Ты не уйдешь! - Джейн Донелли

— Спасибо, — поблагодарила Сара, давая понять, что не хочет продолжать разговор.

Миссис Томсон искренне жалела Сару, превратившуюся в первоклассную хозяйку дома. Но если она решит сообщить об этом факте Максу, ей не поздоровится. Хозяин здесь он.

Этим утром должна была прийти Элисон. Сара прошла в маленькую комнату, которую они приспособили под офис. Элисон уже находилась там. По ее виду стало ясно, что она ожидает неприятностей. Как всегда, ее глаза прятались за большими темными очками, но складка на переносице выдавала тревогу. Как только Сара вошла, Элисон обратилась к ней:

— Послушайте, вы не должны...

Зазвонил телефон. Элисон схватила трубку с таким лицом, словно собиралась в очередной раз сказать: «Без комментариев», но тут же выражение его изменилось, и она протянула трубку Саре.

— Это Макс.

— Сейчас моя реплика? — пробормотала Сара. — Алло, — произнесла она в трубку.

— Мы должны поговорить, — сказал Макс.

— О чем?

— Дай трубку Элисон, — скомандовал он.

Сара вернула трубку секретарше и услышала, как Макс сказал:

— Не позволяй ей уйти.

Брови Элисон взметнулись выше очков. С благоговейным страхом она спросила Сару:

— Вы же не собираетесь уйти от него?

— Вы не поверите, — сказала Сара, — никто, пожалуй, не поверит, но именно это я собираюсь сделать. Мне здесь все надоело, мне ничего не нужно. Даже Дом. Ни-че-го.

Элисон с трудом восстановила дыхание.

— Из-за снимка папарацци? Вы же должны знать, что пресса из всего старается сделать сенсацию — вы сами работали репортером.

Но на этом снимке была Имоджин — единственная женщина, которую всегда хотел Макс. А Сара мечтала, чтобы такой женщиной стала она.

— Вы знали об Имоджин? — спросила Сара.

Элисон неопределенно пожала плечами.

— Она крутилась вокруг Макса, но женился он на вас.

— Мы заключили контракт, однако теперь я хочу разорвать его.

— Вы не можете.

— Посмотрим.

— Вы дождетесь его?

Улыбка Сары была такой мимолетной, что и улыбкой-то ее назвать было нельзя.

— Макс уволит вас, если я уйду?

— Нет, — решительно ответила Элисон. — Он хороший босс и хороший человек. Если вы уйдете от него, то вы просто ненормальная. Я никогда не знала, что стоит за этим браком. Деньги, которые были нужны вам и вашей семье? Неужели вы так и не разглядели своего мужа? — Холодность Элисон испарилась без следа. От ярости она раскраснелась. — Таких, как Макс, — один на миллион. Вы никогда не найдете мужчину, достойного сравнения с ним. Вы видели меня и моего мужа на новогоднем балу? Это все благодаря Максу. Врачи сомневались, сможет ли Эндрю ходить, а он танцевал. Однажды его парашют не раскрылся — Эндрю был членом клуба парашютистов, — Макс оплатил операции, лечение, все! Сохранил за ним его должность. Никто не говорит об этом вслух, но все, кто на него работает, знают, что Макс никогда не оставит в беде. В чем ваша проблема? Почему вы делаете это?

Потому что я люблю его, могла бы ответить Сара. Люблю так сильно, что не могу жить здесь, зная, что он равнодушен ко мне. Но рано или поздно ей предстоит встретиться с Максом, поэтому Сара сказала утомленно:

— Ладно. Я дождусь его.

— Хорошо. — Губы Элисон были сжаты в тонкую линию, лицо напряжено. Сара даже улыбнулась, представив, как Элисон бросается на нее при попытке к бегству. Сейчас ей очень нравилась эта женщина — они могли бы стать хорошими подругами.

— Почему на вас всегда темные очки? — спросила Сара.

— Потому что без них я слепа, как летучая мышь, — резко ответила Элисон.

В этом они похожи. Сара тоже была слепа, позволив себе полюбить этого мужчину так сильно, что с радостью отдала бы за него жизнь.

— Мне нужно выпить, — сказала Сара импульсивно. — Я знаю, что еще рано, но выпила бы бокал шампанского. Не хотите присоединиться ко мне?

— Ни в коем случае, — сказала Элисон. — Что вы собираетесь отпраздновать?

Повода для празднования не было. Но Саре хотелось обрести мужество и выбраться из пучины отчаяния. Она взяла с собой в спальню бутылку шампанского, несколько минут сражалась с фольгой и пробкой. Пробка выстрелила, и пенистое вино перелилось через край бокала. Сара выпила шампанское как лекарство. Оно показалось ей горьким, хотя и было высшего качества.

Сара не знала, куда пойдет отсюда, но точно не к Бет и не к матери. Она не сможет ничего им объяснить, а друзей вовлекать в свои проблемы не хотелось. Ей нужно где-то залечь на дно и постараться собрать в кучку осколки своей жизни. Какой-нибудь загородный отель типа того, который выбрали для свидания Макс и Имоджин. От этого воспоминания боль снова вернулась, и даже бокал шампанского не смог притупить ее.

Сара начала складывать вещи в чемодан. Ей будет не хватать ее кукольного домика. Вот бы спрятаться в нем. Если Макс отдаст ей этот домик, будет здорово. Сара вынула из ушей бриллиантовые сережки и положила их возле зеркала. Большая часть ее украшений лежала в стенном сейфе, часть — в ящичках трюмо. Она все оставит здесь, включая кольца, которые сейчас на ней. Все, кроме обручального. Оставит только его.

Сара не нашла в себе мужества попрощаться с Бесс, поэтому решила не ходить на конюшню. Она задержалась перед черной лакированной витриной, где стояли фарфоровые Арлекин и Коломбина. Открыв стеклянную дверцу, Сара взяла в руки маленькую балерину, так похожую на Бет.

— Не хочешь ли ты сбежать вместе со мной? — обратилась Сара к маленькой фигурке. Можно тайно унести Коломбину, и тогда будет разбита еще одна пара — первой были вазы. Коломбина стала бы для Сары единственным напоминанием о том, что девушка из ниоткуда однажды жила здесь. Может, Макс и поскучает по ней, но недолго и не настолько сильно, чтобы попросить вернуться.

Если Сара скажет ему сейчас: «Я люблю тебя», то все может закончиться тем, что она станет цепляться за него, моля хотя бы о капле взаимности. И тогда не сможет остановиться, а это будет ужасно.

Сара уже собиралась спуститься по лестнице, когда входная дверь открылась и Макс вошел в дом. Он остановился у подножия лестницы, и сразу тишина стала звенящей, а воздух наэлектризованным, словно перед бурей. Сара сделала несколько шагов назад в глубь галереи, вцепившись в перила, — у нее закружилась голова. Да, шампанское было глупой идеей.

Стремительно догнав жену, Макс взял ее под руку и повел в спальню. Войдя вслед за ним в комнату, Сара оставила дверь приоткрытой. Конечно, первое, что он увидел, был полусобранный чемодан на полу, затем полупустая бутылка и бокал на коврике рядом. Сара поставила фигурку Коломбины на первую попавшуюся плоскую поверхность — у нее так сильно дрожали руки, что она боялась не удержать хрупкий фарфор. После этого она обернулась и посмотрела на Макса.