Кодекс - Дмитрий Павлович Орлов

более серьёзная проблема и от её решения зависело наше будущее. Я на всякий случай проверил работоспособность искоренителя. Он работал исправно и я нисколько не удивился цвету голограммы. После формирования лезвия его края излучали не голубое, а красное свечение. Тоже самое произошло и с нитью Анастасии, когда она проверила работу перчаток.

После того, как мы сменили белую броню инженеров на чёрный цвет аналитического отдела, к нашим персонам уже не было такого повышенного интереса. Поднявшись на поверхность, Лидов повёл нас ко второй стартовой площадке. Там нас ожидала винтокрылая машина, готовая к немедленному старту. Перед тем как забраться на борт вертолёта, Лидов протянул Анастасии нечто напоминавшее часы.

— Что это?

— Разработчики говорят, что с помощью этого прибора вы сможете узнать, где находится координатор.

— Как я поняла, из доказательств о его существовании, у вас только догадки и теории, — заметила Анастасия и надела на руку браслет с циферблатом, на котором была установлена одна стрелка.

Ни каких тебе цифр или меток. Просто чёрный циферблат и единственная стрелка, которая ко всему ещё и впаяна. По крайней мере мне так показалось. Анастасия тоже так посчитала и она даже для проверки несколько раз стукнула по ней, но стрелка не двинулась.

— В данный момент механизм не активен и служит просто необычным аксессуаром, — пояснил Лидов. — Но если вы обнаружите координатора, то прибор должен будет заработать и пометить цель. На данный момент никому этого не удалось, но возможно вам повезёт и вы наткнётесь на координирующий кодекс, нулевых форм. Через двенадцать часов за вами будет отправлен вертолёт для эвакуации.

— А если мы так и не сможем обнаружить координатора, что будет тогда? — спросил я.

— Да ничего не будет, — пожал плечами Лидов. — Как я и говорил ранее, ещё никому не удалось обнаружить координаторов, но наши аналитики абсолютно уверенны в их существовании. Поэтому просто постарайтесь продержаться двенадцать часов в нулевом секторе. Обычным агентам достаточно и шести часов, но вот вы, совершенно другое дело. Нам просто необходимо выяснить, какой уровень подготовки вы имеете и слаженность вашей двойки. Уверен, что двенадцати часов для этого вполне должно хватить.

Лидов махнул пилоту и повернувшись к нам спиной направился к бункеру. Дверь кабины закрылась и машина резко начала набирать высоту. Между кабиной пилота и салоном не было никакой перегородки. Один из пилотов вёл машину, а второй внимательно следил за прибором, на котором то загорались то гасли красные точки.

— Что они означают? — спросил я у него.

— Скопление нулей. Мы постараемся высадить вас в таком месте, где их наименьшее число. Я не знаю чем вы так не понравились Лидову, но вы первые, кого он отправляет практически на верную смерть. Ходят слухи, что он просто помешан на теории координаторов. Между нами говоря его в аналитическом отделе мало кто любит и он делает всё, чтобы поддерживать эту ситуацию.

— Слухи порождение малой информированности, — заметила Анастасия.

— Я и не спорю, — ответил пилот. — Но дело в том, что я лично доставлял семь групп, которых отправлял Лидов для какого-то секретного задания. Спустя шесть часов мы прибывали на точку эвакуации, но ни одна из команд там так и не появилась, и вот это не слух, а самый настоящий факт, которому я свидетель.

— Возможно они были не так хороши? — предположил я.

— Ну конечно, — усмехнулся пилот. — Семь отрядов из четырёх человек у каждого из которых, была третья категория допуска, конечно они не так хороши. Вы кем себя возомнили, предвестниками? Да у вас даже категория допуска не указана.

— Мы на месте, — доложил пилот, управляющий вертолётом. — У вас тридцать секунд на высадку, — предупредил он, зависнув над площадкой между тремя небоскрёбами.

— Так далеко мы ещё никого не высаживали, — ответил второй пилот. — Но приборы пока показывают тишину, а ближайшее скопление расположено на расстоянии полутора километров отсюда. Странное место, хотя возможно это поможет вам выжить…

Что ещё хотел сказать пилот я уже не слышал. Анастасия первая покинула борт вертолёта, а я сразу же за ней. Высадив нас среди разрушенных небоскрёбов, вертолёт умчался в сторону базы. Искоренитель я пока не активировал, ведь опасности здесь никакой не было. По крайней мере кодекс молчала, а значит нас ещё не обнаружили. Да и если верить второму пилоту, который отвечал именно за обстановку на месте высадки, то нулей здесь нет. Единственное, где они могли находиться, так это в полутора километрах от нас.

— И каковы наши планы? — спросил я, осмотревшись по сторонам.

— Лидов не просто так отправил нас в это место, — ответила Анастасия. — Ему не все верят в аналитическом отделе, но именно он вытащил нас из передряги в дисциплинарном совете.

— Согласен. Я и сам довольно недавно находился в его шкуре. Когда тебя считают бракованным, который должен совершить зло по отношению к своим товарищам. Это довольно неприятное чувство, но я почему-то верю своему командиру.

— У нас просто нет другого выхода, как доказать его правоту, — произнесла Анастасия, посмотрев на циферблат с неподвижной стрелкой. — Ты у нас первый раз в нулевом секторе, поэтому не геройствуй и держись позади меня. Так далеко я ещё не забиралась, но думаю, что больших отличий от тех мест, где работают инженеры я не увижу.

— Я вообще не герой и если дама желает встречать опасность бюстом, то, я с большим удовольствием постою в сторонке, — ответил я.

— Если верить приборам пилотов, моя грудь должна остаться в целости и сохранности, но в любом случае мы обязательно найдём нескольких нулей. Чтобы ты смог попрактиковаться и вернуться с парой трофейных кодексов.

— А разве мы их не должны уничтожать?

— Должны, и именно этим мы и будем заниматься, — ответила Анастасия. — Но некоторые кодексы мы должны доставить на базу для дальнейшего изучения. Поэтому парочку интересных экземпляров мы обязательно захватим с собой.

Анастасия не собиралась каким-то образом скрывать наше присутствие. Мы шли прямо по центру заброшенной улицы между двумя остовами небоскрёбов. Не трудно было понять, что мы выступали в роли наживки на которую должны были клюнуть нулевые формы. Находясь на борту вертолёта я уяснил, что если здесь и есть нули то только в небольших количествах.

На испытаниях я уже встречался с ними и теперь был уверен, что вполне способен справиться даже с несколькими особями. Хотя есть вероятность, что они окажутся мне не по зубам. Но на это у меня имелся ответ в виде моей напарницы.

«Ты заметил, что на вашей броне отсутствует категория системы усилителей, к которой вы имеете допуск?», услышал