Могильщик. Цена покоя (СИ) - Башунов Геннадий Алексеевич

Мише посмотрел на потолок, потом на пол, усыпанный трухой, вздохнул и махнул рукой.

— Придётся поднимать, — произнёс писклявый. — Может, парнишку поднимем?

— А если там что-то такое, с чем он не справится?

— А сам-то справишься?

— Лучше, чем он, — твёрдо произнёс Велион, тоном давая понять — разговор окончен.

Мише и Капре встали у края дыры, сплели руки и присели.

— На счёт «три»?

— Да прыгай ты уже.

Велион буквально взлетел под потолок, ухватился за край ямы и через миг уже был на втором этаже.

А здесь всё было не особо лучше, чем снизу.

Заклинание, вызванное жертвоприношением, вызвало здесь пожар и загадило буквально всё змеями. Стены были покрыты копотью, на первый взгляд, будто въевшейся в камень, деревянные двери выгорели или, возможно, вмиг превратились в сажу, если такое вообще возможно, — иначе пожар разгорелся бы и на первом этаже. И на каждом металлическом предмете гнездились змеи: на фонарях, на дверных петлях и ручках, на оброненном подносе…

«Бывало и хуже», — сказал сам себе могильщик и принялся разматывать верёвку.

Он вытянул Карпре, Мише и последним — Греста. От вида пожара и проклятий рожа у умирающего могильщика совсем вытянулась, но больше скандалить он, очевидно, не собирался. Только сказал, оглядевшись:

— Видал я места и похуже. Давайте начнём обшаривать комнаты.

И могильщики, расчистив место под добычу и взяв фонари, взялись за работу.

Трупов не было: все они оказались либо в подвале, либо на первом этаже. Но и хабара — тоже. Поместье всё-таки успели ограбить до жертвоприношения. За пару часов могильщики сумели собрать несколько посеребренных столовых приборов да горсть монет и мелких украшений. Благодаря змеям Велион нашёл тайник в стене, но распотрошить его не было никакой возможности: слишком сильны оказались проклятия.

— Предлагаю попытать счастья на третьем этаже, — сказал, наконец, Карпре. — Здесь мы вряд ли что-то найдём. А лестница, которую я нашёл, кажется, вполне чистая.

Лестница действительно оказалась чистой. Почти. Лишь на самом верху могильщики наткнулись на два облачённых в проржавевшие панцири и шлемы скелета, лежащие перед истлевшей дверью. Змеи, обвившие их мечи и угнездившиеся в доспехах, были красновато-оранжевыми.

— Быть может, они удержали от нападающих третий этаж? — предположил Мише. — Мечи в зазубринах, а панцири, вроде бы, целые. И пожара здесь, кажется, не было. Я начну. Если что, подмените.

Писклявый принялся ковыряться с проклятиями. Мечи он просто взял за рукоятки, на которых уцелела часть оплётки, и зашвырнул сквозь дыру в двери. Змеи заискрили жёлтым и почти сразу успокоились, ещё крепче обвив ржавые лезвия, но став совсем бордовыми. С панцирями Мише возился куда дольше, вытягивая змеи одну за другой и оставляя их растворяться в воздухе у своих ног.

— Всё, следующий, — сказал он спустя четверть часа, утирая шапкой выступивший на лице пот.

За дело взялся Карпре. Ему достались только шлемы, но с ними и была самая большая морока: змеи сидели внутри, цеплялись за забрала. Но всё же проклятый действительно оказался неплох: он распутывал змей, где это требовалось, и выдёргивал их одним движением там, где это можно было сделать. Одна змея едва не обвила его руку, от чего чуть задымился тулуп, но Карпре быстро перехватил её левой рукой и выбросил.

В конце концов, дорога оказалась расчищена.

— Велион, твоя очередь, — оскалился Карпре, делая приглашающий жест рукой.

Велион кивнул. Он подошёл к двери и, двумя ударами ноги расширив дыру, заглянул внутрь.

Наверное, на втором этаже всё же произошёл не пожар, а что-то вроде очень быстрого тления. На третьем гобелены и ковры превратились в труху, но копоти почти не было видно. Уцелели и двери, правда, прилично разрушившись. И здесь были тела. Как минимум ещё полдюжины воинов лежали в коридоре, и кто знает, сколько их будет в комнатах.

