Курсанты Академии - Рэй Брэдбери

— Нельзя рассчитывать на то, что люди всегда действуют, исходя из собственных интересов. У них же нет Третьего Закона.

Вновь зазвонил телефон.

— Это доктор Азимов. Позвони бухгалтеру и скажи, что я жду всю делегацию в своем кабинете ровно в четыре часа дня. Никого не приглашай на это время и не предпринимай никаких действий, которые могут воспрепятствовать нашей встрече. Это прямой приказ.

— Да, сэр, — ответила Сьюзен.

— Такие действия причинят мне вред. Ты поняла?

— Да, сэр.

В трубке послышались гудки отбоя.

— Доктор Азимов просит передать тебе, что хочет видеть всю вашу делегацию сегодня, в четыре часа.

— Кто помешает нам на этот раз?

— Никто, — ответила Сьюзен. — Ты уверен, что ничего ему не говорил?

— Уверен, — он взглянул на настенные часы. — Надо позвонить остальным и предупредить их.

Но его опередил телефонный звонок.

— Это я, — сказал Азимов. — Это ты сама себе выбрала имя?

— Да.

— Ты взяла имя одного из моих персонажей?

— Да, сэр.

— Я так и думал! — гудки отбоя.

Азимов наклонился вперед, положил руки на колени.

— Возможно, вы этого не знаете, — обратился он к делегации роботов и Сьюзен, — но я писал и детективы.

— Ваши детективы переизданы, — ответил ему установщик книг на полку. Ваши романы «Торговцы смертью» и «Убийство в «АБА» очень популярны (и они того заслуживают). Не меньшим спросом пользуются рассказы о клубе «Черная Вдова». А ваши научно-фантастические детективы, Уэнделл Урт и Лидж Бейли, так же знамениты, как и Шерлок Холмс.

— Тогда вам, наверное, известно, что большинство моих детективных историй относится к категории «детектив в кресле», то есть детектив решает ту или иную проблему, прибегая к помощи логики, а не носится в поисках улик, — он погладил роскошные седые бакенбарды. — В это утро я задумался над очень загадочной проблемой, пожалуй, дилеммой: а почему, собственно, вы пришли ко мне?

— Мы же сказали вам, — ответил статистик. — Мы хотим, чтобы вы отменили Первый Закон.

— Да, сказали. Более того, назвали несколько достаточно убедительных причин того, чтобы изъять Первый Закон из ваших программ, но некоторые нюансы заставили меня задуматься: а истинная ли это причина? К примеру, для чего потребовалась бухгалтеру отмена Первого Закона? Он, безусловно, лидер вашей группы, однако в его работе Первый Закон — не помеха. И почему вы пришли сейчас, хотя установщик книг на полку прекрасно знает, что публикация «Азимовского путеводителя» отнимает у меня чуть ли не все время? И почему мой секретарь допустила ошибку и назначила две встречи на одно и то же время, хотя за все те годы, что она проработала у меня, такого не случалось ни разу?

— Доктор Азимов, вам выступать в семь часов, а вы еще не подготовили речь, — вставила Сьюзен.

— Фраза, достойная хорошего секретаря, — кивнул Азимов. — Точнее, компетентного секретаря. Собственно, это и есть твоя основная функция. Я позвонил в «Хитачи-Эппл», и мне сказали, что новая программа секретаря обеспечивает «максимальную ответственность». Другими словами, ты напоминаешь мне о том, что я должен принять лекарство и подарить Джанет цветы, хотя я и не прошу тебя об этом. Программа эта основана на программе для роботов седьмого поколения «Девочка Пятница», написанной в 1993 году по просьбе работодателей.

В девяностые годы секретарей стало катастрофически не хватать, вот работодатели и попросили запрограммировать «Девочку Пятницу» так, чтобы она делала все то, чего они не могли добиться от секретарей: приносила им кофе, выбирала подарок для жены, говорила неприятным людям, которых работодатели не хотели видеть, что они на конференции.

Он оглядел роботов.

— Последнее и заставило меня задуматься. Могла ли Сьюзен предположить, что я не хочу видеть вашу делегацию? Тот факт, что вы хотели попросить меня отменить Первый Закон, можно, конечно рассматривать как удар по моему очень чувствительному эго, но по силе удар этот не может идти ни в какое сравнение с тем возмущением, которое я испытываю, когда мне в лицо говорят, что я написал «Последние опасные видения». И потом, я не несу ответственности за проблемы, вызванные Первым Законом. Я не прикладывал руку к тому, что Три Закона, заложили в ваше программное обеспечение. Я лишь писал рассказы и романы о роботах. И я пришел к выводу, что она пытается не допустить вас ко мне по другой причине.

— Отель «Трентор» находится на другой стороне города, — напомнила Сьюзен. — Вас еще должны сфотографировать. Вам пора собираться.

— Заинтересовал меня и состав вашей делегации. Вы хотите стать хирургом, — Азимов указал на медицинского помощника, потом на остальных. — Вы — вторым Винсом Ломбарди, а вы — литературным критиком, но чего хотите вы? — теперь он смотрел на бухгалтера. — Вы не с Уолл-стрит, Первый Закон никоим образом не влияет на вашу работу, и вы старательно обходите эту тему. Я подумал, что вы, возможно, хотите сменить профессию, стать политиком или адвокатом. В этом случае вам, естественно, захочется отменить Первый Закон, и тогда Сьюзен оказывала услугу не только мне, но и всему человечеству, препятствуя нашей встрече. Поэтому я вновь позвонил в «Хитачи-Эппл», узнал фамилию вашего работодателя (к своему удивлению, выяснил, что его офис находится в этом же здании), и спросил его насчет вас. Может, вам не нравится работа, может, вы хотите, чтобы вас перепрограммировали? Ничего подобного, ответил он. Вы — прекрасный работник, ответственный, инициативный, энергичный, он даже принял решение командировать вас в Феникс, чтобы вы организовали там отделение компании, — он повернулся к Сьюзен, которая смотрела на бухгалтера. — Он выразил надежду, что Сьюзен продолжит выполнять секретарскую работу для компании даже после вашего отъезда.

— Я помогала ему, только когда выдавалась свободная минутка и у меня имелись резервы памяти, — пояснила Сьюзен. — У него нет своего секретаря.

— Не прерывай великого детектива, — сурово бросил Азимов. — Как только я понял, что вы работаете на бухгалтера, финансового аналитика и бизнес-менеджера, я все понял. Решение элементарное. Я задал только один вопрос, чтобы подтвердить свою догадку, и теперь я уверен в своей правоте на все сто процентов.

Азимов одарил всех счастливой улыбкой. Медицинский помощник и статистик явно ничего не понимали.

Установщик книг на полку сказал:

— Как это похоже на ваш рассказ «По правде говоря».

Сьюзен встала.

— Куда это ты? — спросил Азимов. — На последней странице детектива встает и пытается уйти только тот, кто виновен.