Александр Македонский. Наследник власти - Неля Гульчук

– Ну это как посмотреть! Сатрапы думают, что мы ввергаем государство в хаос, а они претворяют в жизнь идеи Александра.

Полемон рассмеялся:

– Так у нас скоро появится много царей и все захотят быть как Александр.

– Пока я регент, этому не бывать, – уверенно произнес Пердикка. – На днях должен появиться на свет сын великого царя – наследник престола.

Регент обвел всех властным взглядом, отдавая распоряжения:

– Пифон, немедленно разыщи Антигона.

– Полемон, проследи, чтобы Антигона живым доставили в Вавилон.

– Селевк, завтра же отправь сатрапам послания. Напомни, что все войска находятся в распоряжении государства и должны служить царскому дому. Малейшее неповиновение будет жестоко караться…

Ночь опустилась на город, принеся мягкую прохладу. В темно-синем бархатном небе сияли мириады ярких звезд. На душе Селевка, возвращающегося из царского дворца, было неспокойно. Угроза в адрес сатрапов вызвала у него озабоченность. Пристально следящий за каждым его шагом Пифон в ближайшее время обязательно раскроет тайную связь Селевка с Птолемеем, Лисимахом и Леоннатом. Им всем рано или поздно придется убрать с дороги Пердикку. А что делать? Значит, так тому и быть. Вспомнив о друзьях, Селевк почти физически ощутил их защиту и вдруг снова стал самим собой: мужественным воином, умеющим вести непримиримую борьбу, способным противостоять любым неблагоприятным обстоятельствам. Битва с Пердиккой не будет для него единоборством. С ним Птолемей, чья мудрость внушает уверенность и спокойствие. С ним Лисимах и Леоннат, которые своевременно придут на помощь. Селевк не сомневался, что к ним присоединится и Кратер. И, наконец, Апама! Апама любит его, и эта любовь поможет ему преодолеть любые превратности судьбы.

Этой ночью Селевк окончательно уверился: только здесь, в Вавилоне, находится ключ к его будущему.

3

В лунную ночь, в самом начале осени, в царском дворце, где лежало забальзамированное тело Александра Великого, родился наследник престола.

Лекарь, поднявший на руках извивающееся тельце, крошечное и бесценное, которое должно было принести мир в разваливающееся на части государство, на нетерпеливый вопрос царицы радостно ответил:

– Сын!

Войсковое собрание еще до рождения нарекло младенца Александром Четвертым. Он родился светло-рыжим, солнечным, как и отец.

Но даже рождение долгожданного сына не смогло изгнать из души Роксаны пустоту, смятение и страх.

– О Александр, зачем ты покинул меня? – часто шептала царица.

Память неотвратимо уносила ее в прошлое, в дни юности. Она словно вчера слышала мелодию свадебной песни. Но Александр никогда не придет. Смерть царя – неожиданный удар, от которого разрушилось то, что казалось незыблемым. Честолюбивые замыслы, страх, подозрительность, недоверие в одночасье выползли на свет. Теперь надо было опасаться всех.

«Ни один трон не слаб так, как тот, который занимает дитя», – услышала Роксана однажды фразу, произнесенную Кассандром. Эта фраза не выходила у нее из головы.

В покои вошла кормилица с ребенком на руках, запеленутым в пурпурное, расшитое золотом покрывало.

Роксана склонилась над сыном и, словно молитву, тихо-тихо прошептала:

– Ты должен понять, что ты царь, один-единственный!

Но после смерти Александра стало слишком много тех, кто с этим не соглашался. Роксане был ясен зловещий блеск, который она все чаще и чаще замечала в глазах диадохов. Высоко вознесенные ее мужем, они желали встать еще выше. Это была жажда власти. Роксана, приказав убить Статиру, знала, насколько эта жажда страшна и опасна.

Надежды на безопасность сына и себя царица возлагала на регента Пердикку. Когда он подошел к ее ложу, чтобы поздравить с рождением сына, Роксана приказала:

– Пердикка, усиль охрану у покоев наследника престола.

Занимался рассвет.

Посветлело на востоке, забрезжило на севере, западе и юге; настало утро, пронизанное золотистыми лучами солнца. Над крышами царского дворца взметнулись ввысь стаи белых голубей.

В храме Великой матери, примыкающем к дворцу, с утра пылали светильники, курились кадильницы. Величественные стены уходили ввысь, внушая людям благоговение перед богиней Нинмахой, плодоносное чрево которой являлось источником всего сущего на земле.

