"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демина Карина

Как бы то ни было, лучше сразу проверить, чем гадать. Мизуки легонько толкнула дверь, и та, к ее удивлению, поддалась. Девушка поспешно вышла в коридор и тут замерла. Санитар, высокий и сильный мужчина, и в самом деле стоял здесь. Мизуки хотела броситься наутек, пока ее не остановили, но в этот момент санитар сказал:

– Подожди. Меня просили тебе кое-что передать, – и запустил руку в карман брюк.

Мизуки замерла, все еще не уверенная, что это не какая-нибудь ловушка. Но тут он достал маленький прибор размером с большой палец ребенка, и она воскликнула:

– Это же мой нейроресивер!

– Забирай, – санитар скривился. – Доктор Риччи сказала, что ты не сумасшедшая, и тебя нужно отпустить. Хотя после ее приказа оставить сбежавших психов в покое я начинаю сомневаться в ее здравом рассудке.

Мизуки быстро, словно белка, схватила нейроресивер и бросилась бежать прочь. Ей не хотелось оставаться в этом месте ни минуты больше, и она была рада, что связь снова при ней. В лифте девушка поместила гаджет на место, ощутила, как устройство входит в контакт с передатчиком, встроенным в ее мозг, и рассмеялась от радости. Как же прекрасно не быть ничем скованной! Осталось только найти немного соммелиса, выпить отвар и снова начать видеть суперпозицию, и тогда, вне всяческих сомнений, все остальное пройдет легко и просто!

Когда лифт приехал на первый этаж, Мизуки не стала заморачиваться с поиском выхода и просто выпрыгнула в первое попавшееся окно в коридоре. У нее это получилось так ловко, что она аж сама удивилась, но решила не тратить много времени на изумление. Направившись в сторону Инниного дома, она позвонила Рави.

– Мизуки, ты очнулась! – обрадовался парень. – Как ты себя чувствуешь?

– Небольшая усталость еще ощущается, но в целом я в порядке! Что произошло, пока я спала?

– Мы собрали консилиум ученых в НИИ, и они пытаются придумать, как предотвратить вторжение квантовитов. Но пока безуспешно.

– Это плохо, – процедила Мизуки. – Думаю, скоро психов переловит полиция, и тогда все, что мы сделаем, можно будет легко предсказать. Неужели совсем никаких идей нет?

– Эриксон считает, что с квантовитами нужно бороться с помощью квантовой физики, но, похоже, большинство сотрудников института благополучно забыли этот предмет еще в студенческие годы. Похоже, что только Рябинины с Кроссманом всерьез занимались этим разделом науки столь долгое время.

– Они нам не доступны, – с сожалением вздохнула Мизуки.

Она также не забыла, что ее подруга по-прежнему в плену у этих тварей. Вот если бы ей удалось спасти ее! Но Мизуки сейчас даже суперпозицию не видела, что уж тут говорить про переход в квантовую реальность и спасение оттуда других людей. Да и она не была до конца уверена, что такое возможно без помощи плодов ратилии. Впрочем, если эта способность заложена в человеческий мозг, то, наверное, путем упорных тренировок любой смог бы сделать это без вспомогательных веществ. Но на это нужно время, которого у них нет. Что же им тогда делать?

Мизуки покачала головой:

– Я иду к вам. Сварите мне пока кто-нибудь отвар соммелиса. В любом случае, я должна знать, что происходит.

После этого девушка отключилась и поспешила в сторону института. Холодный ветер трепал ее распущенные волосы, а сердце отстукивало секунды до того момента, когда раса, до того прятавшаяся за кулисами, выйдет на сцену и захватит власть. Эта мысль пугала Мизуки так, как не пугало ничто в ее жизни, и она очень надеялась, что ученые смогут придумать что-нибудь до того, как эта возможность станет реальностью.

– Вы врете! – воскликнула Инна. – Пока мы здесь, никто не способен умереть навсегда, и Вы сами только что сказали, что не решитесь выйти в реальность, пока не будете точно уверены в том, что наверняка победите.

Андмор кивнул:

– Разумеется, квантовитам опасно выходить в такое время. Потому что мы беспокоимся о нашей безопасности. Но если мы решим убить твоего отца или любого другого, то нам ничего не стоит просто вышвырнуть его в реальность, а потом убить при помощи наших особых приборов. Тогда результат будет перманентным, и никакая другая копия на его место не придет.

