Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав

– Как и обещал, собираюсь взяться за крымчаков, – заговорил Павел после паузы. – Жду только вашей отмашки.

– Ну, так считай, что получил её. Какие планы у тебя?

На стене за Грониным висела большая карта, занавешенная шторкой. Павел поднялся, отодвинул шторку, некоторое время сосредоточенно смотрел на карту, а затем принялся рассказывать генералу какой комплекс мер он собирается предпринять. Генерал внимательно слушал и кивал, задавал много вопросов и сделал даже несколько весьма конструктивных замечаний и предложений. В процессе обсуждения он поднялся со своего места и подошёл к карте, скрупулёзно её осматривал и задал вопрос по каждой пометке без исключения, но всё равно в итоге остался чем‑то недоволен. И Гронин, кажется, понял чем именно.

– Как ты понимаешь я поговорил с кем надо, – сообщил Логинов, с кряхтеньем усевшись обратно на свой стул. – Твою идею с крымчаками поддержали, и тебе выделят всё необходимое – только согласуешь со мной список.

Гронин позволил себе улыбнуться. Пока что всё шло, как надо.

– Но поддержали только эту идею. Предложение с учебками напоролось на серьёзное противодействие. – генерал внимательно посмотрел на выражение лица Павла и только после этого закончил свою мысль. – Но ты ведь ожидал этого, да?

Павел ограничился кивком. Здесь не было смысла что‑то скрывать.

– Как и думал, – хмыкнув, сказал Логинов. – Но дело не безнадёжное. Если ты со своими довольно скромными силами сможешь всерьёз нагадить в кашу «Чаяну», то у меня помимо твоей старой репутации появится такой аргумент, противопоставить которому генералитету будет нечего.

– Ну‑у, я сделаю всё возможное.

– Знаю, – кивнул Логинов и, подумав немного, продолжил. – Да, старые пердуны опасаются того влияния, которое ты можешь получить. Никто не хочет, чтобы среди генералитета появился новый человек, который начнёт высушивать это вонючее болото. Ещё и такой способный человек, как ты.

– А вы?

– А что я?

– Не боитесь того же?

Логинов растянул губы в снисходительной улыбке.

– Не боюсь. В отличие от этих пней я понимаю, что не вечен, что в любой момент могу скопытиться от коньяка или инфаркта, а организации нужны новые умы, особенно такого калибра, как твой. Признаюсь честно – то, что ты теперь с нами, греет мою старую душу. Смогу, наконец, отойти от дел и спокойно уйти в мир иной, зная, что наше дело в надёжных руках.

– Никогда не любил подобных речей, – покачав головой, сказал Павел.

– Постареешь – всё поймёшь, – отмахнулся Логинов. – А сейчас давай вернёмся к тому, о чём говорили в прошлый раз – что и где ты нашёл у «Чаяна»?

Это была единственная козырная карта Гронина. Он не лелеял бессмысленную надежду, что Логинов об этом забудет, но всё равно желал максимально оттянуть момент, когда эту карту придётся разыграть.

– В ближайшее время я займусь этим и выясню, что там такое. Как только у меня будет подробная информация – я сразу вам доложу.

– Не годится, – безапелляционно заявил Логинов. – Нам нужно немедленно всё выяснить и оценить уровень угрозы. Для этого туда отправят несколько разведотрядов. И у меня требуют координаты.

Гронин не смог сразу ответить, и Логинов немедленно принялся давить.

– Координаты, Паша. Они мне нужны. Прямо сейчас.

По реакции Павла было видно, что этого всё ещё мало.

– Ты получил, что хотел – дай взамен то, что хотят от меня. Такова была наша сделка, – совсем не доброжелательно добавил генерал.

Похоже, не стоило заводить этот разговор дальше. Павел подумал ещё немного, затем шумно выдохнул и кивнул.

– Хорошо.

Он открыл ящик стола и достал оттуда большую, много раз сложенную карту. Развернув её на столе, Паша секунд десять смотрел на неё, а затем достал карандаш и лист бумаги. Выписав два ряда цифр, он сложил листок вчетверо и начал протягивать генералу, но на полпути отдёрнул руку. Старик вопросительно на него посмотрел.

