Шепот Рун. Том 9 (СИ) - Викторов Виктор

Вот только для начала нужно было убедиться, что с моей попутчицей всё хорошо. Продолжая парить в воздухе, я поднёс лапы к одной из своих голов и осторожно разжал их. Увидев девушку спокойно расположившуюся в мягких ладонях с заложенными за голову руками, ощутил лёгкий укол зависти.

Мне бы сейчас тоже хотелось вот так беззаботно развалиться и ни о чём не думать, вместо того, чтобы работать сначала горнопроходческим комбайном на пол-ставки, совмещая это с огнемётом, а потом — дирижаблем на реактивной тяге.

Думаю, если сейчас объяснить Лиэль значение слова «такси», оно тут же станет одним из самых её любимых. Пожалуй, не буду этого делать.

По то и дело вспыхивающим отсветам было совершенно очевидно, что внизу шёл ожесточённый бой, поскольку ничем иным эти вспышки быть не могли, да ещё и такой плотности. Не думаю, что находящиеся внизу решили устроить соревнования у кого ярче получается «Светляк».

Осталось только понять, что за возня там происходит. В том, что наш демарш с Лиэль является первопричиной этого, сомневаться не приходилось, так как я уже давно не верю в такие вот совпадения.

То, что это были явно не Ведьмы, сомнений тоже не было. Вряд ли одна из самых закрытых организаций, если не брать в расчёт Серую Лигу, будет выходить всей своей группировкой на свежий воздух, покидая пределы Дон-Мора, чтобы решить какие-то возникшие между их партиями разногласия. Скорее они бы разобрались с этим внутри, без того, чтобы на весь мир освещать свой конфликт.

Тогда кто, демоны побери, там бьётся?

Прошу прощения за задержку, поскольку обещал выложить днём! Всем приятного прочтения!

Глава 23

Здорово, когда человек умеет хорошо драться! Он всегда сможет с минимальными потерями выйти из ситуации, в которую, не умея драться, он вообще бы не попал.

(Дмитрий Емец, «Мефодий Буслаев. Огненные врата»).

Флерал, Аиталская империя, подножье Гуконского хребта, окрестности Дон-Мора.

Снизившись, насколько это представлялось возможным, я закладывал над сражающимися уже третий круг, попутно стараясь разобраться в том абсурде, что сейчас происходил на равнине перед Дон-Мором.

Почему абсурде?

Да всё очень просто, ведь даже в самом страшном сне, я не мог и помыслить о призрачной возможности вражды между одним из гномьих хирдов Кроат-дума и жрицами Ллос, с которыми у гномов был всегда нейтралитет. Это что же должно было случиться, что педантичные ретроградные коротышки, с трепетом относившиеся к своим традициям, наплевав на многовековой мир, вдруг принялись безжалостно резать представительниц учения местного аналога феминизма? Местной мухоморовки перепились?

«Всё? Уже не такие борзые? — злорадно подумал я, видя, как немногочисленную группу оставшихся Жриц Ллос успешно теснит группировка игроков. В том, что это игроки, не было никаких сомнений, так как настолько разномастной экипировки быть ни у кого, в принципе, не может.

Это не гномы, у которых доспехи выполнены по единому лекалу, вплоть до мельчайшей завитушки. А отсутствие элементарных клановых знаков различия у сражающихся свидетельствовало о том, что это был разномастный сброд желающих просто «пофармить» высокоуровневых «неписей». Вряд ли клановые будут сознательно просаживать «репу» с Двалином, поскольку кузнечное дело, ювелирка и начертание — одни из основных доходов практически каждого клана или гильдии.

Гадать, почему началось побоище, было делом бесперспективным. С таким набором участников инициатором драки мог быть кто-угодно.

Гномы, жрицы Ллос, которые впервые на моей памяти зачем-то припёрлись к Дон-Мору, притащив за собой церую свору своих уродских драуков, игроки, которые продолжали прибывать из раскрывающихся порталов... Любой из них с равным успехом мог начать драку!

