Последний попаданец 5 - Константин Зубов

обязательства, но вы срочно должны переходить ко второму этапу. Он чрезвычайно важен.

— Так же, как города для нас! — упрямо заявил хоббит.

— Да будут вам города! Зачем они нам⁈ В Шринанте уже столько людей нет, чтобы все эти крепости населить! Одумайся! Император рассчитывал и рассчитывает на тебя!

Вот сейчас я одновременно и хотел, и боялся фразы: «Он мне не император». Она бы означала окончательный раскол между бывшими союзниками и нашу с Линдой быструю смерть.

— Мы начнём второй этап… — после очень долгой паузы прохрипел БЦ-2. — Но не на всей территории… С северо-востоком разбирайтесь сами.

— Но у тебя почти все группы именно там!

— Мы переведём!

— БЦ…

— Я всё сказал!

Что ж там за этап-два такой, что хоббит отказывается его на северо-востоке осуществлять? Именно там, где и находятся Пронзель и Грондин? Точно не нападения на людей, это он как раз с радостью бы там устроил…

— Ла-а-адно, — протянул Винтил и, будто бы только что о нас вспомнив, ткнул пальцем в Линду. — Но этих не убивай. Я колдунью и её покровителей знаю. Их можно переманить на нашу сторону.

— Говорю же, пацан точно замешан в крахе нашей группы в Пронзеле, а раз она с ним, то и она тоже. Их надо допросить и казнить!

— В тебе говорит жажда мести, БЦ-2, — голос Винтила зазвучал вкрадчиво. — Ты же знаешь, что император и не с такими договаривался. А они многое знают и гораздо больше пользы принесут при добровольном сотрудничестве… Не хочешь рисковать — подожди. Через два дня придут мои люди и заберут их.

— Они знают об этом штабе и сейчас слишком много слышали, — хоббит обернулся и по очереди посмотрел на каждого из нас. — После допроса они умрут.

— Как знаешь! — Винтил поднял руку, чтобы прервать связь, но до нас успели долететь ещё два брошенных кому-то невидимому слова: — Ранкат ба!

Сфера исчезла, а хоббит резко развернулся.

— Поболтаем? — в его руке вдруг возникло копьё и, коротко размахнувшись, БЦ-2 вонзил мне его в грудь.

Перед тем, как потерять сознание, я будто со стороны услышал свой хриплый крик.

* * *

По результатам первого этапа допроса у меня не сложилось впечатления, что этот садист хочет с нами поболтать. Нас полностью раздели (б. я, а я только восстановил комплект! Хорошо хоть меч судьбы в инвентаре) и в основном просто жёстко мучили, нанося очень болезненные, практически смертельные удары, а потом залечивая страшные раны.

Нет, он, конечно, задавал разные вопросы, вот только отвечать времени не давал. Видимо, это была какая-то специальная методика морального подавления. И, признаться, она работала.

Свои-то раны я худо-бедно выносил, а вот видеть, как то копьё, то меч, то зазубренный кинжал терзает плоть Линды было невыносимо. И, судя по её полному боли и вины взгляду, она чувствовала то же самое относительно меня.

— В следующий раз оружие будет раскаленным, и если я сразу же не получу нужные мне ответы, то первым делом отрежу тебе вон ту штуку, что болтается между ног, а ей — сиськи! — заявил БЦ-2 после трёх часов «болтовни», а затем повернулся к своим бойцам: — В разные камеры их. Двойную охрану!

Тащили меня с мешком на голове, поэтому ориентироваться приходилось исключительно по ощущениям, а они после «допроса» серьёзно подводили. Впрочем, одно я мог сказать точно: по улице мы двигались около минуты, камера располагалась на первом этаже, а Линду посадили через стену.

Радовало только то, что про Визу они ещё не прознали. Надежды это давало мало, так как за дверью стояло минимум два охранника с печатями ментальной защиты, то есть мой фокус со страхом тут точно не сработает.

«Ну что, бедолага, тебя развязывать?» — сочувственно спросила Виза, когда дверь захлопнулась, а снаружи щёлкнул засов.

— Да я даже хз… — пробормотал я, приподнимая разбитый нос с каменного пола. — Подумать надо прежде, чем мои возможности палить.

«Ну думай… Окошка в двери, кстати, нет».

Ну хоть что-то хорошо…

— Ладно, развязывай!

«Недолго ты думал».

— Так в конце следующей встречи этот гондон нас как пить дать завалит. Надо пытаться прорываться до того.

«Согласна…— послышалось пыхтение. — Ты не в курсе, на каком языке тот хмырь белобрысый говорил?»

