Под шепот сердец… - Люси Гиллен

— Джеймс! — запротестовала она. — Ты позоришь свою сутану! Какие идеи проповедует священник!

— О! — Он хитро подмигнул. — В сутане или нет, но я как-никак мужчина, а мы все одинаковые.

— Не совсем в этом уверена. Некоторая разница все же есть.

— Может, и так. Тем не менее я надеюсь, что ты сделаешь кое-что для себя и для Эндрю еще до ее приезда.

Мойра приехала рано, и, как и предполагалось, все сразу завертелось, закрутилось, пришло в движение. Под действием горячего итальянского солнца ее белая кожа приобрела удивительный золотистый оттенок, рыжие волосы посветлели. Она бросилась в объятия Эндрю, но тут же вырвалась из его рук и устремила на него свои ясные голубые глаза.

— Я забыла, — торжественно объявила она, — что мы с тобой больше не друзья.

— И все же добро пожаловать домой, Мойра. — Эндрю нежно поцеловал ее.

— Что ж, придется тебя простить, но не беспокойся, к этому мы еще вернемся. Чуть позже, — пообещала она.

— Лучше не надо, — замахал на нее руками брат.

— Кара! — воскликнула Мойра, увидев подругу, прятавшуюся за широкой спиной Эндрю. — Ты замечательно выглядишь. Совсем не похожа на девушку, собирающуюся зарегистрировать фиктивный брак, — констатировала она и, не обращая внимания на протесты Кары, снова обратилась к своему брату. — Ты не думаешь, что она очень красивая?

Никогда в жизни Кара не чувствовала себя так неловко.

— Она очень красивая, — согласился Эндрю. — Я уже говорил ей об этом.

Прежде, чем Мойра снова успела раскрыть рот, рядом с ней возник симпатичный молодой человек — ее муж. Он положил ей руку на плечо и сказал:

— Мойра, успокойся. — На его загорелом лице появилась вежливая улыбка. — Кто утверждает, что у шотландцев сдержанный, суровый нрав, тот просто еще не встречался с тобой.

— Если ты забыл, — повернулась Мойра к брату, — это моя лучшая половина. По крайней мере, так он утверждает.

Еще некоторое времени они продолжали, при активном участии Эндрю, обмениваться дружескими шутками и новостями. Но наконец подруги оказались одни в комнате, которую отвели Мойре с мужем. Девушки обнялись и сели на край большой кровати.

— Я хочу знать все, и в подробностях, — твердо сказала Мойра. — Все об этой вашей дурацкой затее пожениться.

— Она вовсе не дурацкая! — запротестовала Кара. — Разве ты не хочешь быть моей сестричкой?

— Конечно же хочу, глупенькая! — засмеялась Мойра. — Я с самого начала пыталась это организовать. Но я надеялась, что вы полюбите друг друга, а не заключите этот бизнес-контракт! Чья была идея?

— Разумеется, Эндрю! — удивленно воскликнула Кара. — Неужели ты подумала, что я могла предложить ему такое? Мне бы это и в голову не пришло.

— Ты любишь моего брата? — Склонив голову набок, Мойра внимательно посмотрела на подругу.

Кара почувствовала, что начинает краснеть.

— Да, конечно. — Черные ресницы спрятали взгляд бархатных глаз, девушка принялась нервно теребить складку на своей юбке.

— Ну, ну! — Мойра взяла Кару за подбородок и заставила ее поднять голову. — Рассказывай мне все, детка, — с шутливой серьезностью потребовала она и добавила по-итальянски: — Mia Kara [1].

— Но мне не о чем рассказывать, — запротестовала Кара. — А если ты пытаешься продемонстрировать свой итальянский, то имей в виду — эту фразу женщина женщине не говорит.

— Значит, придется научить Эндрю! — тут же нашлась Мойра. — Замечательный язык. Такой лиричный… А какие в Италии мужчины!.. Я тебе писала, что время от времени в Питере просыпался настоящий собственник и ревнивец?

— Да, да, помню, — улыбнулась Кара, радуясь тому, что Мойра наконец оставила в покое тему их с Эндрю отношений. — Думаю, если он хорошо тебя знает, у него есть повод для ревности.

— О, ты ошибаешься, дорогая! — бурно запротестовала Мойра, но тут же засмеялась. — Это так приятно, когда тебя ревнуют… Может быть, в Эндрю тоже следует разбудить ревность? — с озабоченным видом предложила она.

— О нет, прошу тебя, не придумывай ничего! Ради бога, Мойра, оставь все как есть! Мы уже прошли через это, и, боюсь, второго раза я просто не выдержу.

Голубые глаза засветились любопытством, но удивления в них не было.

— Хочешь сказать, ты уже успела поругаться с Эндрю?

Кара тяжело вздохнула. Она знала — если Мойра захочет что-то узнать, непременно узнает. В этом они с Эндрю очень похожи.

— Или мне нельзя спрашивать? — лукаво добавила Мойра.

— Тебе нельзя спрашивать, — подтвердила Кара, — но ты уже спросила, и я отвечу. — Она поднялась с кровати и подошла к окну. — Да, мы поругались. Из-за Ангуса Финли.

В ответ раздался громкий смех.

— Что? Из-за малыша Ангуса? Не смеши меня, Кара! Вероятно, Эндрю шутил, хотя… — Мойра на мгновение задумалась. — Помнится, они не ладили. — Она тоже встала с кровати и подошла к Каре. — Как ему пришла в голову такая дикая мысль?

— Рода Маккензи-Браун постаралась, — неохотно пояснила Кара, — но, к счастью, теперь все позади.

— Рада это слышать… Роду я хорошо помню. Такая… гм… похожая на куклу, со светлыми кудряшками. Никогда бы не подумала, что эта женщина может заинтересовать Эндрю. Совсем не его тип.

— Да, только он не сразу это понял, — торопливо сказала Кара, словно испытывая по этому поводу какое-то смутное чувство вины. — Джеймсу пришлось ему немного помочь.

— Понятно, — вздохнула Мойра. — Тебе лучше все мне рассказать.

Так Кара и сделала. Она рассказала подруге о том, как приехала в Дауэл, об обвинениях в свой адрес, о всевозможных кознях Роды и, наконец, о помощи Джеймса. И, как ни странно, почувствовала после этого настоящее облегчение.

Внимательно все выслушав, Мойра озадаченно покачала головой:

— Жаль, меня здесь не было. Тогда этой женщине пришлось бы иметь дело со мной. Слава богу, Джеймс вмешался. Похоже, частые сердечные приступы миссис Маккензи-Браун должны были убедить Эндрю, что ей совершенно необходим рядом большой и сильный мужчина, чтобы за ней присматривать. Думаю, Джеймс получил информацию от доктора Смейла.

— Не знаю, Джеймс не мог назвать имя. Знаешь, мне даже немного жаль эту женщину. Ведь она любит Эндрю, и поэтому ей так хотелось выйти за него замуж. Могу представить себе, как она меня ненавидит!

— Да уж. У тебя были трудные времена.

— Все в общем-то не так плохо, как еще недавно казалось. — Кара взглянула на подругу и, заметив, с каким любопытством та на нее смотрит, снова покраснела. — Конечно, я представляла свою свадьбу совсем по-другому. Белое платье и все такое… Но теперь эти вещи не имеют для меня значения. Я согласилась выйти замуж за Эндрю и сдержу свое слово.