Тень за кадром - Евгений Игоревич Новицкий

я у водителя. Денег у меня не было, но пока я об этом не думал.

— Садись, — вяло сказал таксист.

Я сел и сказал:

— Только погоди, не трогайся. Надо будет поехать за автобусом.

— За каким? — не понял водитель.

— До Дубровки который.

— Я и сам знаю дорогу, — фыркнул он.

— Понимаю, но мне нужно быть там в то же время, что и этот автобус.

— А раньше можно? — обернулся ко мне таксист.

Я подумал.

— Да, так, пожалуй, будет даже лучше, — согласился я. — Но все-таки поехать лучше уже после автобуса. По дороге его обгоним.

— Как желаете, — усмехнулся таксист. — Счетчик-то уже щелкает, — показал он мне.

— Пусть щелкает, — беззаботно отозвался я.

Вскоре Миша погрузился в автобус до Дубровки. Когда автобус тронулся, я выдохнул:

— Поехали.

Водитель мой оказался лихачом. На остановке в Дубровке мы оказались минут на тридцать раньше автобуса.

— Здесь я и выйду, — сказал я.

Таксист показал мне сумму на счетчике и повернулся с протянутой рукой.

— Не положено, — строго сказал я.

— Чего? — вытаращился он.

— Вы выполняли специальное задание, — произнес я самым официальным тоном. — За это мы выражаем вам благодарность. Деньги будут возмещены по месту работы.

— Что-то я не пойму! — воскликнул водитель.

— Что тут непонятного? Ты про КГБ слышал?

— КГБ… — сразу осекся таксист.

— Вот именно. Вы оказали помощь в поимке опасного преступника.

— А он на этом автобусе едет? — сообразил шофер.

— Это государственная тайна, — отвечал я.

— Ясно, — понимающе кивнул водитель. — Что ж, рад служить, товарищ…

— Просто товарищ пассажир, — веско произнес я. — Понимаете?

— Понимаю. Вы не беспокойтесь. Я — могила, — показал он на себя.

— Не сомневаюсь, — отозвался я.

— Извините, а что это за преступник? — все-таки не удержался таксист от любопытства. — Шпион, что ли?

— Может, и похуже, — загадочно ответил я.

— Ясно, — по-солдатски повторил он. — Так, может, с вами подождать? Или разрешите ехать?

— Разрешаю, — сказал я и, заметив восторженный блеск в глазах таксиста, уточнил: — То есть разрешаю ехать, а не оставаться.

— Слушаюсь, — не скрывая огорчения, вздохнул водитель.

Когда такси скрылось за поворотом, я быстро нашел удобный пункт для наблюдения. Остановка очень удачно располагалась неподалеку от самой Дубровки — там, где еще был густой лес.

В этом лесу я и отыскал себе отменное место обозрения.

Вскоре пришел автобус.

Все пассажиры отправились по дороге к Дубровке, и лишь один Миша остался стоять на остановке.

18

Азия

За чертой города красный «Москвич» внезапно заглох и остановился.

— Мать твою! — раздраженно воскликнул Василий, стуча по рулю обеими руками.

— Что, бензин? — сухо спросил Петр.

— Нет, — ответил Василий, бросив взгляд на датчик топлива.

— А что тогда? — еще суше спросил Петр.

— А хрен его знает! — со злостью зыркнул на него Василий.

— Ну так выйди и посмотри, — посоветовал Петр.

— На что? — обернулся к нему разъяренный Василий.

— На двигатель, на что же еще, — невозмутимо пояснил Петр.

— А я разбираюсь? — взвился Василий.

— А что ж не разобрался? — ехидно спросил Петр. — За баранкой сидеть выучился — и на этом все? Не любишь ты, Василий, никаких усилий прикладывать… О, слышал? — внезапно оживился Петр. — Прямо стихи получились… Не любишь ты, Василий, никаких усилий! — издевательски продекламировал он.

— Ты будто любишь, — проворчал Василий. — Сам-то даже баранку не освоил.