– Я потерял там хороший отряд и хочу отплатить крымчакам или тем, кто там у них обосновался. Дайте мне две недели, а потом делайте, что хотите.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Паша, у нас нет времени на игры! – вспылил, было, генерал, но быстро взял себя в руки. – Слушай, я вообще не собираюсь ничего делать. Координаты у меня требуют, чтобы отправить туда разведку. Это всё, что я могу сказать. Пока что никто тебе не запрещает делать то, что ты посчитаешь нужным.

Он несколько секунд изучающе смотрел на Гронина. Паша недовольно нахмурился и не торопился передавать заветную бумажку. Генерал понимал, что в итоге она так или иначе окажется у него, по другому просто не могло быть, но понимал он и причину, почему Гронин так долго созревает. Логинову не хотелось излишне давить на старого знакомого, поэтому вскоре старик снова заговорил.

– Понимаешь, после начала эпидемии и подписания соглашения о полной ликвидации ядерного вооружения кое‑что, ясное дело, осталось. И кое‑кто уверяет, что по твоим координатам может находиться объект, имеющий к этому отношение, а если так, то шутки в сторону. Поэтому у меня требуют координаты, даже если мне придётся прямо сейчас подвесить тебя за яйца.

Паша криво ухмыльнулся, невольно представив себе такую попытку в исполнении генерала.

– И много таких объектов осталось? – спросил он.

– Немало, но подавляющее большинство бесполезны. Я, если честно, вообще слабо верю, что эти объекты в принципе могут принести пользу: пусковых кодов нет, а сами ракеты за годы без обслуживания пришли в негодность и скорее нагадят радиацией в души бесценного персонала, который будет с ними работать, чем куда‑нибудь полетят.

Бумажка снова начала движение к генералу. Тот ухватился за неё, но Гронин всё ещё не выпускал её из пальцев.

– И я могу отправить туда отряд?

– Можешь, – охотно кивнул Логинов.

Пальцы полковника разомкнулись и заветный листок, наконец, оказался в руках генерала. Тот развернул его, взглянул на аккуратные ряды цифр и спрятал в карман.

– Почему одни? Где вторые?

– Там только один объект. Я хотел увидеть вашу реакцию.

Генерал одарил Павла неприязненным, недоверчивым взглядом.

– Паша, лучше не надо этого делать. Не в этом случае, поверь. Просто отдай ещё одни координаты, – недовольно потребовал он.

– Там нет второго объекта, – как можно убедительнее ответил Павел. – А если и есть, то я о нём ничего не знаю. Я просто блефовал.

Видя, что его слова не убеждают Логинова, Павел предложил ему показать карту, лежавшую у него в столе. Генерал на это согласился, карту тщательно изучил, но Гронину всё равно не поверил.

– Я бы тебе рекомендовал и первые координаты не трогать, чтобы там случайно кто‑то с кем‑то не столкнулся, но пока нет приказа – поступай, как считаешь нужным. Но если ты прячешь ещё одну такую карту, то лучше сожги её, а о существовании второго объекта просто забудь, – с прижимом предупредил старик.

Гронин никак не отреагировал, но про себя дважды прокрутил в голове слова старика. Он ещё в прошлый раз заинтересовался его реакцией, а сейчас она была ещё более подозрительной. Требовательные слова Логинова могли бы оскорбить или обидеть кого‑то менее сдержанного, но точно не Гронина.

– Как это понимать? – вполне спокойно уточнил он.

– Буквально, Паша, буквально, – ответил генерал и поднялся. – Поеду я, а ты – лови своих зайцев. Извини, что отвлёк.

Старик протянул Павлу сморщенную, шершавую ладонь. Паша пожал её, сосредоточенно глядя на генерала, но ни один, ни другой ничего больше не сказали друг другу. Попрощавшись, Логинов покинул кабинет, а Гронин ещё минут пять крутил в голове его последние слова, пока не услышал характерный гул вертолётного двигателя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Сергей! – громко позвал Гронин и через секунду добавил фамилию. – Власенко!

На его крик в кабинет быстро вошёл дежурный, который постоянно находился неподалёку, когда Гронин был на месте.

– Позовите ко мне подполковника Родионова. Затем свяжитесь с лейтенантом Романовым. Пусть бросает всё и едет сюда. Немедленно!