Хранитель меча - Лэйна Джеймс

Дэви поднялся, недовольно ворча. Тидус был невысок ростом, и Дэви почти догнал его.

— Итак, что нужно сказать? — спросил Тидус.

— Я не знаю, что говорите вы, — резко ответил мальчик, — но я считаю его старым занудой, которому впору было бы пасти скот.

Лицо Тидуса слегка порозовело:

— Что нужно сказать в случае когда покидаешь общество королевы?

— Ох! — Дэви тщательно поклонился. — Позвольте мне удалиться, ваше величество.

Королева отпустила мальчика коротким кивком, затем точно таким же образом она ответила на поклон Тидуса. Пожилой советник на секунду задержался у выхода.

— Он немного упрям, миледи, но учится очень быстро, — негромко сказал Тидус. — Я думаю, что с моей помощью из него когда-нибудь выйдет блестящий вельможа.

— Благодарю вас, Тидус. Я никогда в этом не сомневалась.

— Если королевство Виннамира продает свою воду и лес в Ксенару, то что оно получает в обмен? Куда деваются все наши доходы от такой торговли?

Тидус раздраженно уставился на своего ученика через стол. Мальчишка снова пытался заставить его сменить тему занятия.

— Мне казалось, что мы обсуждаем методы правления и ошибки короля

Пернина, а также социальное и политическое значение его первого торгового договора с Ласонией.

— Я помню… — Дэви задумчиво поигрывал своим стилом. — Обе страны выиграли от этого соглашения. Но что получил Виннамир в результате своего последнего договора с Ксенарой?

— Не пойму, почему этот вопрос так тебя занимает именно сейчас, — пожал плечами советник. — Сомневаюсь, чтобы тебе удалось в полной мере постичь все сложности и тонкости внешней политики.

И он постучал согнутым пальцем по странице лежавшей перед Дэви книги, надеясь снова привлечь к ней его внимание.

— Читай!

Зеленые глаза юного герцога сузились:

— Зато мне вполне по силам постичь, что твоя одежда гораздо лучше и дороже, чем у королевы; мне не нужно напрягаться, чтобы увидеть, как разрушается этот обветшавший замок и что жители Киптауна стали походить не на счастливый народ процветающей страны, а на грязных нищих и попрошаек.

Этот молодой герцог был весьма проницателен, и его не так-то просто было сбить с мысли. Тидус тщательно обдумал свои слова, ибо их действительно окружали привезенные из других стран дорогие ковры и роскошная мебель. Он решил, что лучше всего будет сказать правду или хотя бы ее часть.

— Хорошо, я постараюсь объяснить это тебе как можно проще, — сказал он и был вознагражден недовольным выражением, появившимся на лице Дэви. — Когда Виннамиром правили король Люсьен Д'Салэнг и его дядя, они заключили с Ксенарой открытый торговый договор. С одной стороны, они дали Виннамиру огромные богатства, но тут же их и отобрали. Нужно было оплачивать огромную армию наемников, подкупать ксенарских чиновников. Огромные суммы были вложены в их семейное дело в Занкосе и в Катае. Прежде чем они оба погибли, Виннамир по их милости настолько глубоко увяз в долгах, что пройдет еще немало лет, прежде чем мы снова сможем получать доходы от этого соглашения. Лишь немногие торговцы Виннамира, самые умные и дальновидные, сумели скрыть свое богатство и тем самым частично его сберечь…

— И ты тоже так поступил? — перебил его юноша, доброжелательно улыбаясь.

— Безусловно. Способность хорошо соображать мне не чужда, — Тидус разгладил морщинку на безупречном рукаве. — Вряд ли Рыжий Король в чем-то виноват; когда он взял в свои руки власть над королевством, все богатства уже были разбазарены, истрачены, проданы или увезены — так, например, исчезли земли и богатства герцогов Госнийских. Несчастные простолюдины были обложены столь жестокими налогами, что больше уже не могли ничего давать в казну. Кроме того… — глава королевского Совета приподнял вверх подбородок, — как это ни печально, но это факт: его величество нисколько не заботился о том, чтобы привести в порядок двор и облегчить жребий своих подданных.

Последнее утверждение рассердило герцога, и Тидус увидел, как затрепетали его ноздри. Любопытно, отчего молодой Госни, отвергнутый своим королем, так рвется встать на его защиту? Тидус тем не менее не собирался дать ему ни единого шанса. Щелкнув пальцами, он быстро сказал:

— Я ответил на твои вопросы. А теперь будь любезен, обрати свое внимание к занятиям историей.

Дэви стиснул зубы и перевернул страницу лежавшей перед ним книги.

Когда дверь в его комнату стала со скрипом приоткрываться, Арлин как раз лежал на постели и смотрел на нее неподвижным взглядом, желая, чтобы хоть кто-нибудь пришел. Он с радостью увидел, как в дверь просунулась несколько взъерошенная темная шевелюра, очень похожая на его собственную. Затем показалось и лицо обладателя этих волос — светлокожее, мальчишеское, узкое, с зелеными глазами и высокими скулами. Затем это лицо исчезло, и дверь стала закрываться.

— Постой, не уходи!

Гость немного помялся на пороге, затем его голова снова просунулась в комнату.

— Я не хотел тебя беспокоить.

— Ради всех богов, побеспокой меня, что тебе стоит…

Эта мольба заставила мальчика войти в комнату. Арлин с интересом смотрел на его фигуру, одетую в голубого цвета шерстяной костюм, состоящий из штанов для верховой езды, жилета и камзола, одетых поверх белой полотняной рубашки. На ногах мальчика были высокие ботинки, доходящие ему чуть ли не до колен. Все это было совершенно новым и чистым.

— Что-то я тебя раньше не видел, — сказал южанин.

— Мне сказали, что мне нельзя сюда ходить.

— Удивительно, что тебе все равно захотелось это проделать. Ко мне никто не заходит… за исключением Гиркана, конечно, но и он всего лишь приносит мне еду да выносит ночной горшок. И он постоянно куда-то торопится. Как ты думаешь, может быть, смерть — это заразно?

— Иногда — да, — простодушно ответил мальчик. — Так к тебе никто не приходит?

Арлин пожал плечами:

— Королева заходила ко мне несколько раз. Она очень добра. Кстати, мальчуган, кто ты такой?

— Дэви Дэринсон, герцог Госнийский.

— Герцог… Я польщен. Что касается меня, то я когда-то был Арлином Д'Леланом и теперь, надеюсь, снова им стал. Как поживаете, герцог?

— Спасибо, очень хорошо, — Дэви остановился возле очага. — У тебя тут огонь погас.

— Он всегда так делает, когда к нему никто долго не подходит. Впрочем, здесь всегда очень холодно, даже когда он горит.

— Тогда почему ты не встанешь и не уйдешь отсюда?

Этот простой вопрос причинил Арлину боль. Аристократ-южанин на мгновение отвернулся.

— Боюсь, что мало кто будет рад, если я выйду из этой комнаты. К тому же мне сложно управляться с моими ногами — они еще не слишком слушаются меня. А что ты думаешь по этому поводу?