— Неа, в первый раз слышал такой…

Верёвки ослабли, и я, сбросив обрывки, кряхтя встал и, сорвав ожерелья, первым делом вылечился.

Потом оделся. Хорошо быть запасливым. Конечно, колечки клевые опять похерил, зато остальное все заменил на такие же. Во второй раз удалось сохранить шмотки на «скрытность», всё-таки хорошая привычка — снимать их, когда не использую.

Так, бл.дь, уроды сраные! Кто тут Илью Первого Многоликого обидел⁈ Подходи по одному — всех порву! И за Линду отдельных люлей выдам! Правда, возможно, не сейчас… Как ни крути, план «А» — просто выбраться живыми. Тем более кое-какие метки с карты я запомнить успел и, скорее всего, через них удастся выйти на другой штаб этих козлов, даже если этот они ликвидируют.

Ладно, об это рано думать… Сначала надо составить план побега. Да и пожрать можно, хотя нет — нельзя: запах еды могут почувствовать и раньше времени заинтересоваться.

* * *

План я составил всего за десять минут. И в итоге он получился до гениальности простым.

Дверь открывается, я всех убиваю, спасаю Линду, и мы убегаем. В крайнем случае используем камни «последнего шанса». Всё чётко!

Осталось только дождаться, пока за мной придут…

«Что это⁈»

— Где?

«За твоей спиной!»

Я быстро развернулся и с удивлением осознал, что разделяющая наши с Линдой камеры стена вдруг пошла рябью, а ещё через несколько секунд оттуда появилась знакомая рука и поманила меня пальцем.

Я с улыбкой вошёл в стену и радостно прижал к груди уже одетую подругу.

— Нежности потом, — прошептала она, успев, правда, чмокнуть меня в губы. — Времени мало. Валим!

К моему удивлению, Линда протянула мне точно такой же балахон, который у нас отобрали наёмники. Вопросы я оставил на потом, а пока просто быстро переоделся и превратился в хоббита. Хорошо, что шмотки такого уровня меняют размер.

— Приготовь камень «последнего шанса». Если нас заметят — сразу используй.

— Готов!

Линда достала какую-то бумажку, сверилась с ней и направила светящийся зелёным посох на одну из стен.

— Вперёд. Жди снаружи.

Я нырнул в «сухую» жидкость и почти сразу появился с другой стороны. Это оказался крайний дом, и метров через пятнадцать шла стена пещеры. Линда вышла следом и, указав пальцем на один из проходов в камне, прошептала:

— Расходимся. Встречаемся там.

После чего мужской походкой уверенно зашагала в противоположную сторону. Я же таким спокойствием не отличался и пошёл более короткой дорогой.

Напряжение свело внутренности, в ушах звенело. Каждую секунду я был готов услышать окрик и активировать камень «последнего шанса».

Шаг. Ещё один… Навстречу из-за угла вышли два хоббита и… спокойно прошли мимо, не обратив на меня никакого внимания. Наёмников же в пределах видимости не наблюдалось. Кажется, у них после случившегося шёл разбор полётов. Прекрасно!

С каждым шагом уверенность, выбитая острыми, вонзающимися в тело лезвиями, возвращалась. Мы ещё повоюем! Дайте только время, гады! И да, в моем списке теперь на одного урода больше.

Наконец я свернул в нужный туннель и вскоре там появилась Линда. Она прошла мимо, а я поспешил за ней.

Мы шли долго, и я только сейчас сообразил, что это не тот путь, каким мы проникли сюда. Откуда колдунья его знает? И что за листочек, в который она постоянно смотрит?

— Пришли! — сообщила спутница, остановившись посреди коридора. — Когда выйдем, сначала движемся аккуратно, там ещё могут быть ловушки. А по моей команде со всей дури рвём вдоль гор в сторону тракта. Все вопросы потом! Вопросы?

— Потом.

— Хорошо.

Посох земли снова засиял, а стена снова поплыла.

В этот раз колдунью колбасило сильнее. Видно, запас маны подистощился, а равноценной замены утерянным артефактам у неё не нашлось.

— Иди! — прохрипела Линда, и я сделал было шаг вперёд, но увидел, что она начинает заваливаться. Твою же мать!

— Колдуй! — скомандовал я и, подхватив девушку на руки, буквально запрыгнул в стену.

Пробиваться с ношей было гораздо тяжелее, но и я уже имел опыт, поэтому первым делом погрузился чуть глубже и достал подошвами до куска скалы, нетронутого заклинанием.