Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Кассандра Клэр

— Что плохое случится с Гарри? — быстро спросил он. — Я бы предпочел не знать об этом, если вы не возражаете.

— Не знать? Почему? — удивился Дамблдор.

— Потому что не хочу стоять перед выбором, сказать ему об этом или нет, — Драко на мгновение замер, засунув руки в карманы и глядя в упор на Дамблдора, и все же взорвался, — разве мало того, что с ним произошло? Что — должно еще что-то случиться?

Дамблдор ждал, пока Драко успокоится и затихнет.

— Гарри сильный, — наконец заговорил он. — И многое может выдержать. А с чем он не справится в одиночку, вы справитесь вместе.

— С Роном, Гермионой и Сириусом, — закончил Драко.

— Но все это надо держать от них в секрете. Это ваш секрет, — Дамблдор махнул рукой в сторону стула, и Драко замер. — Присядьте, пожалуйста, мистер Малфой, и послушайте меня. Итак, прежде чем вы помчитесь вслед за Гарри на поиски возмездия, вам стоит кое-что узнать…

Игра должна была начаться уже десять минут назад, когда Гарри, оставив свою команду дожидаться около раздевалки, выскользнул поговорить с мадам Хуч. Через мгновение он вернулся в немного растрепанных чувствах и окинул взглядом взволнованную команду, топчущуюся в глубоком, по щиколотку, снегу у расчищенного поля, которого не было видно из-за высокого ограждения. Симус со скучающим видом прислонился к стене раздевалки, Рон играл застежками своих протекторов.

— Игра задерживается, — коротко произнес Гарри. — Один из слизеринских игроков до сих пор не появился.

Колин фыркнул:

— И что — их не должны оштрафовать за это?

— Мадам Хуч сказала, что мы должны подождать, — пожал плечами Гарри, — так что будем ждать.

Джинни топталась, не находя себе места от раздражения и напряжения. Она стояла в нескольких шагах от Симуса, который даже не смотрел на нее. Элизабет, Деннис и Колин обсуждали Трансфигурацию, Рон играл своими застежками.

— Я бы не хотел, чтобы их оштрафовали, я бы хотел их побить, — произнес он.

— Вот это дух, — утомленно кивнул Гарри.

— Рон прав, — поддержала брата Джинни. — Особенно с учетом последнего раза, — она скользнула взглядом по скучающей команде. — Мне кажется, нам нужна речь для поднятия бодрости духа, — заметила она и подмигнула Гарри.

Он поддержал ее игру.

— Твоим парням не нужны никакие разговоры, мы — непобедимая команда. Нам нужно просто выйти на игру, а там уж мы выиграем. Нам не знакомо слово «поражение», — Рон сдавленно фыркнул, и Гарри усмехнулся. — Хорошо, мы знаем такое слово — мы же не дураки, — однако совсем не в том контексте, — Гарри скользнул глазами по команде, — ну как, вы достаточно взбодрились?

Элизабет вынырнула из своего разговора с Колином:

— Прости, Гарри, ты что-то сказал?

Рон звонко рассмеялся. Гарри с улыбкой повернулся к нему и вдруг замер:

— Эй, Рон, — его глаза вспыхнули удивлением, — что это у тебя на шее?

Джинни, а вслед за ней и Симус, и Элизабет развернулись к нему — с испуганным видом он коснулся шеи рукой:

— Что такое?

— Да у тебя там след от укуса, — развеселился Гарри, — правее… вот тут, — и он ткнул пальцем.

Рон покраснел, как закатное солнце, и быстро хлопнул себя по шее — но было уже поздно.

— У Рона засос! — восторженно объявил Симус Финниган. — Невероятно!

Джинни в абсолютном потрясении вытаращила на брата глаза.

Какого черта?… — собственно, она никогда не претендовала на то, что ее братья будут посвящать ее в подробности своей любовной жизни, но Рон… Ну, Рон всегда казался ей немного романтиком, мечтателем. И все эти поцелуйчики и тисканья были вовсе не в его стиле. У него никогда не было девушки, и он ничего не рассказывал Гарри, судя по его совершенно потрясенному виду.

— Итак, Рон, — приступил к допросу Симус, опершись на метлу, — и кто же эта девушка?

Уставившись в землю, Рон цвел, как маков цвет.

— Это никакая не девушка.

— Так что — парень? — ухмыльнулся Симус. — Кто бы мог подумать!

— Ничего подобного! Я просто проходил в дверь, — в отчаянии начал Рон.

— С шеей, — уточнил Гарри, приподняв брови.

— Да, — твердо ответил Рон.

Джинни фыркнула.

— Рон Уизли, — самым издевательским тоном начала она, — если после всех этих лет жизни в одном доме вместе с Биллом, Чарли и близнецами, ты думаешь, что я не знаю, на что похож засос…

— Джинни, — перебил ее Рон самым предупреждающим тоном, разворачиваясь к ней и тем самым демонстрируя свою шею во всей красе: определенно, это был след укуса.

— Билл, Чарли и близнецы? — эхом откликнулся Симус. — А что — Перси никогда не предпринимал никаких действий? А еще говорят, что власть — лучший афродизиак…

У Рона был такой, вид, словно его сию секунду хватит кондрашка:

— Нет у меня никаких засосов!

Гарри схватил Рона за руку:

— Ладно-ладно, как скажешь, пойдем-ка немного поболтаем в ожидании этого чертового матча, — и с этими словами он оттащил Рона на несколько ярдов в сторону, под одинокий голый дуб. Джинни проследила за ними глазами: Рон выдернул руку, замерев, стоял и слушал, как Гарри ему что-то оживленно втолковывал.

— Ну, — пробормотала она себе под нос, — по крайней мере, они поговорили…

— Вот-вот, — раздался голос у нее за спиной. Не поворачиваясь, она поняла, что это Симус. — Может, и нам тоже стоит?

Она повернулась и впервые — после того, как они вышли из раздевалки, — взглянула на него. Он смотрел серьезно и в упор. Глаза у него были голубые, чуть туманные, как зимнее небо… Она кивнула:

— Что ж, давай.

Взяв ее за руку, он потянул ее за угол, чтобы не видеть Гарри и Рона.

— Джинни, — решительно начал он, глядя ей в глаза, — я хочу извиниться.

Она ожидала чего угодно, только не этого.

— За что? — остолбенело спросила она.

— За то, что был таким непонятливым, — объяснил он. — Вчера вечером, сегодня утром… Я догадываюсь, что же это было. Просто, когда ты мне все сказала, это все было чересчур для меня — я не знал, что сказать, как ответить. И ты была права. Я ведь действительно думал, что смогу как-нибудь спасти тебя от Малфоя, а когда все оказалось совсем не так, я был… разочарован.

— Разочарован? — переспросила Джинни без всякого гнева или раздражения. Признаться, она была здорово впечатлена прямотой и честностью Симуса: такие вещи всегда непросто сказать. — Но почему, Симус?

— Потому что… — он глубоко вздохнул и прислонился к стене раздевалки. Его скулы раскраснелись от холода и, как она заподозрила, от смущения. Он как-то очень по-детски засунул замерзшие руки в рукава своего полосатого красно-золотистого свитера, — потому что, мне показалось, тебе что-то было нужно от меня, — он тряхнул головой. — Ты мне нравишься, Джинни, но ты такая таинственная. Конечно, у каждой красавицы наверняка есть целый отряд парней, твердящих ей о том, что она загадочная, однако ты и вправду такая. Я думаю, ты могла бы… — но Симус не успел сообщить Джинни, кем она могла бы быть, потому что она шагнула к нему и, встав на цыпочки, поцеловала.