Убийственно просто - Питер Джеймс

В ноздри, как всегда, ударил насквозь пропитавший все здание приторно-сладкий запах дезинфектанта. Роя от него всегда подташнивало.

Из тесной прихожей они свернули налево и оказались в кабинетике, служившем офисом. Это был узкий аппендикс с напольным вентилятором, розовыми стенами и ковром, рядком стульев для посетителей и небольшим металлическим столом, где стояли три телефона и лежала стопка крафт-конвертов со штампом «Личные вещи» и большой зелено-красный гроссбух с вытисненной золотом надписью: «Морг. Журнал регистрации».

Под настенным светильником в рамочках висели сертификаты квалификации Клио, в том числе и диплом Британского института бальзамирования. На противоположной стене – камера видеонаблюдения, просматривающая коридоры, равно как подступы к зданию со всех сторон.

– Чайку не желаешь, Рой?

От доброго взгляда ее веселых синих глаз у Грейса потеплело на душе.

– С удовольствием.

– «Инглиш брзкфаст», «Эрл Грей», дарджилинг, китайский, ромашковый, мятный, зеленый листовой?

– Я думал, здесь морг, а не чайная!

Клио улыбнулась:

– Кофе у нас тоже есть. Эспрессо, с молоком, колумбийский, мокко…

Грейс вкинул руку:

– Обычный черный чай, пожалуйста!

– С обычным молоком, с обезжиренным, с лимоном?..

Рой поднял и вторую руку:

– Сдаюсь! С молоком. Все равно с каким. Джо еще не появлялся?

Он заранее попросил приехать эксперта Джо Тиндалла.

– Еще нет. Хочешь подождать его здесь?

– Да, пожалуй.

Клио включила электрический чайник и исчезла в смежной комнатке, служившей кладовкой. Не успел чайник закипеть, как она вернулась с зеленым комбинезоном, синими бахилами, маской для лица и белыми латексными перчатками. Все это хозяйство девушка протянула Грейсу.

Пока он одевался, Клио заварила чай и открыла коробку овсяного печенья. Грейс тут же захрустел печенинкой.

– Значит, ты всю неделю сидишь тут одна? Не надоело? Тут и поговорить-то не с кем.

– Я всегда занята – что ни день, кого-нибудь привозят. А то и двоих. Вот и поскучай тут! Из Истборна обещали прислать подмогу, но и у них дел невпроворот. Должно быть, в последнюю неделю мая с людьми что-то происходит.

Грейс начал было натягивать маску, но передумал – молодые люди погибли совсем недавно, и он по опыту знал, что сильного запаха можно не опасаться.

– Родственники погибших уже приходили?

Клио кивнула.

– А тот пропавший парень – ну, жених – нашелся?

– Я только что со свадьбы.

– То-то мне показалось, что для субботы ты слишком шикарно вырядился. – Клио улыбнулась. – Значит, хотя бы одна проблема разрешилась.

– Нет, – покачал головой Грейс. – Потому-то я сюда и приехал.

Она удивленно вскинула брови, но промолчала.

– Тебе нужно что-то конкретное? Я могу достать тебе копии заключений судмедэкспертизы для коронера.

– Когда приедет Джо, я хотел бы первым делом осмотреть их ногти.

48

Вместе с Джо Тиндаллом, на ходу натягивавшим перчатки, Грейс шагал следом за Клио по крапчатым плиткам пола, любуясь длинными светлыми мелированными прядями ее волос. Они миновали застекленное окошко инфекционного бокса и вошли в главный зал.

Центр зала занимали два стальных стола, один – приваренный к полу, другой – на колесиках, вдоль стены тянулись морозильные камеры с дверцами от пола до потолка, в углу – синий гидравлический подъемник. Стены покрывал серый кафель, по периметру комнаты бежал сточный желоб. Напротив морозильника – рядок раковин из нержавейки, в одной из них – свернутый кольцом желтый резиновый шланг. В дальнем конце зала поблескивал металлом широкий рабочий стол для вскрытий, рядом с ним – шкафчик. Сквозь его стеклянные дверцы Рой разглядел инструменты и упаковки батареек «дюраселл». Слева от него висел список с именами всех покойных, с колонками цифр, где указывались вес их мозга, легких, сердца, печени, почек и селезенки. Имя последнего «клиента» – Адриан Пенни – и его неутешительные характеристики были дописаны синим химическим карандашом.

Проследив за взглядом Грейса, Клио бодро заметила:

– Вчерашний мотоциклист. Обогнал грузовик, но не заметил торчащую впереди стальную балку. Бедолаге снесло голову.

– И как только ты ухитряешься оставаться в своем уме? – удивился Грейс.

– А кто говорит, что я в своем уме? – лукаво улыбнулась Клио.

– Не знаю, как ты тут работаешь.

