Сломленные судьбой (ЛП) - Рай Джеслин

Даже сделка с Верноном, которая определила его будущее, сейчас не имела значения. Уилл с радостью всю жизнь будет мучиться рядом с Маргарет, если это будет означать, что Сара будет в безопасности. Гэмблеру пришлось замедлить шаг, чтобы пересечь выбоины и бревна, которые перекрывали тропу, Уилл яростно оглядывал деревья. Папоротники рядом с тропой были огромными. Прохлада тенистого леса и частые дожди, были идеальными условиями для их роста, и они вытянулись к солнцу выше, чем когда-либо видел Уилл.

Он перегнулся через шею Гэмблера, натягивая поводья, чтобы замедлить темп. Хорошо что почва была мягкой. У Уила участился пульс, когда он увидел знакомый отпечаток подковы. Слава богу, это должно быть она. Отпечатки были слишком свежими, и не могли принадлежать другому наезднику. Уилл напряг глаза, пытаясь сквозь осины хоть что-нибудь разглядеть, кроме белых высоких стволов, которые казались ему тюрьмой, из которой он пытался сбежать.

Он поторопил Гэмблера, хотя конь пытался ступать более аккуратно, чем позволяло терпение Уилла.

Юноша не сводил глаз с тропы и кустов, лишь немного испытывая облегчение, так как отпечатки подков встречались каждые несколько футов. Пока Уилл их видел, то мог проследить, в какую сторону Сара направилась, но, если она решила сойти с тропы, то он не за что не отследит ее в зарослях папоротника. Внутренний голос подсказывал ему, что она не станет так делать. Он сказал ей не съезжать с дороги, и даже не смотря на то, что девушка была ранена до слез его отсутствием, все же полагал она не станет этого делать. С другой стороны, он сказал ей развернуться, когда она доберется до развилки, чего очевидно Сара не сделала. Она уже давно бы была дома, если бы сдержала свое обещание. Черт побери, Сара! Когда ты уже научишься? Уилл понимал, что не имел права судить. Он сам не очень хорошо сдерживал свое обещания.

Юноша поднялся на небольшой холм, понимая, что скоро нужно будет выбирать нужную сторону. Он молился, чтобы и дальше можно было распознавать отпечатки подков, чтобы понять какую тропу выбрать. Его внутренности сжимались в тугой комок, и он мог думать только о том, что если найдет ее, то больше не за что не выпустит из вида.

Уилл остановил Гэмблера. Он уже несколько минут не видел отпечатков, и начал боятся, что потерял ее след. Юноша быстро продумал возможные варианты в голове. Ему нужно вернуться домой, позвать отца, Мистера Уилкеса и других соседей, чтобы они помогли в поисках. Это займет слишком много времени. Все это время Сара будет одна в чужой местности. Черт возьми!

Уилл собирался направить Гэмблира дальше по тропе, когда треск пронзил тишину леса. И тут он понял, что даже не слышал птичьего пения, или шелест листьев на ветру. Ничто не могло отвлечь его затуманенный страхом разум, но этот звук невозможно было не заметить. Определенный треск веток, исходящий от кустов немного вреди него по правую сторону, не мог почудиться ему. Что-то происходило за этими кустами.

Он подтолкнул Гэмблера, позволяя ему взобраться на небольшой холм. Наконец среди черно-белого пейзажа начала появляться фигура, при виде которой юношан одновременно испытал облегчение и до этого момента не знакомый ему страх. Впереди бесшумно стоял Здоровяк, надкусывая папоротники. Казалось, конь не замечал наблюдателей, и все что не вызывало у него аппетита. Здоровяк нашелся, но это не имеет значения. Сары с ним не было.

Уилла охватила паника. В полном отчаянии он сложил руки вокруг рта.

— Сара! Сара! — его голос был громким и необузданным. В ответ юноша услышал ужасающее эхо, и в ушах зазвенело от страха. Он напрягся, и закрыл глаза, блокируя все вокруг кроме звука. Затем снова закричал. — Сара! Са-ра! — Почему она оставила Здоровяка? Уилл оглянулся на коня, поводья свисали по бокам его морды, раскачиваясь от поступи. Она бы не отпустила его просто так. Это он сам виноват, не она. Потому что не должен был отпускать ее. Никогда.

Когда Уилл снова поднес руки ко рту, ему показалось, он услышал слабый голос. Юноша развернул Гэмблера, чтобы посмотреть в ту сторону, откуда исходил звук.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сара? — и снова услышал слабый стон.

