась на подушки, которые Розелла подложила ей под спину. – Мадам де Луимонт едва поздоровалась со мной. Она смотрела только на Себастьена и говорила, как замечательно он выглядит, какой он высокий и красивый, будто нас не было семь лет, а не семь недель. Какая она странная! Уверена, свекровь даже не заметила, что я в положении. Единственное, о чем она могла думать и спрашивать, сделает ли Себастьен для нее то, сделает ли это. А он все еще в дорожном костюме! Мадам де Луимонт не рассеянная и не странная только тогда, когда говорит о сыне. – В голосе Клодин появились обиженные нотки. – Он ушел с ней, она держалась за его руку, словно у нее нет сил идти без него. Себастьен совершенно забыл обо мне.

– Когда появится малыш? – спросила Розелла, желая перевести разговор на более приятную тему.

Огонь, вспыхнувший в глазах Клодин, был тут же погашен глубокой тягостной печалью.

– Ранней осенью, – уклончиво ответила она. Розелла тактично не настаивала.

– Прекрасное время для рождения ребенка, когда закончится летняя жара.

– Да, – уныло согласилась Клодин.

Подали чай. Розелла наполнила чашки, и Клодин, казалось, немного ожила, выпив ароматного напитка.

– Очень вкусно. Не могу передать тебе, как ужасно все время чувствовать себя больной в этих заграничных отелях. До сих пор я обожала путешествовать. Мы вместе с папой были почти всюду, но на сей раз я не могла оценить иностранную кухню. Что бы я ни съела, меня тошнило. Я часами лежала в комнатах с опущенными жалюзи, мучаясь от ужасной головной боли, а Себастьен ходил на прогулки в горы, плавал или скакал верхом. На всех курортах были игральные столы для вечерних развлечений, но ему все казалось неинтересным. И все-таки он откладывал возвращение домой. Морской круиз положил конец нашему путешествию. Море было довольно спокойным, и я чувствовала себя неплохо, пока не перегрелась на солнце. Потом у меня начались такие судороги и боли, что я испугалась потерять ребенка. Тогда я объявила, что возвращаюсь домой, и неважно, поедет он со мной или нет.