На сцене и за кулисами: Воспоминания бывшего актёра - Джером Джером

…— Дорогой Джим, — ура! Наконец-то мне повезло. Да я думаю и пора после всего того, что пришлось мне испытать. Я боялся, что профессия в моем лице потеряет одного из своих членов, но теперь этого бояться нечего. В настоящее время я в новой труппе, куда поступил с прошлой субботы, и дело идет у нас отлично. Антрепренер — прекрасный господин и человек деловой. Он понимает, как нужно вести дела. Он печатает везде, где только можно, везде расклеивает афиши, не щадит издержек и все делает прекрасно. При этом он весельчак и, как видно, человек развитой, потому что сумел оценить меня. Я к нему даже и не обращался, — он пригласил меня сам, после того как видел мою игру на прошлой неделе, когда он набирал себе труппу. Я поступил на амплуа Первого «Гостя» за тридцать пять шиллингов в неделю. Он был капитаном в армии и его можно назвать джентльменом в полном смысле слова. Он никогда не говорит дерзостей, ни во что не вмешивается и все его любят. Он намерен объехать всю северную Англию, побывать во всех больших ланкаширских и йоркширских городах, а затем на зиму переехать с нами в Лондон. Он хочет, чтобы я заключил с ним контракт на год и положить мне два фунта стерлингов и пять шиллингов в неделю. Я сделал вид, что не очень спешу заключить контракт. В подобных случаях всегда лучше немножко помедлить, и поэтому сказал ему, что подумаю, но, конечно, я соглашусь. Больше писать не могу. Сейчас иду к нему обедать. Мы проживем здесь три недели, а потом отправимся в ***. У меня очень удобное помещение. Твой…

Это было написано во вторник. В субботу, в двенадцать часов дня, мы пришли в театр за получением жалованья. Капитана в театре не было. Он в это утро отправился в гости к сэру такому-то, одному из соседних помещиков, бывшему его большим приятелем, и еще не возвращался. Он хотел вернуться назад к вечеру — так уверял нас вежливый в обращении кассир — и жалованье будет роздано после представления.

И вот вечером, по окончании представления, мы все собрались на сцене и ждали. Ждали мы около десяти минут, но вот актер, игравший роли отцов семейства, который ходил через улицу, чтобы выпить стаканчик прежде чем запрут портерную, вернулся назад с испуганным лицом и сообщил нам, что он сейчас видел одного человека, служащего на станции в багажном отделении, который сказал ему, что «капитан» уехал в Лондон с первым утренним поездом. И только что «отец семейства» объявил нам об этом, наш рассыльный вспомнил тоже, что он видел, как вежливый кассир ушел из театра сейчас же после начала представления и унес с собою маленькую черную сумку.

Я пошел в уборную, собрал все свои вещи в узелок и с этим узелком спустился вниз. Все остальные актеры стояли на сцене с убитым, растерянным видом и тихим голосом говорили между собою. Я прошел мимо них, не говоря ни слова, и подошел к двери. Это была дверь на блоке. Я отворил ее, придержал ногой и с минуту постоял на пороге, всматриваясь в темноту. Затем я поднял кверху воротник пальто и вышел на улицу: дверь, ведущая на сцену, захлопнулась за мной и щелкнула, с тех пор я уже никогда не отворял другой такой двери.

Примечания

1

Мои приятели говорят, что это неправда и что я никогда не был актером. А я говорю, что был, кому же это и знать, как не мне? — Прим. авт.

2

Ковент-Гарден (англ. Covent Garden) и Друри-Лейн (англ. Drury Lane) — знаменитые театры Лондона. — Прим. верст.

3

Здесь в подлиннике игра слов: «properties» — бутафорские вещи и «props» — подпоры. — Прим. перев.

4

Jeune premier (франц. «первый молодой») — амплуа актера, играющего роли «первых любовников». — Прим. верст.

5

Именно таким образом мы репетировали Линдлея Мюррея. Мы все без исключения были страшно раздосадованы и возмущены, но что же было нам делать? — Прим. авт.

6

Место, где торгуют старым платьем. — Пр. перев.

7

Слова, взятые из монолога Гамлета: «Быть или не быть?» — Пр. перев.

8

Я и сам хорошенько не знаю, кто дал такой совет. Я приписал его Горацию для того, чтобы со мной не спорили. — Прим. авт.