Ваш ход, мистер убийца - Шарлин Харрис

— И?

— И я назвала ему приблизительную сумму. Не могу утверждать с уверенностью, но думаю, он оформит дарственную на Эйвери, а Джону Дэвиду выплатит стоимость дома наличными.

— Значит, Джон Дэвид на дом не претендует?

— Нет, у него такая работа, что каждые несколько лет он вынужден переезжать. И собственный дом в Лоренсетоне стал бы для него ненужной обузой.

— Что ж, все складывается очень удачно.

— А теперь я должна рассказать тебе, как я намерена распорядиться своим домом, — заявила мама.

— Ох, ну зачем! — воспротивилась я.

— Это необходимо, — изрекла мама непререкаемым тоном. — Ты должна быть в курсе.

— Хорошо-хорошо, — послушно закивала я.

— Полагаю, каждому человеку необходимо знать, что у него есть собственный дом, — продолжала мама. — Так как Джон передал свой дом сыну, я завещала ему свой — до конца его жизни. Таким образом, если я умру раньше Джона, дом будет принадлежать ему до самой его смерти. Я думаю, это справедливое решение. А после кончины Джона дом перейдет к тебе, и ты сможешь распоряжаться им по своему усмотрению.

Странно, но в последнее время все вокруг меня только и говорят, что о завещаниях. Внезапно я осознала, что свой бизнес и все сбережения мама завещала мне без всяких оговорок. Похоже, работать мне больше не придется никогда.

Захватывающая перспектива, ничего не скажешь. Слишком захватывающая, чтобы казаться правдоподобной.

— Ты можешь поступать так, как считаешь нужным, — поспешно заверила я.

Мама пристально посмотрела на меня.

— У меня нет ни малейшего желания говорить о том, что будет после твоей смерти, — добавила я.

— Но подобные темы нельзя обходить молчанием, — отчеканила мама.

Все-таки любопытно, почему она вдруг завела разговор о завещании, пронеслось у меня в голове. Неужели новое замужество навело ее на мысль о быстротечности земной жизни? Нет, конечно, дело тут не в замужестве, а в брачном контракте, в котором о смерти обоих супругов говорится как о неотвратимом факте. Как бы то ни было, для новобрачной, только что вернувшейся из свадебного путешествия, мама настроена слишком серьезно и прагматично. Новобрачной положено витать в облаках.

— Но почему ты решила заговорить о своем завещании сейчас? — без обиняков спросила я.

— Не знаю, — пожала плечами мама. Задумчивое выражение ее лица подтверждало, что она не кривит душой. — Когда я сюда ехала, у меня и мысли не было заводить подобный разговор. Я собиралась рассказать тебе об отеле, в котором мы жили, о пляже, экскурсиях и всем прочем. А потом в голове у меня словно щелкнул переключатель. Может, причина в наследстве, которое ты только что получила. Должна же ты знать, что со временем тебе предстоит получить еще одно. Хотя, конечно, теперь ты в нем не особенно нуждаешься. Согласись, это все-таки странно — узнать, что твоя дочь стала наследницей женщины, с которой не состояла даже в отдаленном родстве. Да и особенно близкими подругами вы с этой Джейн, насколько я знаю, не были.

— Я тебя очень хорошо понимаю, — кивнула я. — Когда я узнала о наследстве, долго не могла поверить, что это правда. Ума не приложу, почему Джейн так поступила.

Я не стала делиться с мамой своими соображениями относительно того, что Джейн, вероятно, видела во мне родственную душу. Она предполагала, что я, как и она сама, обречена на удел одиночки и книжного червя. И попыталась скрасить мою унылую судьбу. К тому же у нас были общие интересы, непонятные для большинства людей. Мы обе обожали копаться в подробностях, связанных со знаменитыми убийствами.

— По-моему, все жители Лоренсетона до сих пор не могут оправиться от удивления, — улыбнулась я. — Страшно представить, какие слухи ходят сейчас по городу.

Мама по-прежнему не сводила с меня вопросительного взгляда. Она молчала, но я чувствовала: она ждет, что я пролью свет на причины, подтолкнувшие Джейн к столь неожиданному шагу.

— Я очень за тебя рада, — произнесла мама через несколько секунд, осознав, что ожиданиям ее не суждено оправдаться. — Что касается слухов и сплетен, думаю, тебе не стоит обращать на них внимание.

— Именно так я и делаю.

— Мне пора. Меня ждет мой больной муж, — сказала мама, и лицо ее вновь просветлело от нежности.

Странно все-таки видеть собственную мать в образе влюбленной молодой супруги, подумала я.

— Я тоже очень за тебя рада, — произнесла я вслух. И ей-богу, не покривила душой.

