Огненный поцелуй для Снежинки - Алёна Рю

глазах. И болезненное разочарование.

Я еще раз посмотрел на место своего преступления и, наклонившись, подобрал выроненную девушкой тетрадь. Нашел в ней пустую страницу и написал: «Прости меня. Это произошло не по моей воле. Но я сделаю все, чтобы подобного не повторилось».

Затем я дошел до женского общежития и, постучавшись к комендантше, попросил ее вернуть Одри тетрадь.

Легче от этого, правда, не стало.

Когда я вернулся к себе, то застал Дина за редким занятием. Он сидел на кровати рядом с раскрытой книгой и, положив на колени большой блокнот, что-то в него записывал.

– Привет. – Он поднял голову. – А ты знаешь, что после твоего героического ухода из аудитории профессор Вильсон совсем осерчал и задал перерешать половину учебника?

– Да чего там решать? – Я дернул плечом.

– Экономические задачи. – Дин поднял указательный палец. – Ты, кстати, где был-то? Мы же собирались с девочками увидеться, а к фонтану пришла одна Лекси.

Вот демоны, я совсем о ней забыл!

– Был занят, – ответил я уклончиво. – А вы хорошо погуляли?

– Ну так. – В голосе Дина не звучало энтузиазма. – Одри тоже не явилась, и мы больше гадали, вместе вы или нет. Потом я все же предложил пройтись вдвоем, но Лекси сослалась на головную боль, и мы разошлись.

Рассказывать даже Дину, что случилось между мной и Одри, не хотелось. Это было слишком личное. Слишком наше.

– Понятно, – сказал я пространно и пошел к своей полке с книгами. Дин проследил за мной взглядом, но расспрашивать больше не стал. Я всегда восхищался его умением считывать чужое настроение.

Взяв с полки пару учебников по истории магии и духологии, я забрался на кровать, как и мой приятель, и принялся искать про одержимость.

Так.

Одержимость возможна в следующих случаях. С духом произошел физический контакт. Хотя духи нематериальны, они могут коснуться человека и проникнуть в его душу. Чаще всего духи стремятся к магам своей стихии, потому что иная, а особенно противоположная, может их отторгнуть или даже уничтожить.

В моем сне был огонь. Значит, дух, скорее всего, огненный. Вот только я не помнил, чтобы до меня кто-то или что-то дотрагивалось.

Задумчиво погладив подбородок, я принялся читать дальше. Чтобы проникнуть в душу мага, духи находят в нем уязвимость. Это могут быть давняя боль от утраты близкого человека, чувство вины или горячее, доходящее до одержимости, желание обладать чем-либо.

От одержимости помогают защитные амулеты. Однако они несовершенны, так как не могут ограждать сразу от всех возможных духов. И поэтому лучший способ защиты – регулярные исповеди в храме, когда жрец помогает магу облегчить душу, избавиться от чувства вины и взять под контроль свои желания.

Если одержимость уже произошла, жрецы могут изгнать духа с помощью ритуала экзорцизма. Однако побочными эффектами могут стать физическая слабость и утрата части магического потенциала.

М-да… Нет, в храм сейчас идти точно нельзя. Интересно, можно ли провести ритуал экзорцизма самостоятельно? Об этом в учебнике не было ни слова.

Духи вселяются в человека, как правило, с целью напитаться его магией или жизненной силой. Однако известны случаи, когда духи преследовали и иные цели. Какие, коварный учебник не уточнял.

Помнится, нам рассказывали, что в городах и тем более в академии, духов почти не водилось. Их истребляли так быстро, что ни один не рисковал показываться людям на глаза. Разве что их призывали специально. Как сделала одна моя знакомая.

Я подумал об Одри и загрустил. Даже если я разберусь с этой головоломкой, простит ли она меня? Сможет ли снова смотреть мне в глаза?

Не знаю почему, но ее мнение вдруг стало для меня важнее всего остального. Даже мысль, что я одержим, – Одержим! – расстраивала гораздо меньше, чем тот ее взгляд. Я должен сделать все, чтобы такого больше не повторилось, это понятно. Но даже если мне удастся каким-то образом изгнать наглого подселенца, то как вернуть ее?

Одри

Я надеялась, что обойдется, но Марко мне все же приснился. Он стоял, охваченный пламенем, и смотрел на меня не то с укором, не то с печалью. Словно я была в чем-то виновата.

– Отстань от меня, – выкрикнула я во сне. – Уходи!

Он шагнул ко мне, и я вскинула руки. Между нами выросла стена. Ледяная, состоявшая из острых кристаллов. Такого я в жизни не умела никогда. Но во сне я так злилась, что не задумывалась над тем, что могу или не могу. Я хотела от него защититься и призывала все доступные силы.

– Ты должна пробудиться, – услышала я слова, снова прозвучавшие как упрек.

– Ничего я тебе не должна, – пробурчала я в ответ.

И побежала. Подальше от него. Куда угодно, лишь бы прочь.

Бежала, пока все вокруг не скрыла густая чернота.

Вдалеке бухнуло, как будто что-то упало, и я распахнула глаза.

– Извини, не думала, что ты дома, – сказала Лекси, поднимая с пола сумку. То, как та ударилась о пол, меня, похоже, и разбудило.

– Решила лечь пораньше, – ответила я. – Завтра же испытания.

На самом деле, последние несколько часов я о них даже не вспоминала. Если Марко задался целью меня отвлечь, это ему удалось.

– Я думала, мы сегодня вечером увидимся с ребятами. – Лекси не сводила с меня внимательного взгляда.

– Да ну их. – Я махнула рукой.

Лекси опустилась