"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Влад

Конные патрули страховали нашу армию от возможной атаки извне, хотя вероятность её была ничтожно мала. Вот кто, скажите на милость, осмелился бы на такое… из числа находящихся в относительной близости? Графы из числа тех, кто следовал за Гомесом? Не тот случай, они сейчас засунули головы в жопы и сидели тихо-тихо, выжидая, чем дело кончится. Санчо Гарсия, граф Кастилии? Угроза посерьёзнее, но пока не поступало тревожных сигналов от наших прознатчиков. Похоже, что он сам, что его слетевшая с катушек мамаша, Ава Рибагорская, особая любительница пресмыкаться перед маврами, считали возню с Сальданией всего лишь очередной попыткой короля Леона вразумить непокорного вассала, ничем от прежних не отличающейся. К тому же ослабление конкурента им было только на руку, позволяло самим претендовать на трон Леона в качестве «любимой жены» халифа аль-Мансура.

Славьтесь, заблуждения людские вкупе с инерционностью и шаблонностью мышления! Пока наши враги страдают подобными недостатками, мы сможем снова и снова ставить их в тупик неожиданными, но действенными ходами. Но и забывать про меры предосторожности не стоило, отсюда и большое количество патрулей, отсюда же и находящиеся в готовности ко всему войска.

Ко всему я был готов, но жизнь таки да преподнесла очередной сюрприз. Поздним вечером, практически ночью вторых суток активных действий, передовые отряды, чьей основной задачей была слежка за осаждёнными, отловили нескольких перебежчиков. Не просто покинувших осаждённую крепость по личным мотивам, а сделавших это с конкретной целью – передать лидерам осаждающих, то есть мне и Бермудо Леонскому, послание от некой группы людей, заинтересованных в сохранении не только своих жизней, но и занимаемого сейчас положения.

Никаких писем, исключительно слова для передачи. Вот потому их и привели ко мне, но не просто так, а со связанными за спиной руками и, естественно, под охраной. Всё согласно давно уже заведённым правилам, которые доказали свою действенность и эффективность. Не сейчас, а много лет тому назад и особенно вперёд.

Двое. Среднего возраста, не особенно примечательные внешне. Вместе с тем явно не от сохи, а из тех, кто привык держать в руках клинок и применять его по прямому назначению.

- Вот они, Мрачный, - констатировал очевидное Одинец. – Очень хотели говорить, но только с кем-то важным. А кто тут важнее тебя то?

- Тогда начнём, - перейдя на местный язык, я обратился уже к покинувшим Сальданию леонцам. – От кого вы и что он или они хотят мне передать? Что предложить за сохранение имеющегося у них?

Тот из парочки, который выглядел малость постарше, повнушительнее, а вдобавок отличался грубым шрамом на шее, заговорил. Речь позволяла предположить, что человек это вполне себе образованный по нынешним меркам, что уже кое-что значило. Не простой воин, следовательно, послать его могли лишь те, кто стоит выше. Интересненько.

- Мы отдадим вам Хасана аль-Джалани. И ещё нескольких мавров: торговцев, советников аль-Джалани. Ваше Величество сможет от них многое узнать.

- И взамен…

- Мы вместе с семьями и ценностями выйдем из крепости, а потом, после её падения, вновь зайдём. Сохраним дома, деньги, земли. Больше ничего. И конечно дадим клятву верности нашему законному королю. Это всё, мы лишь хотим вернуться к нормальной жизни, не чувствовать себя между молотом и наковальней.

- Звучит неплохо. Только кто же вам даст покинуть Сальданию, да ещё с такими ценными пленниками? Гарсия Гомес понимает их значимость, равно как и то, что сам он нужен мне лишь мёртвым… Или живым, дабы прилюдно казнить предателя.

Тень смущения на лице? Нет, ошибаюсь, всего лишь пытается собраться с мыслями. Но пока один собирался, заговорил второй, доселе молчавший:

- Граф Гомес ничего не сможет сделать. Совсем ничего! Он не станет начинать второе сражение с немалой частью своих же воинов. И с сеньором Диего Гартезом, который не хочет умирать за интересы халифа Кордовы.

- Ждите. Я думаю.

