Банкет с продолжением в ЗАГСе - Маргарита Южина

В ту минуту Грумов только посмеялся над своей спасительницей, а по весне пошел да и поступил в педвуз.

С тех пор уже столько лет прошло, а они так и жили вместе с Анфисой Львовной. И пускай Грумов подшучивал над ней, но к каждому слову прислушивался внимательно, а потому и к женщинам поостыл. Нет, легкий флирт позволял, как без этого, но чтобы серьезные чувства – избави боже! Наелся, хватит.

А вот теперь… Черт его знает, то ли сам расслабился, то ли Анфиса где-то недоглядела, но зацепила его эта Арина, хоть клещами от нее рви. И еще Васька ее такой славный парень оказался. Хотя Васька – это совсем другое дело. И ведь он же, Грумов, не дурак – понимает, что ничего у них нормального получиться не может. Подумаешь, вечерок в снегу покувыркались… И все, и хватит! А то он и так вчера до трех ночи уснуть не мог, все представлял, как славно было бы, если…

– Арсений Михайлович, может, эту?

Мальчишки нашли очень пушистую елку, но нисколько не меньше предыдущих. Так и тянуло их на габариты!

– Ладно, давайте, – раздраженно махнул рукой Грумов. – Сколько же можно по лесу мотаться? Где мы им елку мелкую найдем?!

Вечером в «Барсе» были танцы, и к ним готовились в каждом домике. Организаторы обещали какое-то особенное развлечение, и поэтому даже предложили отдыхающим запастись деньгами.

Грумов носился по корпусу и лично осматривал каждого подопечного.

– Сань, ты это… не натягивай свои рваные джинсы. Ну честно, прямо жалко тебя становится – на улице мороз двадцать пять, а у тебя все коленки голые!

– Так модно ж! – ныл пацан. – Знаете, сколько они стоят?

– Ну, если модно… Лена, заштопай ему эти дыры, да пусть идет. Вера, ты в клуб в этом намыливаешься?! Да нас отсюда выселят! А меня посадят! За растление малолетних! Что? У тебя, кроме этого нижнего белья, вообще никакой одежды нет? Анфиса Львовна, может, у вас какая-нибудь кофточка найдется, совсем девке надеть нечего?!

– Конечно, – кивнула старушка и добавила: – Ты бы поменьше суетился, мы и без тебя нарядимся, лучше сам переоденься – или ты так собираешься идти? Сразу говорю, твой спортивный костюм для Рождества не годится.

– Так он же новый! – вытаращился Грумов. – И между прочим, не какой-то ширпотреб, а фирменный.

– А я говорю, надень нормальные брюки, – гнула свое старушка.

– А если у вас нет, то у Анфисы Львовны спросите, может, у нее и для вас одежонка отыщется, – подкалывали физрука его же подопечные.

– Ой, как смешно… – с досадой кривился физрук.

В маленьком домике тоже шли суматошные приготовления. Готовилась к демонстрации прелестей Сонечка. Она вывалила на диван содержимое всех чемоданов и только сейчас обнаружила, что набрала всякого барахла, в то время как совершенно необходимые вещи остались дома.

– Просто катастрофа! – заламывала она руки. – Совсем нечего надеть, то есть абсолютно!!

– Сонечка, я никуда не поеду, – быстро предупредил Антон. – Я уже и пива напился. Придется тебе идти… ну, хоть в этом платьице.

– Ты что?! – налетела на него супруга. – Это же не платье вовсе, а ночная рубашка. Какой ужас… Арин, ты чего сидишь молчишь, будто белка в колесе? Сама-то в чем пойдешь?

– Да я вовсе и не хочу никуда идти, – вяло пробормотала Арина. – Чего я там не видела?!

Сонечка от ее заявления даже про тряпки забыла.

– Анто-он! Быстро неси аптечку! У Арины бред. Она на танцы решила не ходить!

