"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Агишев Руслан

  - Двое встретить гонца! - Роланд махнул рукой в сторону шатающегося от усталости всадника, жеребец которого уже с трудом перебирал ноги. - И где, черт вас всех побери, старший стражи? Где эта гномья отрыжка?! Найти этого урода! Бегом, задери вас дьявол!

  А гонца уже осторожно стащили с жеребца, который тут же с жалобным ржание упал на землю, и на плаще подтащили к королю.

  - Вина ему дайте... Не лей столько! Косорукий! - Роланд вырвал у одного из стражников глиняный кувшин и медленно влил лежавшему мужчине в рот несколько глотков. - Живой?

  Тот, открыв красные воспалившиеся глаза, прошептал:

  - Ваше Величество, я Калеб из второй гвардейской сотни. Вот... там в сумке ... послание от сотника, - черной от грязи и пота рукой он потянулся к висевшей на его боку кожаной сумке. - Шаморцы выступили, Ваше Величество.

  Король замер, но через мгновение уже рванул из сумки свернутый пергамент, который тут же развернул и начал читать. "Так... Ваше Величество сообщает Вам Ваш преданный слуга... Это понятно. Главное, что? Так, вот! Седьмого гендаря с самого утра шаморские бессмертные выступили из стен столицы... Седьмого, значит! Почти неделю назад. Значит, через трое - четверо суток здесь может появиться конная разведка шаморцев, а потом и пехота... Сульдэ клюнул. Теперь остается лишь ждать и молиться, что все сложиться именно так, как и задумывалось".

  И в этот самый момент со стороны караулки к воротам подбежал пыхтящий и задыхающийся от отдышки колобок в форме стражника. Видимо, старшего наряда все-таки нашли.

  - Почему ворота открыты? Я вам ..., - начал было он орать, но тут склонившийся у лежавшего гонца король вдруг повернулся. - Ваше... Величество... старший наряда...

  Роланд молча окинул взглядом стражника, отмечая и его красную рожу, и мятую, со следами то ли пива, то ли вина форму.

  - Гонцу оказать помощь, напоить, накормить... Ты и ты, - король ткнул пальцем сначала в одного стражника, потом в другого. - С этого борова сорвать бляху старшего стражника и дать ему двадцать плетей, а потом чистить нужники. Лично прослежу, - Роланд надавил взглядом на растерявшихся стражников. - Что встали? Совсем тут мух не ловите! Война на пороге! Ряхи наели что задницы! Страх потеряли!

  От вида заоравшего короля присевшие стражники тут же забегали как тараканы. Одни, подхватив гонца, потащили его в караулку, другие, сорвав со старшего наряда серебряную бляху, поволокли того к деревянной лавке.

  - Ворота запереть! Чтобы здесь и муха не смогла пролететь! И глядеть во все глаза! Днем и ночью! Слышите, днем и ночью! Не дай Благие Боги, кто дрыхнуть или пьянствовать на посту будет, запорю...

  После этих слов обозленный Роланд развернулся и под крики вопящего от боли бывшего старшего стражника пошел в сторону своей резиденции, где его уже встречал почти весь магистрат в полном составе. Среди разряженной в меха и бархат толпы виднелись встревоженные лица королевской дворни, баронов-наемников.

  - Глашатай! - из толпы тут же выбрался дородный мужчина с немалых размеров жестяной трубой - символом своей должности. - Объявить на главной площади и улицах города, что с сегодняшнего дня Шариот объявляется закрытым городом! Никто, ни пеший ни конный, не знатный ни нищий, не должен даже близко подходить к городских воротам и башням - близнецам. Любой, кто будет пойман днем или ночью у ворот крепости, будет повешен на городских стенах.

  Потом криво усмехнувшись, Роланд нашел в толпе одного из вольных баронов, что стоял окруженный своими приближенными.

  - А вы, морские волки, точите мечи и пики. Скоро вы опробуете их в деле, - встретившийся с ним взглядом барон, радостно оскалился. - Шаморцы уже седьмицу как выступили в нашу сторону. Всех господ вольных баронов прошу к вечеру в мою резиденцию. Будем думать, как шаморского хорька за теплое вымя подцепить.

  Пиратская вольница тут же отозвалась улюлюканьем и торжествующими воплями.

