Мемуары торрека (СИ) - Пир Томас

— Опускайте клеть, скорее, — выкрикнул Бернис. Принц со своими людьми укрылся в противоположном коридоре ещё раньше.

Воины долго возились, выстраивая достойное укрытие. Когда клеть упала, подъёмный канат обрубили, теперь её не поднять. Сразу за дверью выставили тяжёлые щиты, меж которых сверкнули грозные пиковые наконечники. Бернис к последнему бою был готов.

Окинув взглядом замковый двор в последний раз, Бернис едва не вскрикнул. Клеть в проходе Корниса всё ещё была поднята. Над ней корпели воины и сам принц, но поделать ничего не могли. Простой механизм подвёл так не вовремя.

На стене показались первые бунтари. Не встретив защитников, они неспешно спускались во двор, боязливо оглядываясь по сторонам. Заметив возню, большой отряд бросился к Корнису:

— Лучники, скорее. Принц в опасности, — не своим голосом взревел граф. Лучники не зевали, выпустили стрелы по врагам, но остановить лавину почуявших лёгкую кровь бунтарей не смогли. В проход, где был принц, ворвался большой отряд мятежников, и сталь зазвенела по новой.

— Поднимайте клеть. Скорее, чего ждёте?.. нам нужно туда, — неистово кричал Бернис, но люди виновато разводили руками.

— Сир, это невозможно, — проговорил ближайший лучник. — Мы наглухо заклинили клеть, а по дворцовым палатам путь выйдет очень длинным. Нам никак не успеть на подмогу его высочеству.

— Вот же краалово семя! Тогда стреляйте, стреляйте, не останавливайтесь.

Стрелки без жалости опустошили колчаны, но остановить мятежников не сумели. Двор быстро заполнился бунтарями. Их сильно сковывал жар догорающий брёвен, потому появления господ пришлось ждать ещё долго. Теперь Бернис мог только бессильно наблюдать за тем, что происходило за клетью. Граф тревожно всматривался в темноту узкого коридора, где скрывался принц Корнис. Звуки сражения там уже прекратились.

Через несколько хисок сквозь ворота неспешной процессией проехала шайка разодетых павлинов. Возглавлял их тот самый бунтарь — герцог Легис Торт. Высокий худощавый старик слыл скорее шутом, чем славным воином. Тяжёлая кольчуга согнула предателя вдвое, а пёстрая, многоцветная бригантина ему была явно не по размеру. Бернис очень пожалел, что не припрятал пару стрел на такой случай — мишень была идеальной. Но псу сегодня определённо везло.

Спустя ещё несколько томительных хисок Бернис чуть не взвыл от досады. Волна обречённой тоски вдруг затопила его разум и едва не снесла остатки воинской воли. Из темноты коридора на двор вынесли израненное тело Корниса и непочтительно бросили Легису под ноги.

— Корнис! Нет, нет, не смей, Бостов пёс. Нет-нет-нет, только не так, — взорвался Бернис громовым криком, взывая к остаткам чести Легиса Торта.

Бунтарь отреагировал на графовы вопли насмешкой. Он медленно слез с коня, демонстративно вынул меч из ножен на поясе и стал выкрикивать какой-то пафосный бред перед стадом своих прислужников.

Двое наёмников подхватили принца под руки и поставили на колени. Тело его было перепачкано кровью, а конечности едва шевелились. Корнис выпрямился из последних сил, но смотрел он не на предателя. Его высочество обернулся к Бернису. На окровавленном лице сверкнула довольная улыбка, когда друзья пересеклись взорами в последний раз:

— Спаси её, — только и успел сказать Корнис.

В тот миг предательский меч со свистом упал, и голова принца покатилась по мостовой. Обезглавленное тело выгнуло дугой, окатывая палача бордовым фонтаном. Легис не стал уклоняться, буквально купался в крови поверженного врага.

От той картины граф застыл. Сердце сжалось в груди, разум на мгновенье поник. Руки суматошно искали опоры, а горькие слёзы потекли по щекам. Это был конец. Бернис не сберёг принца. Не смог уберечь лучшего друга.

— Не-е-ет! — не своим голосом закричал воин, сжимая прутья решётки побелевшими пальцами. — Я убью тебя, Бостов пёс. Я изрублю тебя на куски. Ты ответишь за это. Ответишь… ответишь…

Он весь дрожал, руки напряглись, а во рту отдавало свинцом. Такой смерти Корнис не заслуживал. Бернис не мог принять трагедию, не мог больше вынести свою бесполезность, теряя рассудок в приступе всепоглощающего гнева.

