Сбежавшая невеста - Ева Никольская

— Какой, к бесам, Жак, Ангел?!

— А? — Элгрэй приоткрыла глаза, полные колдовской зелени, и «сонно» похлопала длиннющими ресницами. — А ты что тут делаешь? — поинтересовалась она, сладко потягиваясь и поворачиваясь так, чтобы якобы случайно скинуть с себя мужскую пятерню. — В нашем доме.

— Где?! — Если бы глаза зверолюда могли налиться кровью от охвативших его чувств, они бы уже сменили цвет. — Мы в моей машине!

— О! — выдала девушка, ненадолго задумавшись. — А что тогда я тут делаю? — задала она вполне уместный вопрос.

— Едешь в мой особняк.

— Разве похищение людей не наказывается законом? — Эритэ попыталась слезть с колен мужчины, чтобы сесть рядом, но ее не пустили.

— Это часть обряда, — «обрадовал» Акиллар. — Так что все в рамках дозволенного, — добавил он с откровенным злорадством.

— Нет, — чуть скривилась Эритэ. — Так не пойдет. Глупый обряд, мне он не нравится. Да и кроликов твоих вместе с ожерельями я вернула, и тому были свидетели. Так что, будь любезен, верни и ты меня к люби…

— Какой он тебе любимый?! — взорвался Акиллар, довольно ощутимо тряхнув некромантку. — Ты знакома с этим рыжим ловеласом всего день!

— Сутки, — осторожно поправила девушка и тут же услышала злое:

— Неважно! Знаешь, сколько у Леру было баб? Знаеш-ш-шь?!

— Неужели больше, чем у тебя? — демонстративно округлив глаза, выдохнула Рита и, проведя маленькой ладошкой по вздымающейся мужской груди, сочувственно произнесла: — Бедненький, зависть замучила? Да? — Ответом ей был глухой рык. На что девушка, осторожно отодвигаясь от взбешенного «волка», проговорила: — А вот рычать на меня не надо, я и так тебя боюсь. Обернешься еще прямо тут, да сожрешь меня в расцвете лет, зверюга белобрысая.

— Я зверюга? Я?! — Желтые глаза сузились, крылья носа начали раздуваться от раздражения, зато голос, напротив, стал тише, мягче… язвительней: — А твой любимый Леру, значит, домашний котик? Вот уж не ожидал, Ангел, что тебе так легко запудрить мозги. Неужели ты правда не понимаешь, что Жак поиграет с тобой, как с редкой куклой, и бросит? Такие, как он, свою обеспеченную спокойную жизнь с ведьмами, не способными принести выгоду, не связывают!

— А ты, значит, связываешь? — хмыкнула некромантка, перестав отстраняться, так как мужская ладонь зафиксировала положение ее спины.

— Я сделал тебе предложение! Об этом весь город знает, — напомнил блондин. — Дело осталось за малым — закрепить наши отношения ритуалом помолвки. Завтра же его и проведем. Оповестим клан, разошлем ночью приглашения и…

— А отчего не сегодня? — прищурилась Эритэ, оценивающе глядя на Акиллара.

— И то верно! — тут же согласился он. — К чему эти пафосные приемы? Лучше пусть будет тихая, спокойная церемония в семейном кругу…

— В таком случае скажи своим громилам, — Элгрэй кивнула на водителя и его соседа, делавших вид, что они естественное дополнение к машине, не более того, — чтобы поворачивали назад. Потому что моя семья осталась там, откуда вы меня выкрали, господа.

— Это кто же, ведьма? — снова начал заводиться «волк». Зеленоглазая девчонка действовала на него как сильнейший раздражитель. Обычно Киллар все больше прикидывался разъяренным, поддерживая имидж вспыльчивого и прямолинейного вожака, но с Элгрэй эмоции были настоящие: что злость, что ревность, что непривычная мужчине нежность, которую он испытывал всего несколько минут назад, держа на руках спящую девушку. Лучше бы она не просыпалась так рано! Потому что теперь «волк» был по-настоящему раздражен: — Кудрявая подружка, которая милостиво разрешила тебя забрать? Или, может, твой любимый Жак, не пошевеливший и пальцем, чтобы мне помешать? — честно сказал бьерн. Действительно честно! Потому что шевелиться вырубленный транквилизатором «кот» просто не мог.

— Мой р-р-ребенок, собака тугодумная! — рявкнула ему в лицо девушка, тоже начиная выходить из себя.

— Я не собака! — возмутился уязвленный «волк».

— А я не ведьма! — припечатала его Рита. — Но ты ведь меня так называешь, хоть я и просила этого не делать. Поезжай обратно, Акиллар, я серьезно, — сказала девушка, стараясь вернуть себе былое спокойствие. — Мне надо к сыну. И да… про любимого — это тоже относилось к нему, — нехотя призналась она. — Впрочем, и Жак — мужчина хоть ку…

— Я тебя украл! — рявкнул глава белой стаи. — Все! Ты моя. Никаких больше «котов»…

— И никаких детей? — ядовито уточнила Эритэ.

— Только маленькие, беленькие «волчата». Сколько твоей душе угодно, дорогая. Можем начать делать их прямо сейчас, — он огляделся, нахмурился и исправился: — Ну, или как доберемся до моего «логова».

— Ты можешь делать что угодно, Киллар, — проговорила некромантка, — но без моего участия. Хоть из глины лепи своих «волчат», хоть в капусте ищи, хоть аистам заказывай… Ой, нет, какие аисты? — хохотнула она. — Ты же у нас самец хоть куда, и все женщины в очередь выстраиваются, чтобы переспать с тобой… ну, те, которые не обивают пороги Леру, конечно, — не удержалась от «шпильки» брюнетка, на что Акиллар довольно громко скрипнул зубами. — Так вот, — делая вид, что ничего не заметила, продолжила Рита: — Пока ты там плодишься и размножаешься, я бы предпочла вернуться к своему сыну.

— Нет у тебя сына! — заявил бьерн, ищейки которого давно уже собрали полное досье на Эритэ Элгрэй.

— Ошибаешься, — холодно ответила она. — Есть. И он остался один в доме моей, как ты выразился, предательницы-подружки и ловеласа Жака. По-твоему, это нормально?

— По-моему, у Северьяна родная мать имеется, — парировал мужчина. — Вот пусть она о нем и заботится. А ты едешь со мной, и точка. Понятно, ве… некроманточка? — исправился он и, посмотрев на брата, притормозившего на светофоре, приказал: — Паша, созвонись с жрецом, договорись на проведение ритуала в моем доме часа через три. Или лучше через два. Тебе ведь хватит этого времени, чтобы прихорошиться, дорогая? — Последняя фраза, насквозь пропитанная мстительной иронией, адресовалась помрачневшей Эритэ. Девушка молчала, обдумывая ситуацию, Акиллар же продолжал говорить для закрепления нужного эффекта: — А если заартачишься, Ангел, я заберу вашего с Анной сыночка тоже, и тогда твоей подружке не удастся доехать до столичного храма и избавиться от брачной метки.

— Ты и это знаешь? — передернув плечами, уточнила Рита.

— Я все знаю, милая, — широко улыбнулся ей «волк», наконец-то совладавший с эмоциями, а потом, низко наклонившись, прошептал на ухо брюнетке: — И про лича твоего тоже в курсе. Интересно, что скажет о вашем обмане гильдия некромагов? А власти?