Православная Церковь и Русская революция. Очерки истории. 1917—1920 - Павел Геннадьевич Рогозный

Правда, сразу же признавалось, что полностью восстановить древние правила выборов «при всем желании нет возможности ввиду крайне обширных пределов наших епархий. у нас участие приходов в выборах может быть только посредственное, через посылку делегатов». Проблема была и в том, как избирать делегатов на епархиальный собор: непосредственно — от каждого прихода или от более крупных церковно-общественных единиц, таких как благочиние. Считалось, что если для «городов предпочтительнее первый порядок, то для остальной местности — второй». Нежелательным считалось и избрание слишком большого количества представителей на Собор: «При многолюдстве он более будет походить, по неубедительному механически случайному ходу дела, на то сборище народа, которому запретил производить избрание Лаодикийский собор своим тринадцатым правилом».

В принятых Синодом «Правилах» кратко излагался процесс избрания представителей на епархиальный собор. По мысли составителей, он должен был носить двухступенчатый характер. Вначале выборы должны были проходить по приходам, потом по благочиниям. Подчеркивалось, что все вопросы должны решаться в первую очередь большинством голосов. На самом епархиальном соборе при помощи подачи записок предлагалось намечать основных кандидатов. По каждому из них предоставлялось право высказывать «соображения». При этом особо отмечалось, что «отрицательная критика» не должна допускаться. Избранным предлагалось считать кандидата, который при окончательной баллотировке получит не менее половины голосов. Если таковых не было, баллотировка должна была проводиться еще два раза. При равенстве голосов бросался жребий. Избранный кандидат утверждался Синодом. В заключении «Правил» отмечалось, что «настоящие правила могут быть дополнены или видоизменены по местным условиям, с разрешения епископа». Следует отметить, что хотя в ряде епархий и следовали своим правилам, они не сильно отличались от центральных. Единственное условие, которое не соблюдалось, вероятно, повсеместно, — запрет на «отрицательную критику» кандидата.

Выборы в Петрограде и Москве

Столичного архиерея митрополита Питирима уволили 5 марта без всяких проволочек. В церковной, да и в светской среде он слыл фигурой настолько одиозной, что сторонников у него в отличие от других изгнанных иерархов не нашлось. Церковные власти не могли даже гарантировать личной безопасности ненавистного митрополита, считавшегося основным протеже Распутина. Обер-прокурор В.Н. Львов перед отъездом бывшего епархиального владыки из Петрограда в Пятигорск ходатайствовал перед председателем правительства князем Г.Е. Львовым о содействии в получении «надлежащих документов», чтобы оградить Питирима от «возможных в пути и на месте оскорблений в виде обыска и ареста».

Сразу после увольнения митрополита в столице начали циркулировать слухи, что на вакантную кафедру назначат Уфимского епископа Андрея (Ухтомского), срочно вызванного обер-прокурором. «Личность уфимского преосвященного настолько определена, выступления его были так ярки, — писали в одной из газет, — что, кажется, не может быть двух мнений о том, насколько желательна эта кандидатура для петроградской церкви».

Сам Андрей, прибыв в столицу, заявил, что о перемещении на петроградскую кафедру он узнал из газет: «Назначения нет, а если бы оно и было, то я бы не принял ни от какой власти это назначение без согласия Петроградской православной паствы». Против прямого административного назначения архиерея выступали и наиболее активные круги столичного духовенства. 11 марта их представители нанесли визит В.Н. Львову и выразили пожелание, чтобы епископ был избран каноническим путем, то есть в результате свободных выборов.

Девятнадцатого марта на собрании петроградского духовенства был избран исполнительный комитет по организации выборов, председателем которого стал протоиерей Павел Лахотский. Через несколько дней в зале Общества распространения религиознонравственного просвещения состоялось многолюдное собрание духовенства и мирян под председательством протоиерея профессора А.П. Рождественского. К собранию обратился с речью викарий Петроградской епархии епископ Вениамин (Казанский), призвав присутствующих к миру и согласию. Главной обсуждаемой проблемой стала разработка правил выборов.

Наиболее радикальные церковные деятели считали, что выборы должны носить всеобщий и прямой характер. Жаркая дискуссия развернулась и по поводу участия в выборах женщин. Активным сторонником этого выступил один из будущих лидеров «обновленцев» священник А.И. Боярский. В конце концов, за женщинами было оставлено только активное избирательное право. В «Порядке избрания Петроградского епархиального епископа», выработанном съездом духовенства и мирян, прошедшим 16—17 апреля, говорилось, что в избрании делегатов участвуют лица обоего пола, достигшие 21 года. Право быть избранными на собор получали только мужчины; отмечалось, что «о распространении сего права и на женщин суждение может иметь только Всероссийский Поместный Собор».

Ведущая роль в разработке правил избрания принадлежала профессору Духовной академии известному историку А.В. Бриллиантову.

Выборы проходили по всем приходским церквям 11 мая. В каждой должен был быть составлен специальный акт, причем наказ делегатам, какого кандидата избирать, должен был даваться в устной форме и в акт не вносился.

Процесс выборов епископа был двухступенчатый. В первом туре записками намечались основные кандидаты, три из которых «подвергались второй баллотировке». Основными претендентами на вдовствующую кафедру были епископы Андрей (Ухтомский) и Вениамин (Казанский), а также архиепископ Сергий (Страгородский). Были выдвинуты кандидатуры архиепископа Тихона (Беллавина) и протопресвитера армии и флота Георгия Шавельского. От Синода присутствовать на выборах было поручено архиепископу Платону (Рождественскому).

В прессе активно обсуждали предстоящее событие. «Нам нужен архипастырь, готовый воспринять мученический венец», — писал некто Ф. Федотов. А профессор протоиерей А.П. Рождественский считал, что избранник должен быть в «силе митрополита Филарета и в духе митрополита Антония». Священник К. Семенов писал, что «нам надобен митрополит-революционер... могущий взбунтовать спокойное консервативное болото русской церковной жизни». Ряд столичных благочинных даже просили Синод, ввиду «сакраментальности акта избрания», провести утверждение кандидата непосредственно в алтаре Казанского собора, в присутствии полного состава высшего церковного органа.

Двадцать третьего мая в здании Исидоровского епархиального училища открылось совещание представителей выбранных на епархиальный собор под председательством протоиерея Философа Орнатского. Как писала газета «Новое время», с большим воодушевлением было воспринято появление на нем председателя Государственной думы М.В. Родзянко, также выбранного на собор. Присутствующие «единодушно пропели ему многая лета» и предоставили слово вне очереди. М.В. Родзянко призвал собравшихся голосовать за епископа Андрея, выставляя тому в заслугу в первую очередь печатные выступления против Г. Распутина. На это протоиерей Лахотский заметил, что против Распутина писали и другие архиереи, однако цензура не позволяла их печатать. Вообще следует отметить, что декларирование оппозиционности по отношению к старым порядкам было в то время непременным условием предвыборной кампании не только в Петрограде, но и в провинции.

На следующий день после торжественной литургии в Казанском соборе началось голосование, проходившее в два тура. При первой баллотировке 699 делегатов из 1587 отдали свой голос Вениамину. Второе место было у Сергия, получившего 398 голосов, третье у Андрея — 364 голоса. За остальных кандидатов голосов было подано «много меньше». Во