Полное лунообразное лицо богини обрамляли ниспадающие до плеч волосы. Округлые формы – выпуклый живот и полные бедра, – слепили наготой. Руки были сведены под полушариями грудей, своим молоком Нинмаха вскормила младенцев богов.

Под статуей простирался алтарь, украшенный огромными бычьими рогами – знак мужской силы бога, с которым бессмертная Нинмаха зачала бренный мир, породила людей.

Перед гигантским изваянием богини молились знатные вельможи во главе с Пердиккой. По левую сторону от регента стоял Селевк, за ним высшие военные чины. Царь Филипп Третий на торжественной церемонии в храме отсутствовал, – разбудить его не удалось.

У алтаря жрец в длинном белом облачении говорил нараспев:

– О Нинмаха! Отныне, мать богов, храни наследника престола Александра Четвертого от всех напастей. Ниспошли ему силы и мудрость. Его ждет нелегкая обязанность – вершить дела на благо царства и подданных. Мы пришли воздать тебе почести, чтобы укрепила ты нашу волю и надежду на то, что правление Александра Четвертого будет достойно правления его великого отца.

Все в храме, склонив головы, вторили словам жреца.

Лишь Селевк ни разу не склонил головы. Он стоял перед алтарем, ни о чем не прося Нинмаху. Ему не верилось, что сын Роксаны будет достойным своего великого отца.

После окончания молебна Пердикка торжественно вышел из храма. Его лицо было похоже на маску своей величавой неподвижностью. Срочные дела были улажены еще утром. Пердикка привык рано приниматься за дела. Гонцы, оповещающие о рождении наследника престола, были разосланы во все районы Вавилона и во все сатрапии государства. Армию успокоили долгожданным известием, что царица родила сына. Все было сделано быстро и четко. Государство должно почувствовать, что царь у него появился.

Став регентом, Пердикка понимал, что его власть до совершеннолетия наследника престола будет почти абсолютной. Но этого ему уже было мало.

Пердикка готовился к предстоящей борьбе с диадохами. В первую очередь он решил уничтожить Антигона Одноглазого. Он знал, что Антигон дружен с Антипатром, и боялся этой дружбы. Утром он срочно вызвал к себе Кассандра и отправил его к отцу в Грецию. По замыслу регента именно теперь, когда Антипатр соединился с Кратером и удачно подавил греческое восстание, располагая значительными силами, он должен был стать его верным союзником в борьбе с диадохами. Чтобы разрушить союз Антигона и Антипатра, Пердикка просил руки дочери Антипатра Никеи.

У выхода из храма Селевка ожидал его советник Патрокл.

– Прибыл посланец из Греции от Леонната. Он желает говорить только с тобой. За воротами храма ждут носилки.

Селевк поблагодарил Патрокла, но пошел на встречу пешком. Советник и телохранители поспешили следом.

Вокруг храма бурлила толпа народа. Хоры славили Александра Четвертого и желали ему счастья, здоровья, удачного царствования.

Миновав ликующие толпы, выкрикивающие приветствия новорожденному царю, Селевк направился по дороге меж рядов пальм и кустарников. Тяжелые массивные ворота дворца были украшены бронзовыми барельефами с изображением сражений. Перед воротами застыли караульные. Они низко склонились перед хилиархом в знак почтения и преданности и расступились, освободив дорогу, ведущую к залу приемов.

На одном из крыльев лестницы, украшенной гигантскими изваяниями сидящих львов из светло-серого камня, у входа в зал приемов стоял воин, в котором Селевк узнал Агафокла, одного из телохранителей Леонната.

– Агафокл?

Воин приветствовал Селевка, прошел вслед за ним через приемную в кабинет и остановился у порога. Он внимательно смотрел на хилиарха, словно размышляя, как на того могут подействовать слова, которые он собирался произнести.

Селевк насторожился.

– С чем прибыл? – нетерпеливо спросил он.

Агафокл продолжал молчать. Селевк предложил ему сесть и сам расположился в кресле за столом.

– С какими вестями, хорошими или плохими, Леоннат отправил тебя в столь дальний путь?

Агафокл начал издалека:

– Леоннат с войском двигался к Эвмену. Ему по приказу Пердикки он должен был оказать поддержку при завоевании Каппадокии.

Это сообщение было для Селевка неожиданным.

– Что произошло потом?

– Леонната догнал посланец Антипатра. Он рассказал, в каком стесненном положении находятся македоняне в Ламии и как необходима им срочная помощь. Леоннат поспешил на выручку Антипатру, чтобы помочь ему вернуть Фессалию, освободить дороги на Македонию и восстановить с ней связь.