– Рой, опасны не мертвецы. Опасны живые.

– Верно подмечено.

Интересно, верит ли она в привидения? Но сейчас не время спрашивать.

Холод здесь пробирал до костей. Морозильная система громко жужжала, наверху пощелкивало – видимо, одна из флуоресцентных ламп была плохо ввинчена в патрон.

– Кого показать первым?

– Нам без разницы – со всеми перезнакомимся.

Клио подошла к дверце под номером 4 и потянула ее на себя. Из камеры вырвалось облачко морозного пара, но Грейса передернуло не от холода. Ему стало не по себе при виде останков, разложенных под пластиковой пленкой на каждом из четырех поддонов, выехавших оттуда на роликах.

Служительница морга подкатила подъемник, закрепила его в пазах, переместила на него верхние носилки и, закрыв дверцу, сдернула пленку. Под ней лежало рыхлое белое тело мужчины с редкими прилизанными волосами. Все тело и мертвенно-бледное лицо покрывали синяки и кровоподтеки. В широко распахнутых остекленевших глазах застыл ужас. Съежившийся пенис едва виднелся в густой поросли лобковых волос – ни дать ни взять мелкий грызун, впавший в спячку. Грейс посмотрел на темно-желтую бирку, привязанную к ноге трупа. Роберт Хулигэн.

У молодого человека были широкие заскорузлые ладони с очень грязными ногтями.

– Их одежда здесь, у тебя?

– Да.

– Отлично! – Грейс попросил Тиндалла взять образцы грязи из-под ногтей.

Эксперт достал из сумки острый скальпель, попросил у Клио пакетик и осторожно выскреб из-под каждого ногтя понемногу. Потом надписал и запечатал пакетик.

Руки следующего трупа, Люка Джиринга, были сильно изрезаны, но, если не считать крови, ногти, изгрызенные почти под корень, оказались относительно чистыми. На руках Джоша Уокера грязи тоже не оказалось. А вот ногти Питера Уоринга были просто черными. Тиндалл выскреб образчики из-под его ногтей и высыпал в пакетик.

Затем они с Грейсом внимательно осмотрели одежду. На подошвах ботинок всех четверых налипла земля, комья ее пристали и к одежде Роберта Хулигэна и Питера Уоринга. Тиндалл разложил все образчики по отдельным пакетам.

– Ты сейчас вернешься в лабораторию со всем этим добром? – спросил Грейс.

– Я собирался ехать домой. Неплохо было бы отдохнуть до конца выходных и пожить личной жизнью – хотя бы притвориться.

– Джо, извини, но мне очень нужно, чтобы ты начал работать с ними немедленно.

– Великолепно! Ты хочешь, чтобы пропали билеты на концерт «Ю-ту»? Я выложил по пятьдесят фунтов за каждый! И чтобы после этого я отменил свидание и ночевал на работе, в спальном мешке?

– «Ю-ту»! Значит, она и вправду молоденькая?

– Да, Рой, и знаешь, что еще? У нее все так – вынь да положь или пошел на хрен! Это чертовски дорого мне обходится.

– Возможно, сейчас на карту поставлена жизнь человека.

– Тогда пусть мне возместят деньги за билеты! – распаляясь все больше, прошипел Тиндалл.

– Джо, дело не мое.

– Вот как? А чье же?

– Гленна Брэнсона.

– Так где же он сам, мать его так?!

– На дне рождения в Солихалле.

– Чем дальше, тем лучше!

Дойдя до раздевалки, Тиндалл содрал с себя комбинезон, маску и перчатки и злобно швырнул в корзину.

– Всего тебе наихудшего, Рой, – буркнул он. – В следующий раз порть выходные кому-нибудь другому.

– Я скоро подъеду и составлю тебе компанию.

– Можешь не трудиться.

Тиндалл хлопнул дверью, и вскоре Грейс услышал сердитое урчание мотора. Вдруг он заметил, что судмедэксперт в раздражении забыл черную папку, где лежали пакеты с вещдоками. Некоторое время он размышлял, не догнать ли его, но потом передумал. Он попозже поедет в управление и постарается успокоить коллегу. Джо совершенно прав – на его месте и в его положении Рой сам хорошенько бы психанул.

Вернувшись в приемную, Грейс схрумкал еще одно печенье и допил остывший чай. Потом взял папку Джо, и Клио проводила его до дверей. На пороге он обернулся:

– Ты до скольких сегодня работаешь?

– Посижу еще часок-другой, если повезет – то есть если сегодня больше никто не умрет.

Грейс молча любовался ею. Какая славная девушка! Он посмотрел на ее руки, и вдруг у него екнуло сердце – ни единого колечка! Правда, в рабочее время Клио могла их снимать…

– Я… – начал он. – Так, подумал… ты… ну, понимаешь… у тебя есть какие-нибудь планы на вечер?