«Спаси её» — снова прозвучал в голове голос принца.

— Лейма! — спохватился Бернис, подскакивая, точно ошпаренный пёс.

— Все за мной. Мы должны спасти принцессу.

— Сир, король заперся в почивальне, быть может, поспешим ему на подмогу?

— Плевать мне на короля. Он уронил свою честь, мы идём за Леймой, — уже на ходу грозно отвечал граф.

Хоть бунтари уже давно бродили по замку, всё же Берниса им не нагнать. Он был к Лейме гораздо ближе мятежников, к тому же, граф точно знал, где скрывалась её высочество. Проскочив на одном дыхании лабиринт узких коридоров и лестниц, воин добрался до винного погреба. Покой принцессы и ещё нескольких придворных дам сторожили двое стражников с длинными копьями и при луках.

— Не стрелять, — выкрикнул Бернис, выскакивая из коридора. — Что тут у вас?

— Сир, всё тихо.

Бернис ворвался в погреб и на ходу стал раздавать указания:

— Все на выход. Лейма, скорее… мы должны уходить.

— А где мой брат?

— Скорее, времени совсем нет… мы должны скрыться, пока…

— Где Корнис? — вздрогнула Лейма.

Бернис замер. Сейчас было не время для правды, но и врать граф не умел никогда:

— Он прислал меня за тобой.

— Слава Кериту, — молвила принцесса, позволяя увлечь себя за руку.

Бернис повёл беглецов через просторный зал, за которым прятался узкий коридор, что мог вывести к древним катакомбам. Там можно укрыться, а если повезёт, то даже незаметно выбраться из дворца.

Но тем надеждам не суждено было сбыться. В зале беглецов уже поджидал большой отряд бунтарей.

— Сомкнуть щиты, — только и успел выкрикнуть Бернис перед залпом мятежных лучников. Не все воины успели укрыться, многие упали, поражённые стрелами. Остальные стали монолитной стеной, защищая графа и принцессу. Бунтарские стрелы ещё раз облизнули коробку, но теперь они защитников не страшили. Дальше мятежники ринулись в атаку, и противники сошлись в рукопашной.

— Держать строй. Руби. — Раздавал команды Бернис, прикрывая принцессу. Лейма держалась молодцом и лишний раз под удар не подставлялась.

Воины неистово рубились с врагами, бунтари верно падали на пол, но и строй стражников безнадёжно редел. Подкрепления Бернису взять было негде, в то время как всё новые отряды мятежников слетались на стальной перезвон. Точно гром в непогожий день, ревели бойцы, свято исполняя свой долг.

Спустя несколько хисок на ногах устоял только Бернис. Стражников с ним не осталось: кто стонал на полу, кого уже взяли Кроны под руку — но сражаться ещё мог только граф. Мятежники обходили Берниса по кругу, но атаковать не спешили. Боялись. Слишком много крови пролил графов меч, слишком много бунтарей пало в схватке с прославленным воином — враги оценили его навыки по достоинству.

За спиной притаилась принцесса. Её высочество прижимала к сердцу клинок с золотой рукояткой — перед осадой ей дал его Корнис. В её участи Бернис не сомневался. Принцесса никогда не дастся в руки Легисовым псам. Когда воин падёт, Лейма тут же лишит себя жизни.

— Брать его живым. Живым!.. — Вдруг из-за спин бунтарей начал кричать незнакомый Бернису воин.

Разглядеть бунтаря граф не мог, да и не думал он тратить славный миг на смотрины. Мятежники отвлеклись на оклик, и Бернис сполна отплатил им за глупость. Быстрый боковой выпад, двое врагов падают на мозаику. Кровь только хлынула из перерезанных глоток, а графов клинок уже снова блеснул, снова нерасторопный бунтарь тихо крякнул и завалился на пол. Резкий разворот и вот уже граф рубит голову нового врага.

Мятежники опомнились быстро, всей толпой набросились на Берниса. Воин изворачивался, фехтовал, бросался в обманные выпады, но врагов было много. На воина набросили сеть и придавили к земле. Граф вырывался, даже ранил кого-то клинком, но потом всё померкло. Бунтари начали избивать Берниса ногами, шквал ударов лишил его чувств, открыл воину путь на Ту Сторону.