Стихотворения. Книга стихов - Ирина Ратушинская

«Открываю старую книгу...»

Открываю старую книгуИ читаю никому не нужные вещи.Никому, кроме, может быть, ненормальных,У кого болит то, чего нет,Справедливо называемых психами.Это в нашем веке было такое ругательство.В очередях.Открываю, а они уже теснятся:Все невидимые глазу тени,Что ведут бессонницу в поводу. А бессонницаХочет пить.Эти знают, эти напоят.Завлекут, затанцуют, заморочат.Чур вас, чур, конокрады!У меня артерии — сонные. Не по адресу, господа.Вот чайник: электрический, сам выключается.Вот столик: кофейный, и для журналов.Радиатор исходит теплом.Закройте книгу, сквознякС этого разворота, где волосок завитком —Неизвестно чьим.Может, просто читала и обронила —Какая-то она,Семьдесят лет назад.Или боялась обыска, проверяла.Знаменитая проверка на волосок:Если выпал, заложенный —Значит, книги трясли.Кто же она была,С завитком, ещё не седым?Я знаю, была одна:За её спиной переглядывались,Но царственно, смехотворно, неукоснительно —Она проверяла на волосокВсё своё состояние в странных буквах нашего века:Ежедневно,Как чистить зубы.А потом шла стоять в свою очередь.Впрочем, волосы её не вились.Стало быть, это другаяОбронилаСлучайно.

«Как выдаёт боязнь пространства...»

Как выдаёт боязнь пространстваЖелание вписаться в круг,Как самозваное дворянствоИзобличает форма рук,Как светят контуры погостовИз-под разметки площадей,Как бродят, царственно и просто,Лакуны бывших лошадейПо преданным бесплодью землям —Так, слепком каждому листуИ каждой птице на кусту —Хранит природа пустоту,Подмен надменно не приемля.

«Баба Катя вышла с кошёлкой, с утра пораньше...»

Баба Катя вышла с кошёлкой, с утра пораньше,До отвоза мусора,Чтоб соседей не стыдно.А усатый, что в телевизоре, гад-обманщик,Перевёл часы, и теперь ничего не видно.Ёжится баба Катя, в смурных потёмкахРазгребает палочкой —Где бутылки, а где объедки.В самогонном кайфе небритые спят потомки.В виртуальных пространствахБдят внучки-малолетки.А счастливая баба Катя нашла картонку:Если встать на неё, то валенки не промокают.А над нею месяц всея Руси:Тонкий-звонкий.Задержали, видать, зарплату, и припухает.Роется баба Катя.Штаны с начёсомПоистёрлись: за минус с ветром уже не держат.Не хватало свалиться, всем на смех,в помойку носом!Помоги,Святой Николай, новомученик-самодержец!А нечистый как раз над городом свесил морду.Увидала Катя:Батюшки, ну и харя!Рожки выставил, и не только.Раздулся гордо,Да корячит пальцы, как Ахмет на базаре.Ахнула баба Катя, и ну креститься.А потом дерзнула. Старушечью лапку в жилахЗамахнула вверх:Крестом тебя, вражья птица!Не таких видали,Сгинь, нечистая сила!И завыл, и сгинул. Зелёный рассвет, и зябко.А добыча богатая — шесть бутылок и кеды.И пошла Катерина довольная:Хоть и бабка,А заступник и ей послал,Чем праздновать День Победы.

«Сказки ходят на кошачьих лапах...»

Сказки ходят на кошачьих лапах,И от них смородиновый запах,И они по ночам воруют:Мальчиков,если плохо лежат,Девочек,если плохо лежат,Даже маленьких медвежат.Озоруют, ох, озоруют!

А украденному — лес-малина,Мост Калинов, а за ним долина,И чего боишься, то будет.Бабушкатаращится: съесть,Деревоцепляется: съесть,В темноте волчьих глаз не счесть,И никто-никто не разбудит!

