Близко, нежно, навсегда. Как создать глубокие и прочные отношения. Теория привязанности - Диана Пул Хеллер

что, адаптировавшись к недостаткам родительского стиля воспитания, дети с тревожно-избегающим типом привязанности выросли слишком независимыми, а дети с амбивалентным типом стали чрезмерно зависимы от окружающих.

Обе эти адаптации привязанности связаны с выживанием: при избегающем типе человек научился выживать, ориентируясь только на себя, отгородившись от окружающих, ни в ком не нуждаясь. Люди с тревожно-устойчивым типом отказались от внимания к себе и пытаются выжить, постоянно требуя любви и заботы от кого-то еще, при этом теряя контакт с собственным Я. Их постоянная борьба за доброе отношение может в результате даже мешать проявлениям любви и отталкивать небезразличных партнеров. Обладателям избегающей модели нужно научиться впускать других людей в свою жизнь, чтобы получить опыт взаиморегуляции, научиться ею пользоваться и узнать, какими приятными и поддерживающими бывают близкие отношения. Для людей с амбивалентной адаптацией необходимый корректирующий опыт — научиться чувствовать себя, самим успокаиваться и сделать взаиморегуляцию в своей жизни по-настоящему обоюдной. Им нужно обратить внимание на себя, чтобы быть в состоянии заметить и принять любовь, которой они так ищут. Тем же из нас, кто испытывает сложности в отношениях в связи с дезорганизованным стилем привязанности, самое главное — научиться как саморегуляции, так и взаиморегуляции. Такие корректирующие переживания позволят усилить ощущение относительной безопасности и обрести ясность, которая поможет побороть растерянность.

Диапазон психической устойчивости

Дэн Сигел говорит об «окне толерантности» — оптимальном уровне возбуждения, когда нервная система человека чувствует себя «как дома»[33]. В пределах этой зоны мы оживлены и восприимчивы, но это не вызывает чрезмерного стресса, мы можем расслабиться, оставаясь внимательными и наслаждаясь этим состоянием, мы не отстраняемся от мира и не впадаем в депрессию. Наша нервная система работает как должно, в определенном ритме: ее симпатическая часть обеспечивает всплеск энергии и оживление, затем парасимпатическая система дает нам расслабиться, отдохнуть, переварить пищу. Сперва мы чувствуем себя энергичными и активными, а затем возвращаемся к расслаблению, словно покачиваемся на ласковых волнах. Это еще один способ описать надежную привязанность — наша нервная система работает как полагается. Однако у людей с надежным типом привязанности и нормальной регуляцией окно толерантности не статично — оно постепенно расширяется. Поскольку они могут успешно регулировать свой уровень нервного возбуждения как сами, так и посредством других людей, со временем они становятся способны переживать более высокие всплески и более низкие спады, не выходя из зоны комфорта (которую я называю «диапазон психической устойчивости»).

Те из нас, чья адаптация амбивалентная, легко выходят за верхнюю границу этого оптимального диапазона при возбуждении симпатической нервной системы, переживая напряженные эмоциональные состояния, такие как тревога, паника, злость или даже ярость. Механизм привязанности слишком активен, чрезвычайно чувствителен и чрезмерно реагирует на малейшие ошибки и недопонимания в отношениях, поскольку непрерывный страх быть покинутыми не дает нам расслабиться даже в моменты близости и безопасности.

Люди с избегающим типом, наоборот, бессознательно тратят очень много энергии на то, чтобы заблокировать в себе естественную, здоровую потребность в привязанности. Они чаще выходят за нижнюю границу окна толерантности вследствие гиперактивности парасимпатической нервной системы: это снижает эмоциональность, жизненный тонус, мотивацию и ведет к незаинтересованности в отношениях с людьми, особенно в интимных. Можно сказать, что в этом случае механизм привязанности отключен, деактивирован, что приводит к отчужденности и диссоциации.

Помните, что тревожно-устойчивый, тревожно-избегающий и дезорганизованный стиль — части единого диапазона. Вы могли заметить в себе более или менее сильную склонность к одному из типов. Но возможно, вы проявляете признаки разных адаптаций в зависимости от конкретных отношений с разными людьми. Также вы можете большую часть жизни оставаться в пределах надежной привязанности, но реагировать на некоторые триггеры, временно впадая в ненадежные паттерны.

Слишком долго оставаясь в активном или выключенном состоянии, наша система привязанности выходит из равновесия. Также и регуляция нервной системы может разладиться из-за чрезмерного симпатического возбуждения или длительного парасимпатического спада. А при дезориентированном типе привязанности, в состоянии сильнейшего стресса, вегетативная нервная система как бы перескакивает из одной крайности в другую, что проявляется в сильных колебаниях температуры, расстройствах аппетита (переедании или недоедании), чрезмерном или низком сексуальном желании, обмороках и/или реакциях замирания, оцепенению.

Факторы, способствующие формированию дезориентированной привязанности

Как видим, сложность дезорганизованной адаптации в том, что человек мечется между двумя крайними состояниями на противоположных концах диапазона психической устойчивости. Дезориентированная привязанность заставляет нас прибегать то к полной отстраненности и выключению «сигнального плача», то впадать в перевозбуждение и не отключать его ни на минуту, поскольку привязанность у нас так сильно ассоциируется с угрозой.

Несомненно, это очень тяжелое состояние. Кто-то из нас склонен к «дезориентированно-избегающей» модели, когда высокий уровень стресса или опасности вызывает страх и отстранение. Один из моих клиентов, Хауи, рассказывал, как у отца в пьяном виде бывали приступы злобы и крика. Особенно Хауи запомнилось, как отец кричал на него за то, что он потерял мяч или выбил за поле в бейсбольном матче. После чего папа отстранялся и несколько дней не обращал на сына внимания. Эта история, скорее всего, отражает многие воспоминания Хауи об отцовских пьяных вспышках гнева. И теперь на шум и повышенные тона мой клиент реагирует как на угрозу — бегством, диссоциацией, депрессией и отстраненностью.

А кто-то становится «дезориентированно-амбивалентным»: ощущение угрозы делает нас навязчивыми, ведь нам так страшно быть покинутыми и так нужно получить от другого человека подтверждение поддержки. Одна из моих коллег, Шелли, три дня подряд посылала сообщения своей подруге Дидре в Испанию, не получая ответа. Сообщения становились все чаще и все требовательней. Мать оставила Шелли, когда та была совсем маленькой. Поэтому потеря контакта с подругой вызвала у нее ужас. Не понимая этого, Дидра в конце концов ответила тем, что попросила подругу отстать. Для Шелли это было повторением ее самого страшного кошмара — отвержения. И только когда они обе осознали трудности с привязанностью, с которыми столкнулась Шелли, женщины смогли вернуть былую дружбу.

Так, нервная система людей с дезорганизованной адаптацией легко приходит в возбуждение из-за реальной или кажущейся угрозы, и большую часть времени они, скорее всего, не могут это контролировать. Кроме того, хроническое расстройство регуляции мешает таким людям строить и поддерживать стабильные интимные отношения, в которых они чувствовали бы себя в относительной безопасности. Вспомним, что дезорганизованная привязанность может быть ситуативной, возникающей в состоянии стресса, вызванного конкретными триггерами. Стоит их исключить, и человек возвращается к надежной, или избегающей, или амбивалентной модели, когда его поведение уже не подчинено реакции на угрозу.

В главе 2