Но эти тела означали, что здесь с горожанами-захватчиками успешно дрались и сумели сдержать их. И здесь, очевидно, найдётся, чем поживиться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А значит, они пришли не зря.

Ещё три удара понадобилось, чтобы расширить дыру в двери до того размера, при котором он бы смог в неё пролезть. Обернувшись, Велион слабо улыбнулся и сказал:

— Пошли за добычей.

И они пошли за добычей.

***

— Думаю, здесь тоже баловались магией, — зло сказал Карпре спустя полтора часа. Он подбрасывал в руке семиконечную звезду. — Я нашёл три таких. Наверное, сумели продержаться благодаря магам. Но где тогда, мать вашу, всё добро? Улетело в дыру в потолке?

Грест, вяло жующий кусок хлеба с солониной, нервно пожал плечами.

— Добро запечатано, — буркнул Велион, усаживаясь рядом с ним. — Но, думаю, здесь не то, чтобы сильно защищались.

— В каком смысле?

Черноволосый, уже взявшийся за баклагу с водой, поднял вверх указательный палец левой руки, прося паузу. Напившись, он сунул в рот кусок хлеба и сыра и принялся методично жевать, собираясь с мыслями. Пока он жевал, вернулся Мише. И если Велион казался сосредоточенным, то Мише, кажется, предельно разочаровался во всём этом походе. Писклявый молча уселся на пол и принялся жадно есть.

— Раньше, — сказал Велион, наконец, — в армии были не только благородные. В настоящей армии, я имею в виду, а не среди банды наёмников или городской стражи, которая ходит с копьями, ножами да дубинками. Той армии, которая при полном доспехе скачет на коне. Вроде бы им даже платили за службу деньги каждый месяц, а не как нынче — есть война, есть деньги. Их называли “легионерами”, а полки “легионами”. Вот эти парни, которым, очевидно, пришлось бросить своих коней и запереться здесь, и были легионерами. Их ведь не так много, как оказалось, не больше пятнадцати. И с ними было несколько магов. Но ни одного действительно богатого воина среди них нет. И я не думаю, что они, даже имея выгодную позицию и магов, сумели бы сдержать ту толпу, что сейчас сидит, раскрыв пасти, у стен. Выходит, толпа их не трогала.

— Но мечи были в зазубринах, — напомнил Мише.

— Да, скорее всего, подраться им пришлось. Но я даже не уверен, что с той толпой, убившей тех людей в подвале. Благородных людей, как мне кажется. Я думаю, они выкупили свои жизни. Отдали часть добра, которое у них было, и жизни своих господ и военачальников. Почти уверен, их отдали на растерзание именно вот эти ребята. Вы не копались в тех костях в подвале, я копался. И уверяю — тех людей забили хуже, чем свиней на бойне. К тому же, лестница на второй этаж не усеяна телами, а те двое солдат как будто просто сидели на часах у не закрытой на засов двери в момент смерти. Так что, повторяю, мне кажется, они выдали горожанам своих господ и засели здесь, а часть богатств запечатали вот в тех дальних комнатах на будущее. Конечно, это только мои предположения.

— Трупы с лестницы могли убрать, — сказал Грест.

— Могли. Я не видел других комнат на первом этаже, кроме столовой. Говорю же, это только мои предположения.

— А что произошло потом, как думаешь? — спросил Карпре, слушавший Велиона, наверное, с наибольшим интересом из всех.

Черноволосый пожал плечами.

— Думаю, они пытались кого-то призвать. Возможно, того, кому поклонялся жрец. Или, наоборот, изгнать. И мне кажется, все жертвы пошли на это добровольно. По крайней мере, я не слышал о заклинаниях, которые позволяют управлять таким количеством людей одновременно.

— А я не слышал о заклинании, которое в одном месте прожигает дыру в каменном полу, не устраивая в нём пожар, в другом палит всё дотла, а в третьем будто бы вообще его и не было.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Твоя правда. В любом случае, мы никогда не узнаем, что здесь произошло. Почему бы не почесать языком во время отдыха?

— Будем возвращаться? — с разочарованием в голосе спросил Грест.

— С чего ты решил? Я хочу попробовать вскрыть те заклинания. Они сильные, но попытаться можно.

— Я бы не рискнул, — покачал головой Мише.