Вера и любовь - Гвендолин Кэсседи

Когда скрипнула дверь, Люси вздрогнула и сжалась. Но это оказалась взволнованная Винни.

– Арт сказал, что ты возвращаешься домой! – выпалила она с порога. – Ты не можешь, Люси! Я не останусь тут без тебя!

– Боюсь, придется, – печально улыбнулась сестра. – Если бы даже Арт разрешил, я все равно не взяла бы тебя с собой. У меня и без этого будет масса проблем.

– Но ты вовсе не должна уезжать. Арт говорит, ты сама так решила, а он тут ни при чем. Ведь теперь, когда ты не собираешься за него замуж, все будет просто прекрасно!

– Нет, не будет… Все бесполезно, Винни. Я не могу остаться. Ты должна понять.

– Но ты могла бы жить не здесь, а где-нибудь еще. Уверена, миссис Эверет помогла бы тебе с жильем.

– Даже если и так, мне этого не нужно. Чтобы совладать с моими чувствами, мне необходимо во что бы то ни стало оказаться там, где я никогда больше не увижу Арта.

Алвина с минуту молчала. Смена выражений ее лица поставила Люси в тупик.

– Ты все еще его любишь? – спросила наконец сестра.

– Да, – прошептала Люси. – Наверное, это глупо после того, что он совершил. Но я… я ничего не в силах с собой поделать.

– Это Пит… – еле слышно прошептала девочка. – Это все его выдумки.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Люси, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу.

– Это он придумал сказать тебе, что Арт с Хелоис… ну, это самое. – Алвина явно хотела употребить одно из выражений дружка, но сдержалась. – Он ведь знал, что я не хотела вашего брака.

– Понимаю. – В душе Люси уже закипала бешеная злоба. – Ну что ж, ты преуспела.

– Прости меня, Люси… – Алвина готова была разрыдаться. – Я так завидовала тебе! Ведь Арт – мой родной дядя, но черта с два он взял бы меня с собой, если бы не ты. Ведь я ему противна, противна!

– Это чушь! – Совладав с собой, Люси обвила руками худенькие плечи сестры. – Он любит тебя, глупышка! Просто ты всеми возможными способами мешаешь ему это показать.

– Я все разрушила! – Теперь Алвина уже плакала по-настоящему. – Прости меня, прости меня, Люси!

– Ну-ну, – шептала Люси, – успокойся. Я все понимаю…

– Что ты понимаешь? – Девочка подняла заплаканное личико. – А не можешь ты сказать ему, что ошиблась и снова хочешь быть с ним?

– Не думаю… – Люси старалась говорить спокойно. – Погоди, я принесу из ванной бумажные платочки.

Это был всего-навсего предлог. Войдя в ванную, она постояла немного, силясь справиться с собой – вернее, с горячим желанием отхлестать по щекам строптивую и глупую девчонку, по милости которой она потеряла самое дорогое в жизни.

Да виновата ли сестра? Ведь стоило ей поговорить с Артом, а не принимать на веру слова Винни, ничего бы этого не произошло.

Вернувшись в спальню, она минут десять уверяла сестру, что не сердится.

– Пойми, милая, любовь и доверие должны всегда идти рука об руку, – объясняла Люси. – Значит, я просто ему не доверяла, а стало быть, все было обречено. Ладно, иди-ка ты спать. Завтра тебе в школу…

– Больше я и на пушечный выстрел не подойду к Питу Бруксу! – клятвенно заверила ее Алвина. – Не удивлюсь, если выяснится, что эту «гениальную» идею подсказала ему Хелоис.

Такая мысль и самой Люси приходила в голову – впрочем, даже это уже ничего не меняло.

– Ты твердо решила лететь домой, Люси? – спросила на прощание девочка.

– У меня нет выхода.

И Алвина всхлипывая удалилась, оставив сестру наедине с ужасами предстоящей ночи.

Она лежала без сна в темноте, когда дверь снова открылась. Арт не включил даже ночник.

– Винни сказала мне все. – Он помолчал. – Тебе не пришло в голову поговорить со мной начистоту?

– Нет, – сказала Люси. – Я слишком боялась уронить достоинство в собственных глазах. – В темноте она не могла видеть выражения его лица и, поколебавшись, произнесла: – Прости меня, Арт.

– Простить за что? За то, что поверила этим россказням, или за то, что передумала выходить за меня замуж?

– И за то, и за другое. – Люси казалось, что вместо сердца у нее кусок льда. – Я думала, ты вздохнешь с облегчением, отделавшись от меня.

– Ты и сейчас так думаешь?

– Да. Ведь я вела себя отвратительно все это время…

– О да, в высшей степени омерзительно, – согласился Арт. – От начала до конца!

– Правда, это вышло как-то само собой. Наверное, ты пробудил во мне все худшее… Но теперь я прощена?

– За то, что усомнилась во мне, – да. Но не за то, что по твоей милости мне пришлось пережить в последние несколько часов.

– Что же с тобой было? – с замиранием сердца спросила Люси.

– Я побывал в аду, – просто ответил он. – Я думал, что и вправду тебя потерял.

Теперь по жилам ее разлилось блаженное тепло:

– Неужели это для тебя так много значило?

– Больше, чем что-либо на свете. – Присев на краешек постели, Арт взял в ладони ее лицо и поцеловал с нежностью, которая была красноречивее всех слов в мире. – Я люблю тебя, Люси. Я полюбил тебя сразу, как только увидел, но самому себе в этом долго не сознавался. Мне даже удалось на время поверить, что я совершаю некий акт душеспасительной благотворительности. Но когда я увидел тебя тогда, в бассейне, то все понял…

– Но если ты тогда уже все понял, почему так ужасно обошелся со мной поутру?

Люси уже ничего не понимала. Ничего, кроме того, что счастлива безмерно.

– Я терзался чувством вины. Ведь я покусился на девочку едва ли не вполовину моложе меня. Я открыл ей мир секса, в который ей рано еще было входить.

– Нет, не рано! – воскликнула Люси. – Мне было так хорошо, покуда ты не спустил на меня собак из-за этой идиотской книжонки!

Губы Арта дрогнули в усмешке:

– Согласен. Ну расколоти о мою голову еще пару вазочек, тарелок…

– Я просто взбесилась тогда!

– Разумеется, все это пустяки. Пустяки – вся моя жизнь до встречи с тобой… – Голос его дрогнул. – Ты единственная женщина, с которой я хочу быть рядом всегда, всю жизнь.

Люси изумленно уставилась на него:

– Что ты говоришь? Секунду назад ты называл меня девчонкой!

– Не цепляйся к словам. – Арт снова улыбался, хотя явно еще нервничал. – Я знаю: то, что ты чувствуешь ко мне, – нечто большее, чем простой зов плоти. Но у тебя будет много времени, чтобы понять, что такое настоящая любовь. Когда мы поженимся… В общем, я не допущу, чтобы ты полюбила другого.

– Как будто такое возможно… – Люси с нежностью коснулась ладонью его щеки. – Это не просто влечение, Арт. Я люблю тебя так, что сердце изнывает от боли… и от счастья. Если бы я вернулась в Англию, то остаток дней провела бы, вспоминая тебя. Знаешь, чтобы доказать тебе, что это не просто зов плоти, я готова спать в одиночестве целый год… нет, месяц…