500 знаменитых исторических событий - Владислав Карнацевич

Когда спекулятивный бум достиг своих пределов, началось обвальное падение курса акций. 25 октября 1929 г. на Нью-Йоркской фондовой бирже в продажу поступил большой пакет акций компании «Дженерал моторе», а затем пришло сообщение о банкротстве крупных фирм, и в продажу поступили новые крупные пакеты акций. В этот день на фондовой бирже Нью-Йорка было продано 12,8 миллиона акций — в 1,5 раза больше, чем когда-либо ранее. Этот день вошел в историю как «черная пятница». Через несколько дней, 29 октября настал уже «черный вторник», когда был достигнут пик спекулятивного ажиотажа — из рук в руки перешло 16,4 миллиона акций. Курс ценных бумаг на бирже стремительно покатился вниз. За последующий месяц стоимость акций, котировавшихся на Уолл-стрит, упала с 87 млрд до 55 млрд долларов (на 37 %). Но это было только начало. Падение курса акций продолжалось более трех лет.

Биржевой крах был лишь одним из внешних проявлений глубокого кризиса, своеобразным пусковым механизмом. Уже с лета 1929 г. в США стали сказываться признаки кризиса перепроизводства, который быстро охватил все отрасли экономики. Вследствие недостаточной покупательной способности населения произведенная масса товара не находила сбыта. Началось обвальное падение промышленного производства, усиленное тем, что потерпевшие крах на бирже банки стали отказывать в кредитовании промышленным предприятиям. К началу 1933 г. уровень производства упал по сравнению с 1929 г. на 46 %. Происходило массовое банкротство промышленных, торговых и финансовых предприятий и фирм. За 1929–1933 гг. было зафиксировано около 130 тысяч коммерческих банкротств. Прекратили существование 5760 банков (1/5 всех банков США). Самоубийства бизнесменов, банкиров, вкладчиков, игроков на бирже происходили каждый день и стали вполне обычным явлением.

Национальный доход упал с 86,8 млрд долларов в 1929 г. до 40,3 млрд в 1933 г. Армия безработных в 1933 г. составила 12 830 тысяч человек. Отсутствие в Америке системы социального страхования поставило сотни тысяч людей на грань голодной смерти. Только в Нью-Йорке в 1931 г. от голода погибли 2 тысячи человек. Толпы людей перемещались с семьями по стране в поисках хотя бы какой-то случайной оплачиваемой работы. Многие лишились жилья, возникли так называемые «гуверовские городки» — поселения безработных на окраинах городов, выстроенные из ящиков и строительных отходов.

В еще более тяжелом положении оказались фермеры. Еще до кризиса их продукцию покупали все меньше и меньше. Развитие производства синтетических тканей разорило хлопкоробов юга (и так достаточно бедных). Многие фермеры брали займы в банках, чтобы распахать целину, но из-за падения цен на сельхозпродукты не смогли с ними расплатиться. Возникли ножницы цен между сельскими и промышленными товарами. Фермеры не могли заработать денег, чтобы купить промтовары.

Поскольку транспортировать сельхозтовары на перенасыщенный рынок было слишком дорого, их просто уничтожали: пшеницу сжигали в топках паровозов и пароходов, молоко из цистерн выливали в водоемы, картофельные и хлопковые поля заливали керосином или запахивали.

Вступивший в должность президента Герберт Гувер первоначально ограничился введением торгового протекционизма, считая, что кризис будет преодолен автоматически и страна справится с ним за 60 дней. В 1930 г. с целью резкого сокращения ввоза товаров в США был принят высокий таможенный тариф. В ответ на это другие страны тоже повысили ввозные пошлины. Объем мировой торговли сократился в несколько раз.

Страна была охвачена массовыми выступлениями, состоялись походы голодных и безработных в Вашингтон (в 1931–1932 гг.), поход ветеранов Первой мировой войны (1932); фермеры Среднего Запада бойкотировали закупки сельскохозяйственной продукции, противились принудительной продаже ферм. Был создан Национальный Совет безработных. В 1930 г. состоялась общенациональная демонстрация, в которой участвовали 1,2 миллиона безработных. Кризис приводил людей в уныние. Началась Великая депрессия, преодолевать которую, как и сам кризис, пришлось очень долго.

Кризисные явления быстро перекинулись на остальной капиталистический мир. Великобритания благодаря ряду продуманных шагов смогла удержать ситуацию под контролем. А вот во Франции кризис оказался более глубоким и затяжным. Он повлиял и на политическое развитие страны. Очень тяжело пережила кризис Германия, находившаяся в непосредственной финансовой зависимости от Соединенных Штатов. Во многом именно этот кризис предопределил победу нацистов на выборах в 1933 г.

ПЛАН ЮНГА

Основная тяжесть репараций в Германии пришлась на первые послевоенные годы, когда промышленность была наполовину разрушена, а победители настойчиво добивались платежей. Сначала из Германии ушло все золото, а затем в счет репараций стали вывозить уголь, сельхозпродукцию, паровозы. Одновременно с этим падала марка. В стране наступила невиданная инфляция, разорившая массу мелкой буржуазии.

Но промышленная буржуазия и корпорации от инфляции только выиграли. Они платили зарплату бумажками, ими же платили налоги государству и возвращали долги банкам. Расплатившись с банками, промышленные корпорации становились от них независимыми. Банки разорились, а собственный капитал промышленных корпораций — оборудование, корпуса фабрик, запасы сырья и продукции — оставался неприкосновенным.

Вливание американских инвестиций в германскую экономику укрепило ее положение. К концу 1920-х годов Германия по росту производства вышла на первое место в Европе и второе в мире (после США). Германский финансовый капитал вложил свои средства в 200 с лишним интернациональных монополистических объединений. Путем слияний рождались новые концерны и тресты. В 1926 г. был создан «Стальной трест». Это была целая держава со своими шахтами, электростанциями, машиностроительными и судостроительными заводами. В 1925 г. в результате слияния химических компаний появился химический трест «Фарбениндустри».

Однако рост производства сдерживался узостью внутреннего рынка — германское население обнищало в период инфляции, а правительство все еще продолжало платить репарации. Потенциальные покупатели потеряли свои сбережения. Следствием же узости внутреннего рынка была незагруженность производственных мощностей и безработица. Производственные мощности в тот период использовались только на 70 %, а безработных было 4 миллиона человек. Усилившиеся германские монополисты потребовали отменить план Дауэса.

Срок действия плана заканчивался в 1929 г., но он не определял ни окончательной суммы репараций, ни периода их выплаты. Союзники-победители, опасаясь, что Германия отменит план Дауэса в одностороннем порядке, в 1929 г. создали комитет экспертов во главе с американским банкиром О. Юнгом, который разработал новый репарационный план. Американские банкиры приняли живейшее участие в составлении нового плана, поскольку именно они кредитовали промышленность Германии, а репарации в значительной степени подрывали платежеспособность немецких капиталистов.