Бойся всласть, а хочешь — полетелиПоскакать на облачной постели,Звёзды щекотать за усами:Звон червонный,жаркая медь!Обожжёшься —чур, не реветь:Там по небу ходит медведь,Ждёт потехи с гончими псами.

А оттуда — всё, как на ладони:Замки, и дороги, и погони.Вот русалки машут, смеются.Эй вы там,за медной горой!Кто герой —выходи на бой!Чур, кто струсит — тому домойНавсегда-навсегда вернуться!

И потом реви под одеялом,Вспоминай, как было — и не стало,Только запах, как после грома.Эй вы,звёзды и голоса!Вот яжмурю-жмурю глаза:Украдите меня назад!Всё равно убегу из дома!

«Тот ветер, как и смерть, приходит сверху...»

Тот ветер, как и смерть, приходит сверху.Он городам ломает башни и гробницы.Он смахивает крошки самолётовС разодранных небесных скатертей.И вожаки кричат последнюю поверку,И отвечают им измученные птицы,Теряя одержимость перелёта,Уже с паденьемВ сломанном хребте.

Зачем нам знать, что этот ветер будет?Ведь мы не лезем с микрофонами к пророкам,Зато достигли мудрых философийИ пластиковых банковских счетов.И вожаки людей успешно вышли в люди,И суррогаты апельсинового сокаИ чашки обезвреженного кофеНас ждут в любомИз аэропортов.

Неважно, где. А важно, что под крышей.Ещё желателен хороший курс валюты.В любое место выдаются визы,В любом отеле мягкая кровать.И если птицы закричат, мы не услышим.Лишь иногда бывает зябко почему-то.И мы тогда включаем телевизорИ смотрим жутик,Чтоб спокойней спать.

«Мне было очень трудно на душе...»

Мне было очень трудно на душе,И я искала знака, не решаясьПо Имени позвать и попросить:Мол, дай мне знак. Под горло подошло.А только лишь — без всяких прав — искала.И он не милостив — тот знак, что я нашлаНа Бородинском поле:Сердце всталоЛенивой лошадью. Потом опять пошло,Но неуверенно: как воду мы искали.Но та вода нам — не на то, чтоб пить.На страшное. На вечное.На службу —Не легче той, в лосинах и колетах,Парадных, праздничных,Чтобы виднее кровь.На той крови нам проросли колосья.И на высоком месте — сорняки,Вполне созревшие, и мечущие семя,Пушистые, лиловые.И глазЗовущие: чего ещё искать?А там, пониже, трудными рядами —Колосья ржи, чуть вышедшие в стрелку.Так гибко от случайного дождяЗависящие: жить или не жить.Я помню: будто воду мы искали —Те, кто пришли сюда, и те колосья.Но не было воды. Нас пили слепни.Решало солнце круг — без квадратуры,В которую нам только и вписаться.Мы не умеем вписываться в круг.И вот мне знак:Незрелые колосьяСпасительницы-ржи, и сорняки —Во всей красе. Напополам. Без мести.И окрик ангелам — евангельский:Не сметьИх разделять! Ещё не время жатвы.Что ж, ищешь знак — рискуешь и найти.

«Там, далёко-далёко...»

Там, далёко-далёко,на синем от гроз берегу,Слышны топот, и пенье, и визги, и жаркие споры.Что я знаю о детстве, которое я берегу?Вот и лето, и мячик летает,и школа нескоро.

Непонятное слово написано в лифте,и стыдно спросить,Но звучат водяные ступени Нескучного садаИ неведома взрослым травапод названием «сныть»,А в земле мертвецы,и ещё там закопаны клады.

Но отцовской рукитак уверен весёлый посыл,Что не страшно идти, и не рано, а в самую пору.Вот они и уходят — счастливые, полные сил.Вот и осень, и воздух пустеет,а вечность нескоро.

ПЕСНЯ БОЙЦОВ СВЯТОСЛАВА