  - А вы, верные ольстерцы, знайте, что король ни покинет вас и будет до победы стоять рядом с вами на стенах этого слваного города. Вы слышите меня?! - в толпе празднично разодетых людей был уже и простой люд, привлеченный громкими криками глашатая. - Сегодня же любой простолюдин, что заявит о своем желании встать на защиту родного города, получит из королевского арсенала оружие. И это еще не все... Ольстерцы, я знаю, что многие из вас потеряли в этой войне близких, друзей, свои дома и пожитки. Я скорблю о всех потерях вместе с вами. И жалую каждому ополченцу двойной суверен золотом, а после осады и нашей победы выжившие получать еще один.

  В толпе явно наметилось какое-то брожение. Десятки молодых и не очень горожан кучковались и что-то громко обсуждали, размахивая руками.

  - И знайте..., - Роланду в этот момент вспомнилась одна из фраз того странного гнома, что волей судьбы стал его единственным союзником в этой войне. - И на нашей улице будет праздник! Победа будет за нами! Ольстер! Ольстер! Ольстер!

  Сложно сказать, что в эти секунды так сильно завело толпу... Или обещанные золотые суверены, или оружие, или закончившаяся неопределенность, или еще что-то, но клич короля был тут же подхвачен.

  - Ольстер! Ольстер! - закричали сначала несколько человек, потом с десяток. - Ольстер! Ольстер! - через мгновение уже ревела толпа, включая бородатых моряков с кораблей вольных баронов и не понятно как здесь затесавшихся гномов. - Ольстер! Ольстер! Ольстер!

  Этот грозный нараставший гул еще долго слышался Роланду, поднимавшемуся по каменным лестницам своей резиденции, и убеждал его, что сопротивление грозному Шамору не так безнадежно, как думали многие его приближенные. "Выходит, мы еще побарахтаемся... Теперь осталось провернуть все в точности, как и было задумано. Как там сказал этот гном, что знают двое, знает и свинья. Ха-ха-ха, точно сказано! Надо это запомнить... А сейчас осталось забросить наживку для Сульдэ. Он должен быть убежден, что у меня больше ничего нет, что все мои силы находятся в городе. И главное, шаморец должен увидеть золото...".

  Наметки этого плана у него сложились еще тогда, когда Роланд, закутанный в рванный плащ, по колено в снегу брел в сторону далеких горд Гордрума, где в каменной твердыне скрывался его последний союзник. Тогда, в отчаянии от недавнего поражения, он лишь пытался представить, а что было бы если бы все удалось повернуть вспять? Его воспаленное сознание, подстегиваемое дикими морозами и сводящим желудок голодом, рисовало все новые и новые варианты сражений у стен столицы, которые каждый раз оканчивались его поражением.

  Позже, в конце своего пути, когда он и десятки таких же бедолаг оказались в глубинах гномьего города, Роланда вновь посетила надежда. Глава клана Черного топора, этот непонятный ему гном, так непохожий на своих собратьев и всегда поражавший его своими странными поступками, предложил ему помощь. В тот момент это королю показалось, что он ослышался... Почему? Какая помощь? Да, любому здравомыслящему правителю уже давно было понятно, что он, король Роланд, битая карта, король без королевства! Любой бы уже бежал от ольстерского короля к более сильному и удачливому! Владыка Колин же лишь хмыкал в ответ и все время повторял, что топоры не сдаются.

  Тогда же Колин предложил для разгрома шаморцев один план, который Роланду показался каким-то неправильным и даже бесчестным. В нем было столько скрытого обмана и лукавств, что он скорее напоминал творение завзятого мошенника, чем главы древнего клана Подгорного народа. Однако, Роланд и тогда и сейчас прекрасно понимал, что только так, подло, с обманом и можно хоть как-то потягаться с шаморцами. В открытую же ни у кого из них не было ни шанса.

  - Ваше Величество, - от воспоминаний его вдруг отвлек голос слуги. - Большой Совет собрался в вашем кабинете.

  Роланд окинул взглядом склонившегося слугу в золотистой зеленой ливрее и, с тяжелым вздохом, двинулся в сторону кабинета. Предстоявший разговор должен был стать одним из тех камешков, которые в случае удачи были способны обрушить на шаморцев самую настоящую лавину и навсегда похоронить Сульдэ. "Нужно убедить их всех в своей тревоге и неуверенности. Хотя что там убеждать? Ха-ха-ха! Я и так ни в чем не уверен! Значит, все будет естественно и ни у кого не возникнет и капли сомнения, что король Роланд боится... И это должно обязательно дойти до Хромого Лиса. Пусть потешит свое самолюбие".