Инна прикусила губу.

– Но ведь эта реальность – просто собрание всего того, что не вошло в итоговый вариант. Всегда существует возможность выжить. Даже если в реальности он не выживет, должна остаться еще хотя бы одна его версия в этом мире.

– Может, и так, – не стал спорить Андмор. – Наш мир полнится призраками тех, кто когда-то жил. Ваша Вселенная велика – а наша еще больше. Представляешь, сколько здесь заблудших душ? Отчасти мы построили этот корабль, эту скалу, чтобы отгородиться от них. Но есть большая разница между реально существующим человеком, каким-то образом попавшим в квантовую реальность, и всего лишь возможностью того, что могло бы быть, если бы он не умер. Да, твой отец всегда будет жить в идее того, что никогда не осуществится – с той версией Инны, которая никогда не будет существовать. Ты никогда не сможешь быть вместе с ним, эта возможность останется для тебя закрытой навсегда.

По ее коже пробежал холодок. Инна любила своего отца, он был для нее самым близким человеком. И она не представляла себе жизни без него. Сможет ли она успокоиться тем, что другой Павел Рябинин будет вечно счастлив с другой Инной Рябининой рядом с ним, если ее отец умрет?

– Но подождите, – Инна постаралась мыслить хладнокровно. – Сама я при этом не присутствовала, но мне сказали, что вы убили одну из копий Клода, но он до сих пор сидит там, живой, и при этом все видели его труп. Мне сказали, что произошло замещение. Разве подобное не произойдет и в этом случае?

Квантовит покачал головой:

– Не было никакого замещения. Мы могли бы это устроить, если бы захотели, но в тот раз просто был убит Клод не из вашей реальности. Но если мы убьем вашего, то вы сможете увидеть другого Клода – однако вернуться в тот мир, из которого вы пришли, он не сможет никогда.

– Но труп… они видели труп. Зачем вы его показали?

– А зачем мы устроили тот небольшой спектакль у фонтана? – равнодушно спросил Андмор. – Чтобы напугать вас. Мы любим, когда вы боитесь.

Мурашки продолжали бегать по коже, вызывая ощущение, что это настоящие муравьи, а не всего лишь рудиментарный рефлекс, который сохранился у людей спустя все эти миллионы лет. Да, квантовиты умели пугать. Они пугали ее у фонтана и пугали даже сейчас, хотя Андмор ничего такого не делал, просто стоял и с равнодушным видом смотрел куда-то в пространство.

– Хорошо, допустим, что вы действительно способны убить нас всех навсегда, – Инна снова попыталась взять себя в руки. – Но что вам это даст, если я все равно не могу сказать вам того, чего не знаю? А я не знаю, что делает или что будет делать Мизуки. Наверняка вы со своей способностью видеть все, что только может быть, знаете, что это так.

– Я знаю, что существует возможность, что ты предскажешь ее действия правильно.

– Вроде как случайно, что ли? – Инна нахмурилась. – Но с таким же успехом вы можете сами попробовать предсказать.

– Мы не можем предсказывать. Мы видим суперпозицию, но мы видим ее здесь и сейчас, не дальше одного-двух шагов вперед. Для того мы и построили вероятномеры, чтобы они говорили нам, что произойдет в будущем.

Инна сначала хотела возразить, но потом кивнула. Да, скорее всего, видя весь мир в его многообразии исходов, они затрачивают столько ресурсов своего мозга, что места для предсказаний уже не остается. От осознания, насколько сложен стоящий перед ней организм, ее вновь пробрала дрожь. Муравьи уже с такой скоростью бегали по ее телу, что Инна даже посмотрела на свои руки, чтобы убедиться, что на них никого нет. Странно, но она даже пупырышек не обнаружила. Может, это не гусиная кожа, а чесотка? Может, в салате был какой-то аллергенный для нее овощ? Вообще-то у Инны никогда не было ни на что аллергии, но кто его знает, может, она просто за свою жизнь ни разу не столкнулась со своим аллергеном, а именно здесь его нашла. Но задуматься об этом ей не дали. Квантовит сделал шаг к ней, чем еще сильнее напугал девушку, а потом сказал: