Татуированная любовь - Гайя Алексия

воли, зашел в магазин. Сделав несколько шагов в сторону львицы, которая уже стояла и ждала меня, я почувствовал, что кто-то стоит у меня за спиной. Вот почему я терпеть не могу ходить по магазинам: охранники тут же начинают следовать за мной по пятам, как голодные псы.

У меня что, на лбу что ли написано, что я вор, или как?

Глава 16

Прячу руки поглубже в карманы и делаю вид, что не замечаю двух огромных парней, которые издалека следят за нами. Львица же, казалось, их даже не увидела. Сразу видно, за ней никто никогда не следил. И я на сто процентов уверен, что следят они именно за мной. Не знаю, чего они боятся? Что я украду банку краски? Меня ужасно бесит уже тот факт, что я нахожусь здесь с этой сумасшедшей, а тут и еще они.

Елена начала говорить сама с собой, как только мы сюда зашли. Может, конечно, это она ко мне обращается, но я все равно ее не слушаю. Как бы то ни было, говорит она все равно всегда только какую-то бесполезную ерунду.

Мы идем вперед по самому центру магазина. Многие смотрят на нас с любопытством, но быстро отводят взгляды. Вроде бы уже привык к этому, но это по-прежнему раздражает.

– Ты меня слушаешь вообще? – львица толкает меня локтем в бок.

Я отвожу взгляд от мужика, который разглядывает меня с ног до головы с нескрываемым интересом и глядит на нее. Зеленые глаза смотрят на меня в упор. Я качаю головой.

– Я сказала, что ты пойдешь и поищешь какие-нибудь там шарниры или петли для двери. А я пойду посмотрю шурупы. Встречаемся здесь через пять минут. Ты понял? Или это слишком сложно для тебя?

Я замечаю, как один из тех типов на входе останавливается неподалеку от нас. Никак не отреагировав на вопрос львицы, лишь холодно улыбнувшись ей, я принимаюсь изучать этого мужика: высокий, темнокожий, в руке у него рация, а на форменной рубашке болтается бейдж. Львица закатывает глаза и уходит вперед, уже через несколько секунд затерявшись где-то среди полок с товарами.

Охранник, не двигаясь, смотрит на меня. Отворачиваюсь от него – он совсем меня не впечатляет.

Так, надо найти. А что мне нужно найти? Черт, кажется, я забыл, что она мне сказала. Но вообще сама виновата, болтает что-то без остановки, прямо как Солис…

Я заворачиваю в другой отдел и уже издалека вижу ее.

Два каких-то типа стоят прямо за ней и рассматривают ее с ног до головы. Два придурка. Хотя на самом деле, похоже, придурок здесь я. Почему меня так раздражает, когда на нее кто-то смотрит?

Наклоняю голову. Один из них присвистывает. Прощай, бедный парень, сейчас львица тобой займется. Она отрывается от изучения товаров на полке, на короткое мгновение закрывает глаза, но никак больше не реагирует. Парни это замечают – она, сама того не ведая, подала им сигнал к действию. Если девчонка ничего не говорит, значит, она согласна: молчание – знак согласия, вот золотое правило всех придурков!

– Ты не заблудилась? – спрашивает один из них.

Она молча опускает голову, не обращая на него внимания.

Ничего не понимаю: она меня так изводит за то, что я не говорю ни да, ни нет, а сейчас, когда ей самой надо бы показать когти, молчит. Вообще отказываюсь что-либо понимать.

Эти два жирных урода шушукаются между собой и, отойдя от нее на пару шагов, снова подходят к ней. Я скресщиваю руки на груди. Давай, Елена, покажи им, какая ты на самом деле сучка львица…

– Я могу предложить тебе свой мощный шуроповерт, если хочешь, – заигрывает с ней один парень.

На что, интересно, он рассчитывает, с такими-то подкатами? Львица продолжает их игнорировать и отходит в сторону, чтобы между ними была хоть какая-то дистанция.

– По-моему, ты ей не нравишься, Роб. Давай я попробую, – говорит другой.

Он подходит к ней и кладет руку ей на плечо. Она не шелохнулась.

Это уже слишком. Меня просто сводит с ума видеть, если кто-то трогает ее.

Опускаю руки и иду к ним, в то время как парень хватает ее за подбородок.

Она дергает головой, пытаясь высвободиться, но он ее так и не отпускает.

Тем временем подхожу к его приятелю и так сильно пинаю его по ногам, что он откидывается на полку и большая часть товаров на ней с грохотом падает на пол вместе с ним.

Второй оборачивается на шум, и я хватаю его за ворот и толкаю так, что он валится сверху на своего приятеля, как раз когда тот с трудом пытается встать.

С полки упали почти все товары.

– Ты кто такой, придурок?

Эти двое пытаются встать на ноги, очевидно для того, чтобы получить добавки. Хватаю львицу, стоящую рядом со мной, и быстро тащу ее к выходу из этого отдела. Положив руку ей на плечо, заставляю тем самым идти как можно быстрее.

Извини, сломанная дверь, но, вероятно, нам лучше поскорее отсюда убраться.

– Слышь ты! Куда это ты пошел со своей сучкой? – раздается голос позади нас.

Елена прижимается ко мне. Мы заворачиваем за угол, и в самую последнюю секунду я успеваю оттолкнуть ее подальше.

Прямо перед нами стоит один из этих громил.

– Ты, иди сюда, – приказывает он мне.

Я отхожу немного назад и слышу, как сюда бегут еще и те два придурка.

Ну вот, приехали: где бы я ни был, моя дерьмовая судьба все равно меня найдет.

Кретин хватает меня за воротник футболки.

Но прежде чем я сумел как-то вообще среагировать, львица, вопреки всяким ожиданиям, решает разрулить все сама.

– Да что вам надо? – восклицает она, повиснув у него на руке.

Нет, ну правда в ней что-то не стыкуется: два парня стоят и лапают ее, она ничего не делает; а когда громила, явно вооруженный электрошокером, еще и раз в десять больше нее, накидывается на меня – она бросается на помощь.

– Девушка, не трогайте меня, – спокойно говорит он ей.

– А вы его не трогайте! Немедленно отпустите его! – парирует она, пытаясь его оттолкнуть. Мужик отпускает мою футболку и подносит ко рту рацию:

– Код красный в отделе инструментов, – сообщает он, не сводя с меня глаз.

Код красный в отделе инструментов? Вот черт, это плохо. В игру вступает служба национальной безопасности.

В следующую секунду те два мерзавца появляются прямо у него за спиной. Должно быть, они