Это она. Ее голос он всегда узнает. Уилл ударил Гэмблера пятками, и тот зашагал трусцой.

— Сара. Где ты? — он ехал вдоль тропы, но понял, что шаги Гэмблера заглушали все остальные звуки. Юноша снова остановился, осматривая холм в поисках Сары.

— Уилл. Уилл! — голос Сары был тихим и слабым.

— Сара! — Уилл спрыгнул с коня, не чувствуя ног он приземлился на землю, и со всей силы побежал на ее голос.

— Где ты?

— Уилл! Здесь, Уилл. Сюда.

Он крутанулся, озираясь, пытаясь заметить ее.

— Сара! Я не вижу тебя, — снова его глаза яростно осматривали все вокруг, но ничего не видели из-за густого папоротника. — Где ты?

— Здесь, Уилл. Я внизу.

Его слух и взгляд сосредоточился на ее голосе, и увидел, как верхушки папоротника на дне оврага начали раскачиваться. Его глаза округлились, а сердце забилось с невообразимой силой. Он нашел ее. Облегчение было таким сильным и пронзительным, но у него не было времени насладиться этим чувством. Уилл помчался по насыпи, не сводя глаз с качающегося папоротника.

— Я иду, Сара. Не прекращай качать папоротник.

Он раздвигал папоротник и переступал через бревна и камни, которые блокировали его путь к ней. Юноша был почти на месте, еще несколько шагов, и он снова сможет вздохнуть полной грудью.

— Сара! — крикнул он еще раз.

— Здесь, Уилл. Я здесь, — ее голос дрожал. Она должно быть в ужасе.

Юноша раздвинул еще больше растительности, и вдруг весь мир померк, и он видел пред собой только Сару, которая лежала на смятом папоротнике.

— Боже мой, Сара! Ты ранена! — он упал на колени рядом с ней. Уилл видел, что она не в порядке. Ее лицо было в ссадинах и в грязи, а блузка изорвана. Ее аккуратная тугая коса расплелась, а пряди, выбившиеся из нее, падали на лицо. Он пробежал пальцами по ее лбу и по щекам, нахмурившись от вида яркой красной крови, которая запятнала ее шелковую кожу.

Сара протянулась и обхватила пальцами его руку. Слезы покатились из ее глаз, когда она прикрыла веки.

— Ты нашел меня. Уилл, ты нашел меня, — девушка прижалась щекой к его ладони и начала всхлипывать. — Я так испугалась. Я думала, меня никто не найдет.

Уилл потер большим пальцем ее щеку, стирая слезы.

— Я бы нашел тебя, Сара. Что бы ни случилось, я нашел бы тебя, где бы ты ни была, — его сердце переполняли облегчение и чистая любовь к этой девушке. Теперь он знал то, что знал всю свою жизнь. Он сделает все что угодно, чтобы Сара была в безопасности.

Девушка посмотрела в его глаза и слабо улыбнулась.

— Ты спас меня, Уилл. Как? Откуда ты знал?

— Просто знал, — сказал он, пытаясь говорить ровным голосом. И покачал головой, — я не могу этого объяснить.

Сара улыбнулась снова и медленно понимающе кивнула. Она приподняла голову и слегка плечи, чтобы сесть, но поморщилась от боли и опустилась обратно на папоротник.

— Тише, Сара. Что… что, черт возьми, произошло? Где болит? — он тяжело дышал. Его глаза быстро осматривали ее тело, отыскивая малейший намек на ее повреждения.

Сара глубоко и тяжело дышала, и сжимала глаза от боли.

— Мы просто ехали по тропе, — сказала она, открыв глаза и глядя на Уилла. — Мы прогуливались, и все было в порядке, но потом, из кустов выпрыгнул олень и напугал Здоровяка. Он так внезапно встал на дыбы, я даже не успела ухватиться за седло, или еще за что-нибудь. Я упала, и скатилась в этот овраг. И, — она слабо улыбнулась, — с тех пор я здесь. Я пыталась, но не могу подняться, Уилл.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ее смелый вид быстро сменился, когда страх пронзил ее голос.

Уилл тяжело сглотнул. Как сильно она травмировалась? Это его вина. Он не должен был отпускать ее совсем. Ведь так и знал, теперь она ранена, он только смел надеяться, что не слишком сильно. Укол вины пронзил его тело, и мысли быстро вернулись в ту ночь, когда случился пожар в амбаре. Тогда он последний раз видел свою маму, и в этом тоже был виноват он. Жизнь его ничему не учит.