Вас тут не стояло! - Матильда Старр

очень беспокойным. Казалось бы, что тут делать: вот они, столы, вот они, пирожные с лимонадом, вот она, шкатулка музыкальная. Выставил все да презентуй себе на здоровье!

На деле же получается не так просто.

Пирожные начали приносить с самого утра, партиями. А как их прикажете хранить в помещении без холодильника? Пришлось клянчить у сундука морозящий камень.

К счастью, сундук снова пошел мне навстречу и выдал нужный артефакт без долгих уговоров. Он вообще в последнее время стал на удивление покладистым. Только вот морозящий камень мигом превратил в подобие холодильника всю лавку.

Я перенесла пирожные в свою комнату на стол, и камень туда же.

Теперь у меня было только одно ледяное помещение.

Однако морозил этот камешек будь здоров! В лавке тоже было зябко, так что пришлось просить у шкафа сначала теплую шаль, потом шерстяные носки, а потом и теплые перчатки и всякий раз перед выходом во двор все это с себя снимать, а по возвращении – надевать обратно.

А во двор бегать приходилось постоянно.

Например, для того чтобы объясниться с группой горожан, которые уже пришли на показ и возмущались: уже полдень, а еще ничего нет. На мои возражения, что пяти часов тоже еще нет, они удивленно вскидывали брови: «А там разве по времени? Мы думали, весь день будет праздник».

Потом столы. Тяжелые, дубовые, вовсе не те садовые столики, что я себе представляла.

Ох и намучались мы с мастером Гастором, пока решили, как их расставить!

Надо сказать, столы были хороши, с красивыми резными узорами по всей поверхности. Я тут же представила, как все это великолепие заляпывают кремом и заливают лимонадом.

Пришлось снова нырять в холодильник и долго объяснять шкафу, что такое непромокаемые скатерти. Когда, добыв, наконец, скатерти я выскочила на улицу, шарф с перчатками долго не снимала, грелась под теплыми лучами солнышка.

Вскоре курьеры из кафе принесли оставшиеся пирожные и холодный лимонад в здоровенных кувшинах. Что делать с лимонадом, чтобы он не нагрелся, я знала: туда его, в холодильник. Только куда его разливать? Не будут же гости пить из одного кувшина по очереди!

Еще один поход в холодильник и долгая беседа со шкафом, в ходе которой я разъяснила этой дремучей волшебной штуке, что такое одноразовые стаканчики.

Первая партия стаканчиков получилась бумажная, с такими тоненькими стенками, что лимонад тут же начал сочиться, а затем и вовсе пролился на пол, оставив от стакана лишь мокрую бумажку. Лишь с третьего раза у нас со шкафом получилось что-то сносное.

К этому времени я была уже уверена: простуда мне обеспечена… Нельзя безнаказанно торчать в холодильнике так долго.

Стоит добавить, что лавку я не закрывала и на протяжении всего дня к нам то и дело заглядывали посетители, чтобы, ежась от холода, купить какую-нибудь мелочь, которая нужна вот прямо сейчас, вот прямо срочно.

Разумеется, о том чтобы присесть, перевести дух или, к примеру, перекусить, в этот сумасшедший день даже и речи не шло.

С учетом всех этих обстоятельств легко можно представить, в каком состоянии я была за полчаса до начала своей презентации. А потом случилось чудо. За полчаса до начала презентации явилась Мартина. Она принесла оставшиеся пирожные и… стаканчик кофе. Всучила мне стаканчик и строго велен:

– Сейчас же сядь!

От неожиданности я и правда плюхнулась на стульчик. Очень уж суровый был у нее вид. Даже на «ты» перешла!

– Значит так. Ты сейчас пьешь кофе и успокаиваешься, а я разбираюсь со всем остальным. Где пирожные?

– Там, – устало кивнула я в сторону своей комнаты. – Только тебе туда нельзя, так что мне все-таки придется вставать…

Я с сожалением посмотрела на стаканчик кофе. Вставать совершенно не хотелось. Но придется…

И тут на пороге появился он. Рыцарь в сияющих доспехах, принц на белом коне, защитник всех слабых и угнетенных, а точнее просто инспектор. Даже без коня.

Он окинул меня оценивающим взглядом. Вероятно, оценка получилась не слишком высокой, потому что он сокрушенно покачал головой и строго велел:

– Сидите. Где там эти ваши пирожные?

