Трафт - Виталий Конторщиков

том, на меня они даже не посмотрели, уставившись в глаза друг другу. Пободавшись взглядами, они повернули свои прекрасные головки в мою сторону и заговорили одновременно.

-- Эд с таким не шутят.

-- Как медицинский работник я настаиваю на осмотре.

Они даже фыркнули одновременно. А я кайфовал, они такие милашки. Но надо прояснить им ситуацию, а то знаю я…

-- Прошу минуточку внимания, осмотр непременно необходим, но смею вас заверить, что ничего страшного не произошло, удар пришёлся в ногу, и вскользь, я старался увернуться, и у меня получилась, хотя сам пока не понял как. Теперь можете продолжать лечение.

Марина всё же уточнила.

-- Ты уверен?

--Ну, мужчины с такими вещами не ошибаются, это просто невозможно.

Штаны так и остались собранными на ботинках, а трусы, трусы с меня всё равно стянули, ибо синяк действительно получился объёмным, ну а потом меня сначала чем-то обмазывали, а следом, дружно с писком убежали, ну не железный я, а их касания так нежны и приятны.

Одев штаны, я подошёл к Олегу, который смотрел на меня как на Бога и нервно сглатывал, шарясь взглядом по моему лицу. Повернувшись, я посмотрел на просвечивающуюся шторку. Да уж. Но, если пойти в отмах, будет ещё хуже.

Меня спасла довольно молодая и незнакомая врачиха, что почти пинками выгнала нас всех на улицу, даже чувака с вывихом, правда, дав костыль, почему-то один. Увидев припирающего стенку старшину, стало всё предельно ясно и понятно. Довольно быстро наша инвалидная команда дошла до камбуза, где нас уже ждали товарищи из нашей группы и майор Головко. Пристроившись с краю общего строя, мы приготовились внимать великие истины.

Степан Сергеевич был в парадном, ну как, на его боку висела сабля в ножнах и, по-моему, он причесался. За его спиной пристроился старшина Зубенко, с где-то найденным подносом. Дождавшись полной тишины, и нашего проникновения торжественностью момента, майор басисто зарокотал.

-- Равняйсь! Смирно-о!!!

Взяв с подноса тетрадь, он стал называть фамилии, а дальше, мы по очереди выходили и зачитывали нехитрый текст, стоя лицом к товарищам. Суть его сводилось к тому, что мы обязуемся выполнять законы государства и городские указы. Следом Головко подошёл к нашему краю и, обращаясь к моему другану, стоящему с краю, спросил.

-- Какой бы ты хотел иметь воинский позывной, боец?

На что, не моргнув и глазом Олег ответил.

-- Рыжий, товарищ майор.

Такой ответ вызвал толику уважения в глазах майора, взяв с подноса, нож искателя, он торжественно вручил его Олегу, ещё и похлопав его по отбитому плечу.

--Какой бы ты хотел иметь воинский позывной? Огурцов, я к кому обращаюсь?

-- А? Что? -- Засмотревшись на поднос полный ножей, я пропустил подход ко мне майора Головко. А тот, сейчас стоял напротив меня и требовал ответа, а я…

Мою спину посетил табун лошадей, и ошпарил холодным потом. Ну надо-же так обложатся. Мама, роди меня обратно, так быстро как сейчас, я никогда не думал. А всё по тому, что я за все эти дни ни разу даже не задумывался какой взять позывной, даже мыслей не возникало. Ну, я и Даун, а майор ждал и уже багровел, если такое возможно. А у меня в голове пусто, обречённо опустив голову я уже хотел сказать --Зелёный, по аналогии с Рыжим, и огурцом конечно, но тут мой взгляд зацепился за две буквы с номером на моей форме ШТ 654325 К.

Губы сами стали обыгрывать эти две буквы. Штрафник, нет, не надо такого. Может короче--Штраф. Да, не далеко от первого варианта ушёл. А вот если Штрафт, уже не плохо.

-- Огурцов!!! Ты отказываешься от позывного? -- Майор явно начал закипать.

-- Штрафт. -- Тихо проблеял я.

-- Чего ты там шепчешь, говори чётче и громче.

В последний момент я решил потерять одну букву и громко гаркнул.

-- ТРАФТ. Товарищ майор.

Степан Сергеевич, никак не отреагировал на мои крик, рассматривая у себя в руках простой, с виду, нож искателя, со слегка оплавленной у основания ручкой. Протянув его мне, он сказал.

-- Владей с честью.

Народ продолжал выкрикивать свои позывные, а я, уже поняв, что у меня в руках, смотрел на своё оружие, что спасло мне жизнь в первые часы появления на этой планете.

Неказистое, без чехла, оно имело глубокий тёмно серый цвет, испещрённый светло красными прожилками. Метал явно изменился, в отличие от того что было изготовлено на Земле. Мой первый боевой друг, да и колбаску можно порезать, мелькнула мысль.

Тем временем, майор стоял перед концом строя и тихо, но убедительно говорил.

-- … не достойны, носить свой личный, воинский позывной. Трусы нам не нужны.

Посмотрев в конец строя, увидел трёх малознакомых понурых мужиков, чем они провинились, я пока не понял, но догадывался, в чём сразу и убедился. Майор встал перед строем и задвинул речь.

-- Отныне, вы полноценные поселенцы и жители нашего города, не посрамите свою честь, работайте честно и с полной отдачей, мы верим в вас.

Немного позже, старшина Зубенко зачитает, куда, вам уже сегодня вечером надлежит прибыть для прохождения дальнейшей службы и работы. Теперь по поводу недавнего инцидента.

Трое охранников прибывшего обоза, находясь в состоянии алкогольного опьянения, спровоцировали драку с курсантами во время прохождения ими спортивных зачётов. Несмотря на крайне слабый отпор данный хулиганам, руководство решило засчитать зачёт большинству из вашей группы, но не всем, а только тем, кто позорно не убежал, оставив своих раненых товарищей. По ним вопрос будет решаться отдельно. А сейчас старшина вас проводит в штаб, где вы получите свой первый аванс на этой земле.

С этими словами майор оставил нас, ну а мы, уже просто толпой пошли в штаб за деньгами. Нам всем выдали по пятьдесят рублей разным номиналом вплоть до копеек, для чего и почему, так тоже понятно, где в этих лесах взять размен для сдачи. А вот что на них можно купить мне скоро подскажут, благо уже намекнули, что будут ждать.

Никуда далеко ходить нам не пришлось, так как, торговые ряды сегодня расчётливо располагались прямо на плацу перед штабом. Вся наша группа сразу разбежалась по площадке, следуя строго на запах, я же сразу был лишён автономии двумя очаровашками, вцепившимися в меня с двух сторон, сразу при выходе из штаба.

Меня потащили к самой бурлящей толпе, откуда на весь Форт благоухал запах кондитерки, я отчётливо понял, что сейчас меня будут разводить, и