Ночь Солнца - Вадим Панов

– У нас ведь нет выбора, не так ли? – тихо спросил Грегор.

– От тебя зависит очень многое, – вздохнул Хэттар. – Ты это знаешь.

– Значит, я сделаю.

– Спасибо.

– Пока не за что. – Темпер помолчал. Снова выдержал паузу, тщательно обдумывая, стоит ли говорить следующую фразу, стоит ли просить Мессию прикрыть его семью от возможных проблем… Он уже спрашивал об этом во время того самого совещания, получил отказ и удовлетворился объяснением отказа. Но любовь…

Любовь…

Тем не менее Темпер не спросил.

Уверил Хэттара:

– Всё будет так, как запланировано.

И положил трубку.

Не спросил.

Но Хэттар услышал вопрос.

Вздохнул про себя: «Жаль, Грегор, что родных ты любишь больше, чем меня…» И поднял взгляд на замерших у дверей кабинета Луминаров. Четверых высоких, плотных, превосходно тренированных и абсолютно уверенных в себе и своём вожде Луминаров. Превосходных воинов и ещё – превосходных убийц, которым Мессия поручал самые деликатные дела.

– Отправляйтесь в Сент-Джордж, – буркнул Хэттар. – Дождитесь зелёных ведьм и устройте всё так, как надо.

Старший из Луминаров кивнул, и убийцы молча покинули кабинет.

Румыния, Бухарест

– Я вас не потревожил?

– Что вы?! Ни в коем случае.

– Добрый вечер.

– Здравствуйте. Будет ли вам удобно в кресле?

Алхимик изо всех сил старался играть радушного хозяина, и у него получалось – даже внимательный Сантьяга не заметил ни на лице, ни в поведении Луминара признаков нервозности: улыбка прежняя, в меру весёлая, но «закрытая», тщательно маскирующая чувства; жесты спокойные, сдержанные. Предложенное вино – превосходно, как раз такое, какое предпочитает комиссар, видимо, специально дожидалось своего часа; прислуживает, точнее, прислуживал – чел, очевидно здоровый, не подвергаемый периодическим «донорским процедурам», лёгкий намёк на то, что хозяин дома хоть и не признаёт Догмы покорности, но соблюдает главные.

Сейчас дворецкий вышел, и собеседники смогли перейти к серьёзному разговору.

– Вы меня ждали… – протянул Сантьяга и сделал глоток красного. – Превосходное вино. Неужели местное?

– Крымское, доставляют контрабандой.

– Прекрасный выбор.

– Благодарю. А почему вы решили, что я вас ждал?

– Я знаю, что происходит, когда я сваливаюсь как снег на голову.

– Может, у меня крепкие нервы? – предположил вампир.

– Может, – усмехнулся нав. – Но вы всё равно ведёте себя не так, как должны.

– Возможно, дело в успокоительном, которое я принял перед встречей?

– Тоже может быть. Но давайте не будем углубляться в обсуждение вашего аптекарского мастерства, а поговорим о деле… Вы догадываетесь, чем я сейчас занимаюсь?

– Беседуете со мной? – Берни очень хотел показать, что у него действительно крепкие нервы.

– А перед тем – читал старинные книги, – с улыбкой поведал комиссар. – Вы читаете старинные книги?

– Приходится.

– Я имею в виду – действительно старинные, возраст которых исчисляется тысячелетиями.

– К сожалению, в моей библиотеке таких сокровищ нет, – вздохнул Алхимик.

– А в моей – есть.

– Завидую.

– Сейчас вы позавидуете ещё больше, Берни, в моей библиотеке есть книги по истории семьи Масан, благодаря которым я знаю о вашем народе больше, чем сохранилось в легендах и мифах.

Луминар свёл перед собой пальцы и поднёс руки к подбородку, заслоняя нижнюю часть лица.

– Почему же вы скрываете от нас нашу историю?

– В том числе – чтобы спасти вас от самих себя.

– А может, нас не надо спасать?

– Предлагаете уничтожить?

– Других вариантов нет?

– Сейчас узнаем.

А вот теперь Алхимик не сдержался – дёрнул щекой, показав, что удар пришёлся в цель. И следующую фразу произнёс хрипло:

– Хотите сказать, что примете решение по результатам нашего разговора?

– Именно так, Берни, именно так. – Сантьяга поставил бокал, и масан, мгновенно поняв, чего хочет гость, наполнил его вином. И при этом внимательно слушал, не позволяя себе пропустить хоть слово. – В последнее время я вплотную занимаюсь историей клана Лигар… Слышали о таком?

– Краем уха.

– Удивительная осведомлённость, – с уважением прокомментировал комиссар. – Ведь клан погиб… был уничтожен, если говорить прямо… был уничтожен ещё до того, как семья Масан покинула Укиту.

– Я слышал старую сказку, – уточнил Алхимик.