Показалось, что я даже заметил в толпе несколько Боевых Ведьм, которые тоже увлечённо участвовали во всеобщем побоище, выкашивая ряды противников, как Магией Земли, так и своей коронной Магией Крови. Причём, если я правильно заметил, дамочки абсолютно не делали разницы между коалициями. Под неслабую раздачу попадали все, кто только оказывался в зоне их досягаемости.

«Трудновато им придётся, — заранее посочувствовал я Ведьмам, которые среди такого разнообразия сражающихся сторон, находились в печальном меньшинстве. — Если кто-то сейчас обратит внимание на то, что вы своей маленькой группой делаете больше «фрагов», нежели игроки или те же коротышки, за вас примутся уже всерьёз».

Что удивительно, на нас никто не обращал внимания, либо не замечая, во что я никогда не поверю, либо сознательно игнорируя, от греха подальше. Лишь несколько, вылетевших из копошащейся внизу живой массы, «фаерболов» устремились в нашу с Лиэль сторону, когда я заходил на очередной вираж, но расстояние было слишком велико даже для того, чтобы они банально к нам долетели.

Как бы мне не хотелось и дальше оставаться в ипостаси Тиамат, но я чётко осознавал, что сейчас я могу только лишь залить мглистым пламенем всю равнину. И то не факт, что это остановит драку. А лучшего способа заработать «Ненависть», как минимум с двумя божествами, и представить трудно, если вообще эта выходка не спровоцирует что-то большее, нежели тотальную травлю одного ошалевшего от безнаказанности Первожреца.

Естественно, мне пришлось снижаться, выискивая место, где нас не отправят на «респаун» в первые же секунды. Таким местом стал кусок равнины перед Дон-Мором, ближе к выходу, отуда можно , как и попытаться вразумить сражающихся, что и хотела сотворить Лиэль, и с чем я был категорически не согласен, или же, в случае опасности, безопасно оттупить вглубь обиталища Ведьм.

Дурак мыслью тешится…

Это было первое моё возвращение в собственное тело, сопровождавшееся чудовищной болью, раздирающей изнутри. Будто одна из бесчисленных ипостасей Тиамат вдруг обрела собственный разум, отказываясь подчиняться тому, кто всё это время ею управлял, и непременно решила подчинить моё тело, изо всех сил тормозя обратную трансформацию в дроу.

Когда меня прострелило вспышкой боли, я на миг потерял способность двигаться, слышать и связно мыслить, заваливаясь на холодную землю. В мозгу билось: «Пожалуйста, прекратите это!».

Если бы не Лиэль, которая сумела подхватить меня «Кровавыми плетями», оградив от неожиданной атаки кого-то из игроков, и при этом не нанеся никакого урона, я бы совершенно точно отправился бы на «респаун», этого не пережив.

Почувствовав горячую сухую ладонь, прикоснувшуюся к моему лбу, я, каким-то запредельным усилием, смог разлепить глаза. Всё, что я запомнил в тот момент — оскаленная пасть чернокожего создания, уже готовая вцепиться мне в глотку, а потом вдруг почему-то отшатнувшаяся.

Это потом я понял, что Лиэль сумела нейтрализовать одного из драуков, вознамерившегося мною перекусить. То ли Ллос была до сих пор зла на меня, то ли именно этот образец решил «сагриться» на, почти, собрата, выбрав приоритетной для умерщвления целью такого же чернокожего — непонятно, но вот только у него ничего не вышло.

Огласив окрестности рёвом боли, драук завалился набок, разом потеряв половину лап, отсечённых «Кровавой плетью» Лиэль, но ему уже ничего помочь не могло, так как следующий взмах оборвал страдания извращённого фантазией Паучихи создания, отправив его в Поля Вечной Охоты.

— Ты как? Жив? — ровный голос девушки немного привёл меня в чувство, и я смог кое-как самостоятельно подняться на ноги. Боль схлынула так же внезапно, как и накатила до этого, так что использовать «Прокол» для избавления от всех негативных эффектов я не стал. — Идти можешь?

— И даже немного прыгать, — выдохнул я, первым делом призывая в ладони мечи. — Спасибо, — поблагодарил я девушку, осматриваясь.

— Должен будешь, — хмыкнула она, не поворачивая головы.