Подумать и впрямь стоило. Гартез – это не просто фамилия, а вполне себе конкретная персона, о которой кое-что было известно. Древний род, неплохое состояние, определённая репутация опять таки. Сам же сеньор Диего Гартез проходил у нас как чуть ли не самый доверенный советник и приближённый графа Сальдании. Занял это положение пару-тройку лет тому назад, подвинув иных, оказавшихся не столь полезными и умеющими ужом извернуться, но получить выгоду из самых вроде бы паршивых ситуаций. Эта самая изворотливость в сочетании с умением падать на все четыре лапы внушала определённые мысли. В частности, о серьёзности и естественности заявленных намерений соскочить с уходящего на дно драккара. Подобные типажи любят и умеют совершать подобные фокусы.

Здесь же и готовность сдать нам многое и многих как раз по причине полной повязанности Гартеза делами Гарсии Гомеса. Как ближайший советник и сподвижник повелителя Сальдании, он просто не мог не быть причастен к выслуживанию перед маврами. С другой стороны, как раз эта черта позволит выпотрошить его до самых зловонных глубин, причём он даже сопротивляться не станет, охотно сдавая и продавая своих прежних хозяев. А жизнь и часть принадлежащего ему сейчас… оставить можно. Фигура то он не шибко публичная, его помилование урона нам практически не принесёт. Следовательно, нужно соглашаться. Только сперва попробовать выжать ещё более выгодные для нас условия.

- Мавры – это хорошо. Зато открытые ворота только добавят привлекательности той договоренности, которую столь сильно желают получить Диего Гартез и поддерживающие его кабальерос.

- Он был бы рад пойти навстречу, но тогда число поддерживающих его уменьшится. Некоторые согласны уйти из города, отстраниться, но не прямо предавать графа, которому давали клятву верности, - притворно тяжко вздохнул первый, который со шрамом. - К тому же часть наших семей останется рядом с полностью преданными графу воинами. Если мы попробуем открыть ворота, они погибнут. На такое никто не пойдёт. Таковы договорённости уже с Гомесом. Простите, Ваше Величество.

Врёт посланец желающих соскочить с несущегося в пропасть поезда или нет – дело десятое. Доводы приведены очень уж убедительные, против таких в принципе не попрёшь.

- Договорились. У вас есть моё слово. Когда и как всё должно произойти?

- Завтра, до полудня, - без промедления ответил шрамированный, тем самым показывая, что не импровизирует, а излагает заранее вбитое в его голову вышестоящими. – Сперва из тех, вторых ворот, которые остались целы, выйдут пленённые мавры, среди которых обязательно будет Хасан аль-Джалани. Это покажет вам, что мы соблюдаем уговор. При этом ваших доблестных воинов не должно быть поблизости. Граф Гомес боится, что иначе они сумеют воспользоваться приоткрытыми воротами.

- Осторожный.

- Это так. После того, как вы убедитесь, что это действительно мавры, настоящий аль-Джалани и другие важные лица, только тогда город покинем и мы, оставив внутри тех, кто предпочитает остаться рядом с графом и ждать прибытия войск халифа.

Понятная процедура, чего уж там. Сперва выдают ценных пленников, тем самым подтверждая вои намерения. И лишь затем выходят сами, уже доказавшие своё желание именно переметнуться, а не устроить очередную попытку прорыва. Всё прямо продуманно, просчитано… и оттого взывает некоторые сомнения в истинности. С другой стороны, если подключить здравый смысл, то он шепчет, что поводов для беспокойства быть не должно. Ай, так или иначе, я ж всё равно соглашусь, слишком много плюсов и при этом отсутствуют минусы.

- Годится. Вы оба, как я полагаю, должны вернуться в Сальданию?

- Нет, Ваше Величество, всего лишь подать сигнал – зажечь большой костёр в уговоренном месте. Это даст знать сеньору Гартезу, что с его условиями согласились.

Костёр так костёр. Согласившись на предложенный посланниками Диего Гартеза вариант, мне оставалось лишь приказать хирдманам охраны увести обоих сальданцев. Пусть подают условленный сигнал – под присмотром, само собой разумеется, ну а потом сидят себе аки мышь под метлой до тех пор, пока вся эта затея не придёт к своему логическому завершению. Успешному для нас, искренне на то надеюсь. Получить живым и невредимым доверенное лицо халифа аль-Мансура, чтобы в спокойной обстановке выжать из него всё возможное и даже чуточку невозможного – это ж просто праздник души какой то, право слово. У нас умеют развязывать языки, причём делать это так, что к концу процесса говорящий не выглядит как кусок хорошо отбитого и растерзанного мяса, к тому же находящийся на грани смерти.