– Так речь идёт о родовой памяти?

– Совершенно верно.

– Понимаю. – Сантьяга вновь поднял бокал. – Что же касается меня, то я заинтересовался Лигарами достаточно случайно, поднял архивы, почитал книги… Как я уже говорил, у меня превосходная библиотека… Так что теперь, без всякого преувеличения, я являюсь одним из ведущих знатоков истории этого клана… Вы слышали о «лигарском эликсире»? – И тут же, не позволяя ответить, небрежно продолжил: – Именно из-за него клан был уничтожен под корень.

– Из-за какого-то зелья? – удивился Берни.

– «Эликсир» превращает вампиров в послушный скот. Во всяком случае, если верить хроникам.

– Разве вы добиваетесь не этого же?

– Мы добиваемся того, чтобы соблюдались правила игры, поскольку то безумие, которое ваша семья предложила несколько столетий назад, едва не привело всех нас к гибели. Но сейчас это неважно. – Чёрные глаза нава впились в Луминара, как солнечные лучи. – Сейчас я предполагаю, что кто-то сумел восстановить рецепт «эликсира».

– Считаете, что это сделал я? – Алхимику всё-таки удалось собраться, и вопрос прозвучал твёрдо.

Сантьяга оценил: вежливо улыбнулся и ровно ответил:

– Нет. – После чего выдержал паузу, позволяя собеседнику понять, что сейчас прозвучит «то самое предложение», ради которого и была затеяна встреча: – Я считаю, что рецепт восстановлен некоторое время назад, и удивлённые масаны уже приносили вам образцы на проверку. Мне нужны подробности, Берни, и чем быстрее, тем лучше.

– Зачем вам эликсир? Хотите превратить нас в рабов?

– А вы готовы умереть, чтобы этого не случилось.

– Да.

– Я не спрашивал.

– Да.

Еще одна улыбка нава. А затем – спокойное, уверенное и проникновенное:

– Мне не нужен «эликсир», Берни. И если потребуете, я дам слово, что убью того, кто восстановил зелье, и уничтожу все сведения о нём. Я дам слово, что Тёмный Двор не завладеет тайной эликсира и не позволит этого другим Великим Домам.

– В чём же ваш интерес? – На этот раз Алхимик удивился искренне.

– Помимо эликсира у клана Лигар была ещё одна тайна – Амулет Крови «Ночь Солнца». Долгое время он считался утерянным, но сейчас у меня есть веские основания предполагать, что Амулет находится в руках тех, кто сможет его активизировать.

– И вы этого боитесь?

В чёрных глазах мелькнули весёлые огоньки. Но Алхимик, каким бы травоядным он ни был, понял, что видит веселье воина.

– Нет, Берни, бояться должны вы. Потому что, если Амулет будет активизирован, нам придётся уничтожить всю семью Масан. Как думаете, мы справимся?

Частный жилой дом США, Сент-Джордж

Вечер выдался особенно жарким, душным и липким. Он потным покрывалом окутал людов, порталом прошедших в Америку из кондиционированного гостиничного номера, и резкий переход из приятного в отвратительное вызвал гадливое ощущение.

– Здесь всегда так мерзко? – не сдержалась Ивица. – Или только летом?

– Какая разница? – Надежда с лёгким удивлением посмотрела на дружинницу. – Будем говорить о погоде?

– Извини.

– Ничего страшного.

Несмотря на появление весьма интересного следа, Гадюка решила не отказываться от допроса сторожа – лучше дёрнуть за все ниточки, чем потом жалеть об ошибке, – и потому приняла решение ненадолго разделить группу. Деяна и Полуница отправились в Хабаровск, а Надежда с Ивицей – в душный Сент-Джордж.

– Это их дом?

– Да, – подтвердила дружинница, сверившись с навигатором.

– Простенький.

– Ты надеялась увидеть сказочный дворец?

– Откуда? – хмыкнула Гадюка. – У рыжих напрочь отсутствует чувство прекрасного.

– Что роднит их с навами.

– Верно.

И ведьмы рассмеялись, не спуская, правда, внимательных взглядов с дома семьи Темперов: симпатичного двухэтажного коттеджа весёленького беленького цвета, с красной крышей и красной же отделкой.

– В доме трое: чел, чуда и ребёнок-полукровка, – доложила Ивица, закончив сканирование. – Грегора нет.

– Я и не рассчитывала, – улыбнулась Надежда.

– Но было бы неплохо, – поддержала шутку дружинница.

– Согласна…

Маленький палисадник, недорогой «семейный» универсал у гаражных ворот, забытый мяч под деревом. Окна тёмные – все спят. В этом доме, как, впрочем, и во всём уютном квартале, ложатся рано и рано встают. А на тот случай, если к дому подойдёт кто-то нежданный, милая хозяйка, которая по утрам берёт с крыльца газету и бутылку цельного молока, установила магическую завесу.