– В комнате… – растерянно проговорила я, только сейчас вспомнив, что его-то как раз пригласить на презентацию не успела.

Неловко вышло.

С другой стороны, как бы я могла? Он ведь в последние дни в лавке не появлялся. Интересно, как он узнал про презентацию? Впрочем, это же инспектор, ему по должности положено все знать.

Вообще-то впускать свою комнату, пусть и переоборудованную под холодильник, постороннего мужчину мне не хотелось. Но спорить, а тем более передвигать ноги, мне не хотелось еще больше. Поэтому я лишь махнула рукой в нужную сторону, и работа закипела.

Инспектор приносил коробки с пирожными и выставлял их на прилавок. Мартина подхватывала их и выносила во двор, где аккуратно раскладывала на тарелках. Надо же, как здорово и слаженно у них получается!

Полчаса передышки, стаканчик кофе и понимание того, что со всем этим безобразием не придется справляться одной, сотворили настоящее чудо.

Я шустро убрала холодильный камень обратно в сундук. Штука очень полезная, но хранить ее в лавке я бы не решилась. Разве что когда-нибудь задумаю устроить в этом городке филиал Антарктиды или лыжный курорт.

Ровно в пять из дверей лавки я вышла вполне бодрая, и даже улыбка не была вымученной.

Дворик встретил меня шумом и музыкой. А ведь шкатулка хороша, музыка получилась что надо! Веселая, озорная и даже дерзкая. Барабан отбивал такт, скрипки бодро препирались с гармонью, домра вставляла свои ценные замечания. И как все звучало! Вроде бы просто стоишь на месте, а в душе уже танцуешь вприсядку.

Двор был переполнен. Уж не знаю, что горожан привлекло больше: обещание показать чудеса или бесплатное угощение, – но в моем дворике был аншлаг и зрители все еще собирались.

Прямо сейчас давешний господин в сюртуке придерживал калитку для целого семейства, включая весьма пожилую на вид бабушку с клюкой. А ведь вдоль забора брела ещё одна семья, и очевидно, что будут и другие припозднившиеся. Но ведь собрать толпу – это то, чего я хотела, не так ли? Я ещё раз оглядела двор: все нарядные, яркие, веселые, в праздничном настроении и ожидающие чуда.

Кто-то сплетничал в кружках, уплетая угощение, старшее поколение скучковалось у дальнего стола, подальше от моей музыкальной шкатулки; молодые люди, напротив, держалась к ней поближе и притоптывали в такт. Одна из девушек и вовсе пустилась в пляс, да так, что юбка взлетала. Кто-то громко смеялся, кто-то молча жевал… Одна парочка и вовсе умудрилась устроить в кустах любовную ссору.

Я прикинула, что пирожных должно хватить: заказала с запасом, да и Мартина не паникует, а уверенно выставляет очередное блюдо взамен опустошенного.

Я стояла на крыльце и любовалась происходящим.

Что же, еще минут десять – и можно будет убирать музыку и начать собственно то, ради чего все и собрались – презентацию.

Стоило мне так подумать, как я услышала за дверью лавки страшный грохот и громкий мяв моего кота-охранника.

Ну что он там еще начудил?! Ни минуты покоя!

Я быстро окинула взглядом гостей. Кажется, кроме меня никто ничего не услышал. Оно и неудивительно. Я-то стояла возле самой двери, а они подальше во дворе и поближе к музыкальной шкатулке. Я юркнула в лавку, притворила за собой дверь и в изумлении остановилась на пороге. Чего-чего, а уж этого я не ожидала.

Глава 33

Фиора Нокс собственной персоной лежала животом на подоконнике, барахталась как утопающая и одновременно отбивалась от кота. Вздыбив шерсть и словно прибавив в размере раза в два зверь вцепился в нее так, что не оторвешь. У меня сердце ушло в пятки. Что бы ни сотворила Фиора и по какой бы причине ни оказалась зажата створками окна, я совершенно не хочу, чтобы котяра её задрал. Я категорически против столь кровавых методов!

– А ну отпусти! – велела я.

Кот бросил на меня недовольный взгляд, зашипел и еще крепче вцепился в свою жертву. Та истошно взвизгнула.

– Так ей и надо! – воинственно возразили тапочки, ждавшие меня за порогом. – Воровке!

Воровке? Так вот зачем дамочка полезла в окно! В таком случае тапочки правы: так ей и надо.