Пламя войны - Евгений Руд

и вышла из комнаты, чтобы помочь семье, которую любила, и человеку, которого ненавидела всей душой.

Глава 11

Кэлен ждала, когда воздушные рыцари, посланные сюда Короной, спустятся с неба, затянутого тяжелыми серыми тучами. Весна здесь, так далеко к северу от столицы, могла быть неприятно сырой и холодной, но дождь, о приближении которого говорили раздававшиеся время от времени раскаты грома, еще не начался. Кэлен узнала человека, возглавлявшего отряд, и ей вдруг захотелось, чтобы наполненные водой тучи пролились дождем чуть раньше. На его проклятую голову.

Сэр Лоренцо мчался впереди закрытых носилок, и его роскошные доспехи сверкали, озаряя черные тучи, красный бархатный плащ развевался за спиной. По одному рыцарю в дорожном костюме летело у каждого из четырех углов паланкина, поддерживая его, и еще четыре окружали его в качестве эскорта. Отряд опустился гораздо стремительнее, чем требовалось, и их астелы устроили миниатюрный циклон, который разметал волосы Кэлен и заставил овец в соседнем загоне в страхе столпиться в дальнем углу. Слуги, готовившие припасы и все необходимое для отряда Дрейка, быстро прикрывали глаза от поднятой в воздух пыли и клочьев соломы.

— Идиот, — вздохнув, проворчала Кэлен и приказала Бектасу, чтобы он заслонил ее от мечущегося в воздухе мусора.

Лоренцо легко опустился на землю. Будучи трибуном и рыцарем Королевского легиона, он имел право украсить свои доспехи золотой с серебром филигранью, а шлем и рукоять меча драгоценными камнями, но золотая вышивка на плаще — это уже было слишком. Сэр Лоренцо нажил себе состояние благодаря своим многочисленным победам на Гонках ветра, ежегодных состязаниях магов воздуха, которые устраивались во время Зимнего фестиваля, и ему хотелось, чтобы все это знали.

Разумеется, в его планы совсем не входило, чтобы все узнали, что он получил львиную долю своих выигрышей в первый год, когда Кэлен начала принимать участие в соревнованиях. Он не позволял ей об этом забыть, хотя она не видела никакой необходимости соблюдать правила вежливости с человеком, стоившим ей такой суммы денег. Она дождалась, когда рыцари опустятся во двор стедгольда, а затем подошла к ним.

— Добрый день, сэр! — пророкотал могучий баритон сэра Лоренцо. — О, секунду. Вы не сэр вовсе. Это же вы, графиня Кэлен. Прошу меня простить, но сверху вы очень похожи на юношу.

Пару лет назад оскорбление по поводу ее телосложения причинило бы ей боль. Но это было до того, как она стала курсором. И до Дрейка.

— Все в порядке, сэр Лоренцо. Неудивительно, что мужчина вашего возраста испытывает определенные трудности в данном вопросе.

Она отвесила ему вежливый поклон, отметив про себя сдавленные смешки остальных рыцарей.

Лоренцо со сдержанной улыбкой поклонился в ответ, бросив сердитый взгляд на своих подчиненных. Все восемь рыцарей, напустив на себя скучающий вид, изучали двор.

— Разумеется. Полагаю, наша пассажирка готова отправиться в путь?

— Скоро будет готова, — ответила Кэлен. — Не сомневаюсь, что на кухне найдется горячая еда, чтобы ваши рыцари могли подкрепиться, пока вы ее ждете.

— В этом нет необходимости, графиня, — сказал Лоренцо. — Прошу вас, сообщите стедгольдеру Белле, что мы ее ждем, чтобы немедленно отправиться в путь.

— Вы подождете до тех пор, пока стедгольдер Белла не будет готова, — сказала она так, чтобы ее услышали все во дворе. — А поскольку вы являетесь гостем в ее стедгольде, трибун, я рассчитываю, что вы будете вести себя, как подобает рыцарю и солдату Королевского легиона по отношению к гражданину королевства.

Лоренцо прищурился, он явно с трудом сдерживал ярость, но едва заметно кивнул в ответ.

— Далее, — продолжала Кэлен, — я настойчиво советую вам позволить вашим людям отдохнуть и поесть, когда у них есть такая возможность. Если погода ухудшится, им потребуются все их силы.

— Я не обязан повиноваться вашим приказам относительно того, как мне следует командовать моими людьми, графиня, — рявкнул Лоренцо.

— Ну и ну! — послышался женский голос из закрытого паланкина. — Может, стоит дать каждому из вас по дубинке, тогда вы сможете забить друг друга до смерти. Не вижу другого способа прекратить эту безобразную сцену. Ральф, прошу тебя!

Один из рыцарей немедленно подошел к дальнему краю паланкина, открыл дверцу и предложил руку крошечной женщине, которая выбралась наружу. Она могла бы быть пяти футов ростом, но все равно выглядела бы хрупкой и изящной, стройной, точно парцианская ласточка. Кожа у нее была цвета темного меда, а роскошные блестящие волосы — чернее влажного угля. Платье из великолепного шелка приглушенных тонов коричневого и серого цветов было гораздо более открытым, чем считалось приличным для женщины любого положения. Ее красота казалась пугающей, а черные глаза слишком большими для лица. Две нитки жемчуга цвета закатного солнца, добытого где-то в море на ее родине, украшали волосы и еще две — обвивали шею.

Жемчужное ожерелье было прекрасным и очень дорогим — но не скрывало, что под ним находился ошейник рабыни.

— Кэлен, — проворковала женщина и широко улыбнулась. — Ты всего пару лет назад покинула цивилизованный юг, а уже превратилась в дикарку. — Она протянула Кэлен обе руки. — Ты, наверное, меня совсем забыла.

Кэлен улыбнулась.

— Жанин, — сказала она и, шагнув вперед, взяла обе протянутые руки.

Как и всегда, стоя рядом с Жанин , наделенной изысканной красотой, она почувствовала себя неуклюжей и слишком высокой, но ее это ничуть не беспокоило.

— А что ты здесь делаешь?

В глазах