Подземелье - Ваня Мордорский

Через секунду пришлось сделать перекат, чтобы уйти сразу от двух тварей и вернуться обратно в центр. Рванувшую к нему пасть он встретил ударом в область глаз.

Тварь увернулась, слегка сместив голову.

Осторожные!

Зур’дах продолжил наносить удар за ударом в разные места, пытаясь запутать тварей. Однако любые удары вне глаз и пасти они просто не воспринимали как опасные.

Надо попробовать объединить уворот и атаку. Как в тот раз — стать свободнее, раскованнее. Ни на миг гоблиненок не допускал мысли об использовании Силы Крови. Он поставил себе цель — победить используя только Баланс. Сложно, но точно возможно.

Удар. Перекат. Полукруг. Уход вбок. Атака.

Удары, стойки, элементы — теперь он пытался совершать их непрерывно, одной бесконечной линией. Они продолжали друг друга и он сразу ощутил изменения в ритме боя. Баланс и так дарил чувство, что ты можешь уворачиваться от чего угодно, а непрерывность в движениях сама подталкивала к постоянной атаке.

Движения Зур’даха стали более стелющимися над землей, более плавными. Он стал еще немного быстрее и представлял, что змеи — это всего лишь удары хлыста Наставника, и так становилась спокойнее.

Медленные. Теперь они медленные.

В зависимости от его движений время либо чуть растягивалось, либо наоборот — ускорялось. Пару раз он проверял как может разорвать дистанцию. Это получалось легко. Он не сразу понял, что играется с противником, что уже пропустил три раза, когда мог, пусть и рискованно, но запустить копье в глаз твари.

Надо убить одну сначала.

Через десяток секунд он вышел на удобную дистанцию. В последний момент он передумал бросать копье.

Я так без оружия останусь. Однорукий же учил, что так делать нельзя.

Еще два года назад Зур’дах и подумать не мог бы, что будет легко играться с такими большими змеями. Это бы показалось ему невероятным. Сейчас же это было далеко не всё, на что он способен.

Рука приготовилась. Глаза высматривали момент. Следили за немигающим глазом змеи.

Ждать. Ждать. Ждать.

И вот сейчас всё его тело напряглось, как перед броском, время будто еще сильнее растянулось и он смог рассмотреть каждую чешуйку на теле существа, каждую царапинку, неровность окраса. Змея должна была рвануть по прямой траектории на него и атаковать.

И через секунду она так и сделала.

Длинное тело кинулось на него. Пасть, грозно шипя, разверзлась. Зур’дах, рванул навстречу. Пять шагов. Четыре. Три. Два. Один.

Сделав вид, что целится в глаз, он в последний момент невероятным движением изменил направление удара и проткнул пасть твари. Та застыла, насаженная на острое копье. И почти за мгновение издохла. Копье насквозь пробило мозг, лишая ту жизни.

Сука! — выдохнул Зур’дах, когда понял, что не может вынуть копье. Копье пробило череп и обратно вытащить его было невозможно. Никак. Наконечник застрял с той стороны кости.

Твою мать!

Он отскочил, спасаясь от разъяренной смертью сородича змеи.

Хвост. Пасть. Туловище.

Тварь атаковала его всем своим телом без разбору. Пришлось оставить попытки выдернуть копье и отскочить подальше.

Я остался без копья. Это дерьмово!

Секунд двадцать он бездумно уворачивался, совершенно растеряв пыл и легкость движений. Однако один взгляд на собственные руки — и он воспрял духом и ощутил какую-то небывалую злость.

Эта тварь гоняет меня? Да я ее голыми руками могу убить!

Его руки — это не копье. Они могут дробить камень и уж отлупить змею он точно должен суметь.

Попробуем твою черепушку на крепкость! — зло ухмыльнулся Зур’дах.

Пропустив мимо себя тварь, гоблиненок влупил по мелькнувшей голове. Успел. Кулак врезался в плотную чешую и ощутил жесткость кости. Тварь попыталась цапнуть его за руку.

Зур’дах отскочил влево.

Не поймаешь!

Тварь зашипела, но не остановилась. Продолжила атаковать. И вновь он попал.

Получай!

Совершенно неожиданно он почувствовал удовольствие от ударов кулаками.

Еще.

Однорукий их хорошо обучил. Без копья он задвигался еще легче и проворнее обычного.

Удары получались тяжелые и чувствительными. Это он понял по шипящей от боли змее, после каждого своего попадания.

Нужно целиться только в голову и я ее пробью.

Как бы не пыталась менять атаку змея, ее тело, ее привычки вынуждали действовать определенными образом. И каждая атака заканчивалась ударом в голову. Каждый удар вызывал в ее голове яркие вспышки, головокружение и…тяжесть. Змея сама не заметила, как стала намного медленнее от пропущенных ударов.

На! На! На!

Бам.

Бам.

Бам.

Удар за ударом.

Зур’дах представил, что это не змея, а просто подвижный мешок, не способный дать отпор.

Неожиданно змея подогнулась и привалилась к полу, выснунув раздвоенный язык. Она не могла толком поднять голову. Пыталась, но не могла.

Сейчас. Можно добить тварь!

Зур’дах рванул и, оказавшись над ней, буквально обрушил на нее град ударов теперь уже с обеих рук.

Глаза ее заплыли, кость с громким треском хрустнула. Она пыталась скинуть мальчишку, отогнать, дергалась, мотала головой, но это был конец.

Словно сломав какой-то порог своими ударами, Зур’дах явственно слышал хруст за хрустом. Череп твари больше не выдерживал его ударов.

Гоблиненок не заметил, что тяжело дышит, и что даже несколько раз использовал Силу Крови, чтобы усилить собственные удары. Настолько он увлекся боем.

Удары слились в бесконечный хруст. Наверное, он бы еще продолжал бить ее, если б не громкий окрик Старшего Наставника:

— Хватит. Возвращайся.

Зур’дах вскинул голову кверху. Руки были по локоть в крови. Вокруг разбрызгался мозг твари.

Грудь ходила ходуном, в легких жгло. Видимо, в какой-то момент он начала порядочно уставать, просто этого не заметил в горячке боя. Теперь, после всего, накатывала неожиданная противная слабость.

На ватных и подтягивающихся ногах гоблиненок вернулся в проход. Решетка лязгнула и он спустился к своим. Перед глазами стоял труп змеи. Руки неожиданно начали болеть. А