— Знаю, — улыбнулась мама и, взяв сумочку, направилась к дверям.

Я поднялась, чтобы проводить ее до машины.

По пути мама стала рассказывать о том, что один из старых друзей собирается устроить обед в их с Джоном честь. Я раздумывала, стоит ли попросить разрешения привести на это мероприятие моего бойфренда, то есть Обри. Тут в дверях своего дома появилась Марсия Райдаут. На ней были безупречно отглаженные шорты и майка, на этот раз не белые, а бирюзовые. Что касается волос, они, как мне показалось, приобрели более светлый оттенок.

— Привет, Аврора, — крикнула она, направляясь прямиком к нам. — Насколько я понимаю, это ваша мамочка? Будьте любезны, подождите меня секунду.

Мы с мамой послушно замерли на месте, растянув губы в вежливых улыбках.

— Аида, наверное, вы меня не помните, — пропела Марсия, кокетливо склонив голову. — Но пару лет назад мы с вами принимали участие в организации городского осеннего праздника.

— Да-да, разумеется, помню, — с профессиональной любезностью заверила мама. — Праздник тогда удался на славу, верно? Не то что в этом году.

— Но и похлопотать нам пришлось немало. Помню, я неделю бегала взмыленная, как загнанная лошадь. Тогда никто и думать не думал, что Ро станет нашей соседкой. Мы с мужем ужасно рады, что так получилось. Я так понимаю, Аида, вы только что вернулись из свадебного путешествия, и, наверное, Аврора еще не успела рассказать вам, что мы с Торренсом задумали устроить вечеринку с барбекю. В честь Авроры и других наших новых соседей. — Марсия кивнула своей безупречно причесанной головой, указывая на маленький дом с желтыми ставнями, стоящий на другой стороне улицы. — Вечеринка намечена на завтрашний вечер. И мы будем просто счастливы, если вы придете. Разумеется, вместе с вашим молодым мужем.

— Я бы с удовольствием приняла ваше приглашение, но, увы, Джон привез с Багамских островов такой неприятный сувенир, как грипп, — тут же сообщила мама, с легкостью выйдя из затруднительного положения. — Но может быть, я загляну на несколько минут — только для того, чтобы поближе познакомиться с новыми соседями Авроры. Если Джон будет чувствовать себя лучше, он, конечно, тоже придет. Но пока я не могу строить планы на завтрашний вечер.

— Да-да, понимаю, — с готовностью закивала Марсия. — Надо же, как не повезло бедняге Джону! Подхватить простуду в такую жару!

— А что за люди поселились в том доме? — спросила мама, чтобы прервать извергаемый Марсией поток соболезнований.

— Новоиспеченные супруги. Только что поженились и уже со дня на день ждут прибавления. Он полицейский детектив. И она, представьте себе, тоже детектив и работает в отделе убийств. Потрясающе, правда? Я никогда прежде не была знакома с полицейскими, а тут мы получили сразу двух в качестве соседей. Теперь мы будем жить спокойно! А то на нашей улице черт знает что творилось. В прошлом году какие-то подонки несколько раз вламывались в дома. Непонятно, с какой целью. Впрочем, теперь все это в прошлом. Уверена, ваша дочь может ничего не опасаться, — поспешно добавила Марсия.

— А как зовут этого полицейского детектива? Случайно, не Артур Смит? — спросила мама.

Тон ее был таким ледяным, что я почувствовала, как мускулы моего лица окоченели. Прежде я не представляла, в какой мере мама осведомлена о моих отношениях с Артуром. Теперь можно было не сомневаться: она владеет полной информацией. Пытаясь скрыть смущение, я принялась поправлять очки.

— Да, именно Артур Смит! — радостно сообщила Марсия. — Симпатичный молодой человек, ничего не скажешь. Но по-моему, какой-то угрюмый. И конечно, по части внешности он не идет ни в какое сравнение с молодым человеком Ро. Вот уж красавец так красавец! — игриво подмигнула мне Марсия.

Мама вопросительно взглянула на меня. Не зная, что сказать, я прикусила верхнюю губу.

— Обожаю высоких брюнетов, — продолжала щебетать Марсия. — Сами понимаете, предпочитай я мужчин иного типа, не вышла бы замуж за Торренса. А рослый темноволосый священник — это просто загляденье! Ему так идет облачение! А от этих темных усиков можно сойти с ума! Может, и не годится говорить так про духовное лицо, но он выглядит до ужаса сексуальным.

Мама внимательно выслушала это описание и, по всей видимости, сделала соответствующие выводы.

— Что ж, еще раз спасибо за приглашение, — изрекла она, светясь любезной улыбкой. — Надеюсь, что смогу им воспользоваться.