Маленькая всемирная история - Эрнст Х. Гомбрих

На этот раз это были мадьяры. Не было ни папы Льва Великого, ни императора Карла Великого, которые могли бы их остановить, поэтому они быстро захватили территорию современной Венгрии и Австрии и вторглись в Германию, грабя и убивая всех на своем пути.

И тогда разрозненным племенам-герцогствам пришлось волей-неволей выбрать единого вождя. В 919 году королем стал саксонский герцог Генрих, в итоге он разбил мадьяров и выгнал их из Германии. Его преемник, король Оттон, которого называли Оттоном Великим, не уничтожил мадьяров, как Карл Великий аваров, но нанес им в 955 году сокрушительное поражение и вынудил отступить в Венгрию. Венгры, которые все еще живут там сегодня, – потомки тех кочевников.

Оттон не стал управлять отнятыми у них землями как король. Он оставил их князьям. Так тогда обычно делали. А сын Оттона Великого, Оттон II, в 976 году отдал часть сегодняшней Нижней Австрии, земли в долине Вахау, немецкому аристократу Леопольду из семейства Бабенбергов. Каждый знатный человек строил на той земле, что ему дал король, крепость и становился князем. Он уже не был обычным слугой короля. Он становился хозяином на своей земле, пока король разрешал ему ею управлять.

Китайские поэты писали индийской тушью на шелке[99]

Немецкие крестьяне, которые там жили, больше не были свободными, как раньше. Они оказались привязаны к земле, отданной королем знатному землевладельцу. Люди, обрабатывавшие землю, считались такой же частью этого владения, как овцы и козы, которые здесь паслись, как олени, медведи и кабаны, жившие в лесах, как реки, леса, пастбища и пашни. Они были прикреплены к этой земле, и потому их называли крепостными. Их не считали гражданами государства, у них не было никаких прав, они не могли уйти туда, куда им хотелось, не могли решать, обрабатывать им землю или нет. Их жизнь соответствовала тому, как их называли: они стали несвободными.

Так что же, они были рабами, как в древности? Нет, все-таки нет. Ты знаешь, что после распространения христианства рабство в наших землях исчезло. Эти зависимые люди не были рабами, ведь земля, к которой они были прикреплены, принадлежала королю, и он раздавал ее знатным людям. Поэтому знатный человек или князь не мог их продать или убить, как раньше господин имел право поступить со своим рабом. Но во всем остальном хозяин мог приказать им все что угодно. Им приходилось обрабатывать для него землю и работать на него, когда он этого требовал, регулярно приносить в его замок хлеб и мясо, чтобы его кормить, ведь знатный человек сам не работал в поле. Господин часто отправлялся на охоту, чтобы развлечься. Земля, которую ему даровал король, действительно принадлежала ему, ведь потом она переходила к его сыну, если только тот не провинился в чем-то перед государем. А за землю, которую князь получил от короля, – она называлась леном – от него ожидали лишь одного: воевать на стороне монарха вместе со своими землевладельцами и крестьянами. Войны тогда происходили часто.

Земли все еще принадлежали королю[100]

В то время все германские земли были разделены между знатными людьми. Сам король владел лишь небольшими имениями. Во Франции и Англии дела обстояли так же, как в Германии. Во Франции в 986 году королем стал могущественный герцог Гуго Капет, Англию в 1016 году захватил датский викинг Кнут, владевший еще и Норвегией и частью Швеции, – он тоже позволял могущественным князьям управлять в их ленах.

Но когда немецкие короли разбили мадьяр, их власть значительно возросла. Сам Оттон Великий, победитель мадьяр, заставил славянских, чешских и польских князей признать его верховную власть. Это означало, что их земли считались полученными от немецкого короля, и князья обязывались по его призыву являться на военную службу.

Оттон Великий был таким могущественным государем, что пошел еще походом в Италию, где у лангобардов царила ужасная смута и происходили кровавые битвы. Италию Оттон тоже объявил германским леном и раздал итальянские земли лангобардским князьям. Папа римский был благодарен Оттону за то, что тот смог хоть немного подчинить себе лангобардскую знать, и в 962 году провозгласил его римским императором, так же как когда-то, в 800 году, короновали Карла Великого.

Так немецкие короли стали еще и римскими императорами, то есть покровителями всех христиан. Им принадлежали земли с крестьянами от Италии до Северного моря и от Рейна до Эльбы, где у немецких феодалов крепостными были славяне. Император раздавал земли не только князьям. Их получали от него и священники, епископы и архиепископы. И так они оказывались не только священнослужителями, но и феодалами, управлявшими большими территориями, и во главе отрядов своих зависимых крестьян отправлялись на войну.

Сначала папам римским это нравилось. У них сложились очень хорошие отношения с немецкими императорами, ведь те были очень благочестивыми, защищали и поддерживали церковь.

Но вскоре все изменилось. Папы больше не хотели, чтобы император решал, какой священник будет епископом в Майнце или Трире, в Кёльне или в Пассау. Папа говорил: «Это церковные должности, и я, как глава церкви, должен их раздавать». Но это ведь были не только церковные должности. Кёльнский архиепископ был духовным лицом и одновременно князем и правителем области. А решать, кто будет князем и правителем, должен был император. Если ты внимательно перечитаешь и обдумаешь то, что я сейчас рассказал, то поймешь, что и император, и папа, каждый со своей точки зрения, были совершенно правы. Из-за того, что духовенство получало земли в лен, возникла патовая ситуация, так как главой всего духовенства был папа римский, а главой всех земель – император. Неизбежно должен был разгореться спор, и вскоре так и произошло. Его называли «борьбой за инвеституру».

В 1073 году папой римским избрали особенно благочестивого и ревностного монаха, который всю свою жизнь заботился о чистоте и могуществе церкви. Его звали Гильдебранд. Став папой, он взял имя Григорий VII.

Германией тогда управлял франкский король. Его звали Генрих IV. Надо сказать, что папа чувствовал себя уже не только главой церкви, но еще и назначенным самим Богом правителем всех христиан на земле. Точно так же думал о себе и немецкий император, преемник древних римских императоров и Карла Великого: он считал себя покровителем и высшим авторитетом для всего христианского мира. Правда, Генрих IV еще не был коронован как император, но он был уверен, что его обязаны короновать, ведь он германский король. Кто же из них должен был уступить?

Когда между папой и императором возникло противостояние, весь