Дело о преследуемом муже - Эрл Гарднер

Когда они вышли на улицу, дождь усилился. Они простояли под навесом вестибюля минут пять, прежде чем Мейсону удалось поймать такси. Зато в «Танджерине» по случаю дождя было много свободных мест, и почтительный официант предложил им на выбор несколько столиков.

— Делла, я как внимательный хозяин, — начал Мейсон, — сяду спиной к танцплощадке, а тебя посажу между Трэггом и… черт возьми, где же она?

Трэгг оглянулся.

— Она только что была здесь… Вот это да!

Он уставился на танцевальную площадку, где Делла Стрит уже кружилась с Полом Дрейком.

— Вы только посмотрите! — засмеялся лейтенант, усаживаясь за стол. — Частные детективы постоянно бьют официального блюстителя закона. Боюсь, что в конце концов мне придется отобрать лицензию у этого парня. Уж слишком он прыткий.

Заказываем бифштексы? Поинтересовался Мейсон.

— Угу. Пожалуй, я схожу позвонить. А вдруг в управлении уже есть какие-нибудь новости?

— Коктейль?

Трэгг заколебался.

— Вы же не на дежурстве, — напомнил ему Мейсон.

— Правильно. Закажите мартини.

— Оказывается, в этом вопросе у нас у всех вкусы сходятся, — сказал Мейсон, и Трэгг стал пробираться между танцующими к будке телефона-автомата.

К Мейсону подошел официант.

— Четыре сухих мартини и четыре бифштекса «де люкс». Три с кровью, четвертый для джентльмена, сидящего вон там, хорошенько подрумяньте. И я бы хотел, чтобы все было подано быстро. Понятно?

— Понятно, сэр.

Мейсон удобно уселся в кресле, следя за танцующими. Возвратился Трэгг, Мейсон бросил на него быстрый взгляд. Судя по улыбке Трэгга, он еще не получил сообщения о безжизненном теле, свешивающемся через край ванны в отеле «Адирондак».

— Есть новости? — спросил Мейсон.

— Кое-что есть. Во Фресно обнаружили следы нашего парня в смокинге. Он сошел с самолета, расспросил, где можно взять напрокат машину, чтобы вести ее самому. Раздобыл машину только в половине девятого утра, когда открылись пункты проката. Машину взял на имя Л.К. Спинни, проехал на ней сто шестьдесят пять миль и вернул приблизительно в два часа. Вышел и… бесследно исчез. Мы его потеряли. По описанию это Грили.

Музыка смолкла. Пол Дрейк и Делла Стрит направились к столику.

Мейсон повернулся к Трэггу:

— Проверьте все гаражи, которые сдают напрокат машины с водителями.

— Для чего?

— А вы не догадываетесь?

— Нет, провалиться мне на этом месте.

— Готов поспорить на обед, вы обнаружите, что около трех часов он явился в один из таких гаражей и арендовал машину с водителем, тот провез его ровно восемьдесят две мили вверх по горной дороге, и там он вышел.

Пол Дрейк и Делла Стрит подошли к столу. Дрейк придвинул стул для Деллы.

— Я не стану спорить с вами на обед, — сказал Трэгг. — Я всего лишь бедный трудящийся и не могу относить расходы на счет богатого клиента, как это делаете вы. За счет своей службы я не могу компенсировать даже транспортные расходы. И наконец, я думаю, что вы просто пускаете мне пыль в глаза.

— Сделайте, как я говорю, и потом позвоните мне, — сказал Мейсон.

— Хорошо, я позвоню в управление и попрошу их связаться с полицией во Фресно. Если вы окажетесь правы, то объясните мне, как вы до этого додумались.

— Угу.

Трэгг снова стал пробираться к телефону между столиками и все еще разбредающимися танцующими.

— Как дела, шеф? — спросила Делла Стрит.

— Похоже, мы вышли на финишную прямую, — ответил Мейсон.

— Не торопись, Перри, ухмыляясь, заметил Дрейк. — Я получаю поденно, и не видать бы мне этого замечательного обеда и танцев с Деллой, если б не твое дело.

Мейсон кивнул в сторону Деллы:

— Пол, она уже вернулась из Голливуда?

— Теперь уже да, — ответила Делла.

— Тогда давай, малышка, выкладывай, что ты там раскопала.

— А вон возвращается Трэгг.

— Пускай себе. Он из нашего клана, — сказал Мейсон, слегка повысив голос, чтобы Трэгг расслышал его слова.

— О чем речь? — поинтересовался Трэгг.

— Делла собирается вылить на нас голливудские помои.

Появился официант с коктейлями.

— За преступление, — сказал Мейсон, поглядывая на лейтенанта поверх своего бокала.

— И за поимку преступников, — уточнил лейтенант перед тем, как выпить.