– Уже натанцевалась, – бурчала Арина, бессмысленно щелкая пультом от телевизора.

– Нет, это невыносимо! – вскочила Сонечка, выхватила пульт из рук сестры и швырнула его за кровать. – Ты что, так расстроилась из-за этого Грумова?! Гос-с-споди! Подумаешь – не пришел!..

– Я его и не ждала.

– Ждала-ждала, – отмахнулась Сонечка. – А он, паразит, не появился. Ну и что?! Подумаешь! Фи! Вчера ты все сделала правильно. Не стала просить милости у природы, повесилась ему на шею, и пожалуйста – прекрасный романтический вечер, а сегодня… Сегодня ты тоже кому-нибудь повесишься!

– Да как ты не понимаешь?! Я вчера повесилась только из-за того, чтобы Диана успокоилась. А с чего я теперь-то стану к нему липнуть?

– А почему бы и не прилипнуть? – округлила глаза Сонечка. – Диана наверняка еще не до конца убедилась, сегодня ее тоже надо… в общем, надо пыль в глаза пустить. А ты тут опять! Кинься на кого-нибудь другого, если тебе Грумов осточертел. Хотя я… так на нем и висела бы.

– Со-о-онечка, – с укоризной протянул Антон. – Не забывайся!

– Какое тут «забывайся»! У моей сестры судьба рушится. Забудешься с вами! Я бы, может, тоже уехала бы домой, в тишину… Налила бы полную ванну воды, включила бы телевизор…

Перед Антоном мелькнул лучик надежды:

– Так что тебе мешает?! Мне уже давно надоело спать на этом кухонном диванчике, – осторожно намекнул он.

– Что мешает?! – вскинулась супруга. – А Арина? Как она отметит Рождество, если мы с тобой запремся дома? Она ж… Да она одна тут просто с ума сойдет! Я ее знаю.

Арина подняла глаза и с удивлением посмотрела на Антона:

– Ты тоже хочешь домой? А я думала, что тебе… Но здесь же Сонечка, Юлия?

– Юлия?! Вот это меня и гнетет! Ты видела, как она на меня смотрит?! И потом… – выкрикнул Антон. – Постоянно видеть женщину, у которой ты похоронил последнюю надежду, это невыносимо!

Сонечка быстро приумолкла и только сопела. Как-то неудачно она упомянула эту домашнюю ванну. Вон какие бурные ностальгические чувства всколыхнула! Того гляди, уедут, да еще и ее с собой прихватят.

– Ладно, поговорили, пора и честь знать, – решила она наконец прервать дебаты. – Так во что мы будем себя наряжать?

– Я – ни во что, – тут же проговорила Арина. – И убедительная просьба: не надо мне заказывать мальчиков на дом, все равно не пущу, а тебе, Сонечка, будет стыдно!

– А чего это мне стыдиться?! – фыркнула сестра.

– Потому что я тебя знаю. Ты как только покажешься на танцах, сразу же начнешь приглашать всех мужиков подряд. Исключительно, чтобы устроить мою судьбу.

При этих словах Антон не на шутку разволновался.

– Я не хочу на танцы! Я хочу домой!

– Ты не можешь хотеть домой, ты пиво пил, сам только что сознался, – напомнила Сонечка.

– Я лгал. Соня, я такой врун!

– За это будешь сегодня наказан, – мимоходом обронила супруга. – А сейчас наряжайся. В конце концов, мы же не можем оставить Арину без праздника.

– Сонечка, думаешь, будет лучше, если мы Арину оставим одну в домике без… внимания и даже ванны на этот самый праздник, а сами отправимся веселиться? И это в рождественскую ночь?!

Сонечка ничего не ответила, а попросту решила переждать на кухне нездоровое рвение Антона домой. Она даже принялась что-то напевать и зачем-то резать подсохший хлеб. Делать было нечего. Антону все же пришлось влезть в парадные брюки, нацепить галстук-бабочку и надеть к ним новые носки.