Мы будем жить - Яна Завацкая

Одновременно ежедневно передавались и результаты Янтаньи во всех других имата; везде она по традиции проводилась одновременно.

Сдавали в первый день точные и естественные науки о природе — математику, физику, астрофизику и геофизику, биологию, химию и биохимию, основы техники. Во второй — науки, касающиеся общества — социологию, историю, экономику, основы управления, а также иностранные языки, коих полагалось знать в совершенстве хотя бы два, ну а третий день был посвящен наукам о человеке — физиология, анатомия, основы медицины, ухода, психология, теория урку (эта наука рассматривала особенности поведения и психологии урку).

Умение излагать свои мысли на ару проверялось параллельно, в течение всех трех дней.

Экзамен сдали все. Лорин он казался необыкновенно сложным, но выпускникам, по-видимому — нет. Лорин вспомнила, что говорила ей наставница — на Янтанью не выпустят неподготовленного ученика. Янтанья — не столько реальная проверка, сколько ритуал, граница, за которой человек становится взрослым.

Хайлли по результатам экзаменов дали прямую рекомендацию обучаться в центре астрофизики, что она и так собиралась делать — она и увлекалась давно уже этой наукой, и даже построила собственный телескоп.

Еще два дня были посвящены проверке волевых качеств абитуриентов. И вот этот фильтр был намного сложнее — его проходили не все. В недавно возрожденной египетской имата почти треть не сдала эту часть, в Шамбале — два десятка, да и во всех имата были несдавшие. В Лаккамири таких оказалось двенадцать человек. Это еще больше расстроило Лорин — Янтанья предстояла ей лишь через два или три года, но она была уверена, что не пройдет этого испытания.

Но и Хайлли, и Каяри справились.

Для этого экзамена каждый юный амару получал в свое распоряжение небольшую группу поселковых урку — и задание. Шесть подчиненных Каяри должны были вырыть фундамент для дома в поселке. Задача несложная, строительные тонкости были известны Каяри, осталось лишь мотивировать и организовать урку. Промедления и лень подчиненных могли означать провал.

Хайлли с пятью женщинами-урку выполняла другое задание — они должны были пройти 50 километров по таежному маршруту и переночевать в лесу.

Эти испытания также транслировались на кита. Смотрели дома у родителей Каяри, собравшись всей толпой. Глядя, как свободно распоряжается Каяри — вроде бы и не командуя, негромким спокойным голосом распределяя силы и работу группы — Майта завистливо вздохнул.

— Вечный Свет, я никогда так не смогу! Просто никогда.

Ван утешающе обнял его за плечи.

— У каждого своя манера, Май. Так не сможешь. Будешь по-другому.

Лорин посмотрела на хрупкого, мечтательного Майту, похожего на гнома с круглыми голубыми глазами. И правда — как? Вот как он организует урку?

А она как организует — когда она попросту боится этих существ?

— И зачем нужны такие экзамены? — в сердцах сказала она вслух, — не может же каждый… все же люди разные! Амару все разные. Кто-то может этих организовать, кто-то нет.

Отец Хайлли, Пеллку, положил руку ей на плечо.

— Это необходимо, Лорин, — сказал он, — пойми, каждый из вас… из нас — должен будет стать для урку авторитетом и уметь с ними общаться. Если бы нас было много — мы могли бы позволить себе роскошь отделиться полностью прямо сейчас, а с ними контактировали бы специалисты. Но нас очень мало, а их — миллиарды. Каждый из нас будет с ними соприкасаться, хочет он того или не хочет. Даже если занят совсем другим. В этом общении очень важно, чтобы урку видели в нас авторитет. А он создается не только оружием. Оружие урку могут отобрать. И не только статусом — это в марке нас уважают, а в мире все иначе. Надо, чтобы видя амару, каждый урку сразу ощущал его высшим в иерархии — ведь их мышление иерархично.

— Но я не хочу быть ни в какой иерархии! — сердито перебил Майта.

Лорин молчала. Пеллку был прав. Он, собственно, излагал концепцию чикка-хальту…

Но признать это сейчас не хотелось.

— А надо поставить себя на место урку. Да, мы не воспринимаем мир иерархично. Мы все равны. А они — воспринимают. И вот надо в их мире встать на верхнюю ступеньку. Для этого и такие экзамены, и подготовка.

— Может быть, через пару сотен лет все это отменят, — примирительно заметила Асири, — и мы будем жить по-человечески.

Последний день испытаний был посвящен ятихири. Хайлли подтвердила вторую ступень, недавно заработанную, Каяри сдал на третью — единственный из всех абитуриентов. Собственно, и вторая была лишь у четырех ребят.

Испытание по ятихири включало борьбу в спарринге с мастерами; для второй и третьей ступени — борьбу с рысью или волком (при этом ранение животного считалось недостатком, его следовало лишь обезвредить, а в идеале — напугать); экзамен по основным физическим навыкам — бег, плавание, скалолазание, силовые упражнения, а также "танец ятихири" с демонстрацией основных стоек и приемов.

Последний день экзаменационной недели по традиции стал большим праздником; для него выпускники заранее заказывали платья и наряды.

И раньше Лорин ходила на такие праздники, но чувствовала там себя посторонней — маленькой девчонкой, с завистью глядящей на старших. Теперь же она была почти своя, ее близкие друзья, Каяри и Хайлли — герои праздника, среди двухсот выпускников этого года.

Праздник на Аруапе, главной площади под Пирамидой, начался около пяти вечера. Мама как-то заметила, что в одежде амару, как и в современной европейской — унисекс, пожалуй, даже еще больший. Но если современная европейская одежда унисекс сведена к мужской, то одежда амару больше напоминала женскую. Те, кто хотел принарядиться, надели не обычные таша со штанами до колен, а иси, платья, чаще всего собранные или перетянутые поясом на бедрах, драпированные, свисающие до колен; Лорин и мама надели иси одинакового незабудкового цвета, прошитые серебряной нитью, в похожих иси явились и мужчины.

Иси выпускников были по традиции белыми, с разнообразной отделкой.

У Энергоцентра развели костер — огонь считается у амару очень емким символом; у костра проводятся все основные церемонии, как и вот эта — собственно Янтанья, инициация, принятие выпускников в мир взрослых, обретение ими взрослого права решений и управления.

Хайлли была в третьей десятке выпускников, Каяри — в седьмой. Мама Лорин отвлеклась и заговорилась с друзьями, и Лорин пыталась высмотреть в толпе друзей — те собирались прийти вместе; но народу было слишком много. Вся Лаккамири, понятно, не влезет на Аруапу, здесь собралась по большей части родня, учителя и друзья выпускников, и это уже была внушительная масса народу. Остальные смотрели церемонию по кита.