— Любыми средствами, — добавила Делла.

Они сделали по большому глотку, затем, когда спиртное в бокалах существенно уменьшилось, Трэгг заметил:

— Я вижу, вы уже обратили мисс Стрит в свою веру.

— А почему бы и нет? — сказал Мейсон. — Преступник не в крикет играет. Он добивается своего любыми способами. Почему бы не использовать против него его же методы?

— Потому что это незаконно.

— Чепуха, — нетерпеливо возразил Мейсон. — Те, кто это говорит, либо дураки, либо лицемеры.

— Вы не правы, — серьезно сказал Трэгг. — Правосудие — это внушающее уважение, достойное здание, которое покоится на крепком фундаменте. Когда вы отклоняетесь от закона, вы разрушаете часть этого здания, независимо от того, какой цели вы хотите достичь.

— Ладно, — усмехнулся Мейсон, — почему бы нам прямо сейчас не разрушить часть здания?

— Что вы имеете в виду?

— Допустим, вы находитесь на крыше, — начал Мейсон, — а убийца пробирается через подвал. Криком вам его не остановить, но если вы вытащите из трубы шатающийся кирпич и уроните его на голову преступника, он остановится. Что тут несправедливого? В конце концов, вы взяли всего один расшатавшийся кирпич из внушающего уважение, достойного здания, о котором вы только что говорили, и…

— Ну, это не совсем так, — возразил Трэгг. — И…

— Черта с два не так, — прервал его Мейсон. — Человек имеет кабак, где незаконно продает спиртное, но он дает вам информацию на своих клиентов. В интересах полиции не трогать это место. Она знает, человек торгует спиртным незаконно после официально разрешенного времени, но закрывает на это глаза, потому что в обмен на некоторое нарушение закона, очень незначительное, вы получаете нечто очень важное для вас. Таким образом, вы просто вынимаете расшатавшийся кирпич из трубы вашего достойного, уважаемого здания и роняете его на голову убийцы.

Трэгг поднял руки.

— С адвокатом лучше не спорить. И помните, мисс Стрит, следующий танец за мной.

— О’кей.

— А между прочим, как насчет Хомана? — поинтересовался Мейсон.

— Моя дорогая, — быстро затараторила Делла высоким писклявым голосом прирожденной сплетницы, — ты совершенно не представляешь, как взлетел этот человек! Это ужасно. Совершенно ужасно. Он начал как драматург, получил какой-то сомнительный заказ и написал паршивую пьесу. И вдруг, просто гром среди ясного неба, на него сваливается большущая работа, хороший жирный кусок.

— Так что же за этим стоит?

— Женщина.

— Какая женщина?

— Никто не знает.

— А откуда известно, что это женщина?

— Потому что у Хомана нет никаких любовных связей. По словам моей осведомительницы, он ведет монашескую жизнь. Конечно, нельзя быть уверенной, что именно она имела в виду, говоря так.

— Осторожнее, — предупредил ее Пол. — Твое замечание может быть превратно понято.

— Совершенно верно, за этим столом собрались те, кого всегда можно превратно понять, — вмешался Трэгг.

Делла рассмеялась:

— Во всяком случае, Хоман — уникальная личность в Голливуде, но он там пребывает не всегда. Время от времени Хоман исчезает, а когда он исчезает — тра-ля-ля…

— Куда он ездит? — спросил Мейсон.

— Туда, где он может остаться наедине со своей работой, — ответила Делла Стрит, закатывая глаза и поджимая губы: — Он всегда старается куда-то запрятаться, где можно беспрепятственно «творить». Он исчезает из студии и запирается дома в своем кабинете, где может сосредоточиться, затем, когда его нервы, измотанные цивилизацией, не выдерживают, он садится в машину и в одиночестве мчится в свое убежище.

— В одиночестве? — переспросил Мейсон.

— Да, в одиночестве, — подтвердила Делла, — в полном одиночестве. Именно это я имею в виду.

Загремела танцевальная музыка, и Трэгг сказал:

— Обсудим обет безбрачия мистера Хомана в другой раз, мисс Стрит. В данный момент у нас есть куда более важные дела.

Он поднялся и подошел к спинке ее стула. Мейсон предупредил:

— Смотри, Делла, чтоб он не выпытал у тебя твои секреты.

— Не глупите, он не из тех, кто станет этим заниматься, не правда ли, лейтенант?

— Конечно, особенно если я не уверен, что мне это сойдет с рук.

Дрейк покачал головой:

— Следи за ним, Перри. Он — вероломный человек. Лучше бы ты запретил ему танцевать с Деллой, пусть она танцует со мной. Я-то безопасен.

— Совершенно верно. — Делла подмигнула Мейсону. — Он совсем как Хоман. Хочет сосредоточиться. Все время, пока мы с ним танцевали, он пытался выведать у меня…