Видишь ты, видят и тебя - Елена Хладная

Сорвав длинный тонкий прутик, я тайком проводила им по крупу лошади. Разумеется когда никто не видел. Мышь со своей подсознательной неприязнью к насекомым, при этом, каждый раз передергивалась и взбрыкивала. А Валиан, для больного, ведет себя крайне подозрительно. Не смотря на все мои ухищренья, он цепляется за лошадь, словно клещ и никак не желает ни слезать, ни падать. Мышь тоже не сказать чтобы рада новому ездоку. Хранитель не в пример тяжелея меня, особенно вместе со своей экипировкой.

Лошадь старалась избавится от чужака, используя те мелкие шалости, которые в былые времена выводили меня из себя. Будь то невинные чесалки об особо кустистые деревья или падение с разбегу на колени при каждой луже, якобы для того чтобы попить.

Заметив такое поведение, пыл лошади быстро остудила Шелли, пройдясь с чувством по животному отобранной у меня хворостиной.

Поняв, что кроме любимой хозяйки ее свободолюбивого настроя и желания избавиться от тяжелой ноши никто не разделяет, Мышь заметно сникла и стала вести себя не в пример сноснее.

Идей куда идти и где искать пропажу, ни у кого не было. Мы просто шли по одной из протоптанных тропинок, надеясь, что кары не стали прятаться и идти окольными путями. Да и зачем им это? Судя по тому, что воровали они все, что хотели, средь бела дня, управы на них не было. Хотя может эта "управа" как раз и в доле, раз допускает такой беспредел.

- Жрать охота, - Затянувшееся молчание прервало высокоинтеллектуальное высказывание Жака.

Я есть не хотела. Только закончила опустошать мешок с орехами и теперь боролась с тошнотой. Есть все надо в умеренном количестве. Теперь, когда орехи закончились, и желудок протестовал такому пренебрежению, я не могла понять, что я вообще в них нашла.

- Потерпи немного, - попросила Шелли своего хранителя, - я чувствую неподалеку людей.

А что их чувствовать? Темный дым от костров прекрасно виднелся сквозь облетевшие кроны деревьев. А ветер доносил пряный запах жареного мяса.

Несколько кибиток, расположенных по кругу вокруг огромного костра, пестрили своей дикой раскраской. Чем они только не были украшены: цветные шали, пестрые платки, вязанные пледы. Особо гармонично все это сочеталась с чучелами животных украшавших большинство повозок.

На вертеле, капая жиром на остывающие угли, висел хорошо прожаренный кусок мяса, явно не для одного человека. Судить насколько аппетитно выглядит это мясо, можно было лишь по тому, как жадно сглотнул Жак, едва мы вышли на поляну.

- Вы кто?! - Не успели мы сделать и шагу к этому странному лагерю, как из леса выскочили двое мужчин.

Высокие, загорелые и темноволосые, явные представители южных кровей. Они были одеты в свободные штаны темного покроя и безрукавки на меху. Обнаженные мускулистые руки украшали цепочки витиеватых иероглифов. Один из мужчин был чуть старше меня, а у второго только-только начали расти усы, но он уже не отставал по комплекции от своего товарища.

Нас заметили не только они. Несколько детей, до этого беззаботно бегающие рядом с костром, поспешили скрыться внутри кибиток.

- Кто вы?! - угрожающе повторил старший мужчина, сжимая в руке первое попавшееся оружие, в данном случае обычную палку.

- Мы простые путники. - Шелли подалась немного вперед, ослепительно при этом улыбнувшись.

Вопреки ожидаемому, мужчины даже и не подумали опустить оружие при приближении прекрасной дамы:

- Не лезь женщина! - коротко приказал один из них. - Это мужское дело!

Задержав взгляд на их татуированных руки, Шелли поспешно скрылась за спину Жака. Кары. Их сложно не узнать. Мне конечно не терпелось встретить кочевников лично, но если честно, я надеялась что все наше общение сведется к тому, что хранители сами вернут нам наши вещи.

Кары - горячий южный народ. Он славился не только жестким патриархатом но и тем, что, даже находясь на чужих территориях усилено пропагандировал свои нравы и законы.

Женщинам в их роду, не то чтобы разговаривать, им даже глаза на мужчин без разрешения запрещено поднимать. Зная именно эти милые особенности характера их народа, Шелли и поспешила спрятаться. Ее можно понять. В конце концов, кто их знает? А вдруг они скоры на расправу и рука у них тяжелая? Один Жак всех не удержит, а Валиан пока спустится с Мыши.

- Это лучше вы скажите, что тут делаете? - Жак, обидевшись за пренебрежение своей хозяйкой, демонстративно напряг мышцы. Он был вовсе не прочь даже пострадать за честь своей видящий.

- Мы с торжищ едем, - спасовал старший кар, оказавшийся немного умнее, ну или просто осторожнее, - первую жену моему брату покупали. Молодой он у меня еще. Без совета плохую бы выбрал. Пришлось бы перепродавать, а там мороки не оберешься. Вот и пришлось всей семьей ехать.

- А ты что, спец что ли такой? - пискнула я и тут же предусмотрительно спряталась за Мышью и Валианом.

Этот вопрос не достиг адресата, ну или просто был проигнорирован.

- Сдурела?! - первой осадила меня Шелли. - Они же не посмотрят что ты женщина! Знаешь, как кары воспитывают строптивых?

- Даже не знаю, стоит ли мне интересоваться.

- Так вот, - продолжила видящая, опуская глаза перед откровенно лыбившимся каром. - Они выбивают ей все зубы.

- Да, - довольно оскалился старший кар, наконец соизволив услышать Шелли, - такие женщины покорны, спокойны, да и в постели становиться весьма изощрены.

- Фу, как пошло! - прошептала я, повторяя за Шелли и низко склоняя голову. Здравый смысл хоть иногда должен был брать вверх, а шепелявить всю оставшуюся жизнь ужасно не хочется.

- Мы ищем трех лошадей с поклажей. У нас их украли и ...

- А что нам за это будет? - нагло перебил Валиана младший кар.

- Спроси лучше, чего тебе не будет, если быстро ответишь, - еле различимо проворчала я себе под нос.

- Ну, хоть что-то тебя проняло! Думаю, жителям нашей страны все-таки следует перенять некоторые обычаи южных стран. Вон уже кто-то стал гораздо послушнее, - Валиан рассмеялся.

Конечно, ему смешно! Не его заставляют кланяться каким-то чужеземцам, да и еще не из-за родовой или денежной, а просто из-за половой дискриминации. Всякому терпению приходит конец, а я никогда не была его образцовым показателем:

- Я сейчас повторю все в полный голос!

- Опусти голову! - зашипела Шелли. - Мы на их территории. Видишь повсюду флаги? Посмотри внимательнее по сторонам, они не одни.

Действительно, если приглядеться, то можно заметить, что все двери кибиток распахнуты настежь. Внутри прячутся дети и женщины, а вот у каждого входа стоит по одному, а где и больше мужчин. Все кары явно не чета тому мужичью, с которым нам, точнее хранителям, пришлось разбираться на пристани. Все-таки кочевая жизнь, полна опасностей в дороге, а лучшего учителя по выживанию и бою, и представить сложно.