Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

— отрезал я. — Потому что из всех фракций хуже всего дело обстоит именно у Ордена. Наши таланты попадают в руки наших заклятых врагов — клана Эрзум и становятся там долговыми слугами без права освобождения.

— Хуже всего, — глухо, с болью в голосе заметил Седой, — что из них же Эрзум создают отряды для убийства орденцев. Мало кто из здешних молодых талантов способен противостоять Указам, и таких Эрзум быстро убивают.

Магистр Хорит достал из кисета чашку, налил себе воды, и я, увидев, как дрожат его руки, торопливо продолжил озвучивать свой план:

— Я хочу сломать это, уничтожить. Все года, что есть до следующей выплаты налогов — должны стать годами, которые сделают Орден сильней, возвысят его. Я хочу, чтобы Страж сделал для Ордена то, что сделал для меня — открыл портал не к Эрзум в лапы, а в семью Сломанного Клинка. Я хочу забрать пять-шесть сотен орденцев и влить их в семью. Большая часть из них будет не более чем средними, немолодыми мастерами, но меньшая, таланты… — я сжал кулак и твёрдо произнёс. — Я сделаю всё так, как и должно. Алхимия Империи, богатые силой Неба земли, лучшее место для познания стихии в Империи, Властелины Духа в наставниках — всё это станет их, всё это даст талантам толчок в Возвышении, позволит нам быстро нарастить силы, — повернулся к Седому. — И эти люди будут преданы Ордену, их никто не опознает в лицо как орденцев. Для всех они будут лишь вольные идущие, которые пришли в Исток, чтобы обрести новое будущее.

— Полтысячи человек? — покачал головой Седой. — И ты думаешь, что ни один из них не проговорится?

— Вы же стали меньше использовать слово Орден и не называете меня магистром? — вопросом на вопрос ответил я.

— Указ, который прищемит им языки? — задумчиво огладил свою щетину Седой. — Да, это решает много проблем. Но до первого мастера Указов, который прочитает все твои запреты.

— Как ты мне говорил про полотенце? — растянул я губы в злой улыбке. — Вали всё на стариков. Мол они тлетворно влияют на молодых. Орден распущен и никто в моей семье не смеет даже заикаться о нём.

— Уесть меня моими же словами? Сильно, — уважительно кивнул Седой. — Но точно ли этот выход хорош, молодой магистр?

— Напомни, Седой, что вы мне кричали ещё вчера? — я передразнил голос Бахара. — У нас нет людей, те, что есть — отбросы, которые не хотят работать.

— Кричали, это слишком сильное слово. Мы говорили, молодой магистр. А я и вовсе молчал.

— Знаешь, недавно Тартакал, настаивая на создании союза и пересмотре контракта, намекал мне, что в город могут заявиться вольные идущие этапа Повелителя Стихии и доставить немало хлопот.

— Мы уже обсуждали это, молодой магистр, не могут. Стражи очень неодобрительно смотрят на вольные странствия идущих подобной силы. Появление одного из них может быть сравнимо с Небесным Испытанием для фракции. Косой взгляд и половина фракции в руинах. Невольное оскорбление и фракция не пережила этого Испытания.

— Не нужно этого, Седой, старейшины на том совещании признавали, что такое возможно. И согласись, уж с нашей фракцией это самое «возможно» становится в несколько раз вероятней, чем с любыми другими.

— Не буду спорить, — хмуро кивнул Седой. — Поэтому мы всегда должны быть готовы поднять запрет движения духовной силы.

— Я помню об этом. Помнят и враги Ордена. Скажи, что будет, если в окрестностях Истока появится банда во главе с Повелителем. Трусливым Повелителем, который и близко не подойдёт к городу, где его могут поймать в запрет.

— Это… будет… неприятно.

Я лишь покачал головой, слыша, как Седой пытается преуменьшить проблему. Жёстко сказал:

— Я вижу лишь один выход. Мы должны как можно быстрей набрать сил. Первая, вторая, третья, четвёртая звезда фракции — мы должны пролететь их как можно быстрей. Нас могут спасти только быстрота, сила, которой от нас не ожидают и земли Ордена.

— Вот о землях я не понял, — признался Седой.

— Земли Ордена в Четвёртом поясе. Неприступная крепость, которую за все эти годы не смог заполучить никто из желающих. Если мы сумеем вернуть их себе, то снимем большую часть забот с себя.

— Звучит слишком просто, — покачал головой Седой. — Исток останется на месте, как и его Сердца Стихии.

— Зато все мастерские, все ученики будут в полной безопасности, — я зажал в кулаке медальон магистра, потряс им перед Седым. — Нам нужна третья звезда и право войти в долину Ключа. Как можно быстрей. Я удивлён, почему Эрзум ещё не нагрянули в Исток.

— Пятая, молодой глава, — шепнул Седой мыслеречью.

— Похоже, — задумчиво произнёс магистр Хорит, — что дела в твоей части Ордена ещё хуже, чем в нашей.

Если он думал смутить меня этим, то не сумел, я сам улыбнулся в ответном ударе:

— Я всего лишь молодой магистр, я всего лишь второй в списке медальона, магистр. Я бы сказал, что обе части Ордена — это ваши части.

— Кстати, об этом, — хмыкнул магистр Хорит и вытянул в мою сторону ладонь. — Мы, конечно, наговорили здесь столько всего, что уже поздно дуть на эту воду, Леград, но всё же, можно я гляну на медальон и удостоверюсь, что он настоящий?

— Конечно, магистр Хорит, — я не промедлил и вдоха, и не сомневался, опуская его в ладонь.

Он вернул его спустя всего вдох.

— Настоящий. И больше не пытайся переложить на меня свои заботы, магистр Леград.

Сначала я не понял вложенной в слова магистра Хорита усмешки и намёка. А едва понял, торопливо влил в медальон силу, вызывая список внесённых в него людей.

Магистр Ордена Небесного Меча — Леград.

И всё, пустота на месте остальных строчек. Ни имени Хорита, ни имени Шандри.

Сглотнув, я поднял взгляд на магистра Хорита.

— Зачем, магистр? Я сейчас всё исправлю!

— Нет, нет и нет, — выставил он перед собой ладони и покачал головой. — Я слишком стар для подобного, слишком слаб и слишком устал.

— А кто недавно говорил, что не так уж и стар, магистр? — рассмеялся Седой.

А я поспешил добавить:

— К тому же, всего один сеанс лечения уже оживил вас. Пара зелий, пара недель