Искусство войны - Владимир Иванов

Подойдя ближе, Асока шутливо толкнула его локтем в бок и поинтересовалась:

— Чего стоишь? Дверь, что ли, сломалась?

Тот медленно повернул свою голову и посмотрел на нее, после чего прикрыл глаза.

— Это не моя каюта, коммандер.

— А… А чего ты тут тогда стоишь? — изумилась девочка.

— Это каюта Лаки. Была…

Асоке захотелось дать самой себе хороший такой подзатыльник.

«Ну конечно! Как же я сразу не догадалась! Они же были как друзья, их вместе тренировали! И он грустит о своем товарище… Точно. Клоны же не особо проявляют эмоции, но учитель как-то обмолвился, что Альфы более эмоционально нестабильны по сравнению с обычными клонами. Тем более, Шайба пил наравне со всеми остальными, вот и прорвало его. Хм… А я… Получается, только я это заметила, а Эстерхази… Ее связь с Силой слаба».

— А твоя?.. Эта? — получив в ответ кивок клона, Асока мановением руки открыла дверь и подтолкнула клона внутрь. — Давай, шагай. Садись.

Когда Семнадцатый плюхнулся на свою койку, девочка уселась на стол, стоящий рядом.

— Ты скучаешь по нему?

— Он… Был моей семьей. Все клоны — братья, но это было чем-то большим. Он был для меня младшим братом. Чересчур несерьезный. Но… Теперь, когда он погиб, мне этого не хватает. Хотя он был бы рад такой смерти. Каждый клон был бы рад не просто погибнуть в бою, но и утащить за собой такого врага. Даже я был бы рад. Но я жив — а он нет, — пробубнил клон, вперив взгляд в пол.

«Ну, и что мне делать? Как его успокаивать? Учитель бы что-нибудь обязательно придумал. По-мужски поговорил, к примеру. Или же просто приказал бы не забивать голову посторонними мыслями. Да, жестоко, но… Мастер бы смог такое приказать. А Шайба — он бы выполнил приказ. Но я так не могу. Пока не могу. Но и оставить все как есть — не лучший вариант. Сила, что же делать?».

Замерев, девочка погрузилась в медитацию, пытаясь найти ответ на этот вопрос. Когда она вновь вернулась в себя, — прошло буквально несколько минут — обстановка в комнате не изменилась. Взглянув на клона, Асока соскочила со стола, и, повинуясь исключительно пробудившимся инстинктам, подошла к нему. Даже так она была всего лишь на пару сантиметров выше него. Обхватив его лицо ладонями — под ними ощущалась кожа клона, немного грубоватая, но теплая; на щеках проступала легкая щетина. Она подняла голову клона так, чтобы тот смотрел прямо на нее, и, закрыв глаза, сначала провела своим языком по его холодным губам, а затем и вовсе прильнула в поцелуе, переместив руку на шею клона, одновременно усаживаясь к тому на колени.

Это было совсем иначе, нежели с Грэйс: не так горячо и страстно, не так сладко… Просто по-иному. Шайба… Вообще ничего не умел, и девочка полностью перехватила инициативу в свои руки… ну или губы. Клон же замер, и лишь участившийся ритм его сердца указывал хоть на какую-то реакцию на ее действия. Почувствовав уверенность, девочка усилила напор, начав поглаживать его свободной рукой по плечам и груди, очерчивая мускулы клона, заметно проступавшие под довольно обтягивающей рубашкой с короткими рукавами. Нет, у Грэйс тоже были мускулы, но не такие. Казалось, под кожей клона находятся дюрасталевые канаты. И прикасаться к ним было неожиданно приятно.

А вот в эмоциональном плане… Тут бушевала настоящая буря. Печаль внутри клона сменилась растерянностью и удивлением. Причем капитальным таким, основательным. Казалось, что Шайба даже дышать перестал. Решив, что этого будет достаточно, тогрута отстранилась от клона, и непроизвольно хихикнула.

«Интересно, у клонов бывает ступор?».

Спрыгнув с его колен, девочка поспешила покинуть каюту. Пора было ложиться спать — ведь завтра начнется новый день.

Точнее, он уже начался.

♦ ♦ ♦

Едва канонерка совершила посадку в ангаре «Охотника» и двери десантного отсека откинулись в стороны, Депа Биллаба шагнула на покрытие палубы, и, оглядевшись, направилась к турболифту.

— Не отставай, Калеб. — эту фразу женщина бросила уже на ходу.

— Да, учитель! — мерный перестук ног падавана возвестил, что тот закончил глазеть по сторонам и поспешил присоединится к ней.

Женщина поспешила скрыть свою улыбку. Да… Падаван. Честно говоря, Депа никогда не задумывалась о том, чтобы взять ученика. Сначала она была молода, и считала себя неготовой к такому ответственному делу, а потом… потом она стала магистром, и ей попросту стало некогда. У других магистров их тоже не было. Исключением был Йода, обучивший на посту гранд-магистра двух падаванов. Правда, за последние сто лет был только один — граф Дуку. И вот теперь, нежданно-негаданно, у нее появился падаван, Калеб Дьюм. Но нельзя сказать, что это она его выбрала, скорее наоборот — это он пришел к ней и попросил взять в ученики.

Конечно, сперва она растерялась. Такой подход не был принят в Ордене, и, честно говоря, попахивал откровенной наглостью. Она попыталась найти аргументы, которые убедили бы мальчика в ошибочности своего выбора… И потерпела полное фиаско. Ее пространные возражения разбились о дюракритовую логику юнлинга. Поэтому, она пообещала подумать, и отправилась к гранд-магистру. Йода внимательно выслушал ее, а потом посоветовал взять этого юнлинга в падаваны. «Сила, возможно, сводит вас — противиться ей не следует». А потом добавил, что помочь это может в ее восстановлении после «инцидента»; так в Ордене тактично называли ее падение на Темную Сторону.

Пришлось согласится с мнением Йоды.

Ну и, естественно, в ней заговорила нотка гордости. Раз уж даже Микоре, который, по слухам, в ранние годы рыцарства отличался редкостным пофигизмом, сейчас обучает сразу двух падаванов — небывалое дело! — то уж она-то точно сможет обучить одного-единственного ученика.

Поэтому, разыскав Калеба, она сообщила ему о своем решении. Тот был в восторге. А узнав, что они вот прямо завтра отправятся на настоящую войну… Мальчишка сообщил ей по секрету, что многие его одногрупники думают, что не успеют поучаствовать в этом, так как война может закончиться раньше. Заверив, что без великого Калеба Дьюма они не могли бы справиться, женщина отправила его собирать вещи, а сама поспешила закончить все формальности, связанные с учеником.

И вот, после утренней медитации она вместе с Калебом оказалась на флагманском корабле Викта, называющемся «Дерзкий».

— Воу! Учитель, смотрите! Вон бойцы из Тринадцатого Легиона! Клоны в ангарах Храма говорили, что они входят в восьмерку самых крутых подразделений; в нее входят Пятьсот первый легион, Двадцать Первый Корпус Галактических Десантников, Триста Двадцать Седьмой Звездный Корпус, Сто Восемьдесят Седьмой Легион, Седьмой