— Я и не претендовал, — пожал плечами Петр. — Но уж если бы освоил, то, будь уверен, и в механизме бы разобрался…

— Короче, чего делать будем? — сердито перебил его Василий.

— А сам как думаешь? — ехидно посмотрел на него Петр.

— Выходить и… ловить кого-то, — неуверенно ответил Василий.

— Ну вот, видишь, — одобрительно улыбнулся Петр. — Можешь, когда хочешь… Так что сидишь-то? Выходи и лови.

— Опять я? — возмутился Василий.

— За все, связанное с баранкой, у нас отвечаешь ты, — строго напомнил Петр.

Разъяренный Василий, ничего не говоря, выбрался из машины, но в отместку громко хлопнул дверью.

Через какое-то время на пустынной дороге показался вдалеке автомобиль. Когда он приблизился, стало видно, что это зеленый «Москвич».

Поскольку, подъезжая, машина заранее притормозила, Василию даже не пришлось ее останавливать.

Когда зеленый «Москвич» замер, из него тотчас выскочил оживленный, радостный человек.

— Что, брат, загораешь? — весело бросил он Василию.

Василий хмуро кивнул в ответ:

— В моторе разбираешься?

— Не больно-то, — с улыбкой сознался радостный. — Но у меня трос есть. Сейчас достану.

Когда он возвратился в свою машину и тронулся с места, Петр опустил стекло и раздраженно процедил Василию:

— Что, уезжает этот тип?

— Трос сейчас вытащит, — неохотно ответил Василий.

— Ясно. — Петр лихорадочно соображал. — Так, слушай… ты к нему иди. Рядом сядешь.

— Зачем это? — поморщился Василий.

— На всякий пожарный, — пояснил Петр. — Проконтролируешь его там.

— На легавого он не похож, — усмехнулся Василий.

— А на кого похож? — поинтересовался Петр.

— Не знаю, — пожал плечами Василий. И вдруг расплылся в улыбке: — На космонавта!

— Ладно, физиономист, — усмехнулся Петр, — иди к своему космонавту. Вон он уже трос достал…

Василий подошел к радостному и стал помогать ему с тросом.

— Давай, я это… с тобой сяду, — предложил Василий, когда дело было закончено.

— Садись, — охотно ответил радостный.

Василий подошел к зеленому «Москвичу» первым и машинально взялся за ручку водительской двери.

— Тьфу ты! — спохватился он и пошел в обход к противоположной дверце. Но радостный остановил его:

— Слушай, брат, а может, ты действительно за руль сядешь? А то я подустал чего-то…

— Ну давай, — согласился Василий.

— Тебе ведь в Дубровку? — уточнил радостный.

— Ну.

— Так до нее уже рукой подать…

Василий сел за руль. Радостный вдруг хмыкнул и, наклонившись к приспущенному стеклу, предложил:

— Слушай, а давай я лучше в твою пойду?

— Не, не надо туда, — испуганно перебил его Василий.

— Да ладно, чего там.

Не желая слушать возражения, радостный обернулся и энергично зашагал к красному «Москвичу».

Петр заметил приближающегося незнакомца, нахмурился и нащупал в кармане пистолет.

Этот жест не укрылся от внимания Азии.

Радостный сел на водительское место в чужой машине и обернулся к пассажирам:

— Рокировочка. Здрасте, товарищи. Я с вами.

— А что там? — не понял Петр, хмуро кивнув на зеленую машину.

— Там все в норме, — улыбаясь, ответил тот. — Ваш… не знаю, кто он вам… в общем, сейчас поедем.

Поскольку Василий почему-то не спешил, радостный два раза просигналил ему. Наконец оба «Москвича» начали движение.

— Говорю же: все в норме, — бодро констатировал радостный. — Разрешите представиться. — Он адресовал Петру и Азии два комических глубоких кивка. — Баранкин Владимир.

— Иван, — нехотя представился Петр. — А это, — кивнул он на Азию, — моя… племянница Маша.

— Иван да Марья, значит, — одобрил Владимир. — Племянница. Стало быть, ему, — он кивнул на свою машину, —