Его ребенок (СИ) - Касс Вероника

Шум музыки и толпа ухоженных, пусть и дорого выглядящих, но все же экскортниц портили его настроение ещё сильнее, чем серость и монотонность однообразных будней. Допив остатки на дне бокала, Марк решил, что и так засиделся.

Бой курантов уже послушали, праздник отметили, и ему однозначно пора было валить отсюда. Поднявшись, он почувствовал, как тонкие пальчики потянули его за ткань на рукаве пиджака. То ли Марина, то ли Арина тепло ему улыбнулась. Девочка выглядела естественной и была довольно красивой, только от правды никуда не денешься. Пора было признать, что план, который виделся ему убийственно логичным, оказался попросту провальным. Променять одно молодое тело на другое не вышло. Нужно было признать это ещё после самой первой попытки, но… Его упорству могли позавидовать бы многие.

— Марк? — вопросительно протянула Марина, не зная, что ей делать.

— Спасибо за компанию, оставайся, отдыхай.

Он, сам не понимая, что на него нашло, хотел было посоветовать ей обратить внимание на одного из своих приятелей — Макаров весь вечер с неё глаз не спускал, – но все же вовремя себя одернул. Девочка только прикидывается неопытной и естественной, так что уж точно не растеряется.

Выйдя на улицу и вдохнув морозный воздух, Марк решил прогуляться пешком, заодно и голову от алкоголя проветрить. Квартира, в которой он не появлялся больше месяца, находилась как раз неподалёку. Ромка с Кристиной должны были быть на какой-то вечеринке, Настю он отправил с глаз долой в Германию, а Карина… Карина даже не думала туда переезжать изначально.

Квартира встретила его тишиной, и Марк даже в свою комнату подниматься не стал, прошёл в гостиную и устало опустился на диван. Мужчина так и не включил нигде свет, он просто прикрыл глаза, ощущая, как внутри пустота становится все более тягучей.

Не нужно было ему сегодня пить сверх своей нормы, градус в крови навевал на него настоящую меланхолию, за которую Марк сам себя готов был презирать. Оставалось лишь скорее прочистить мозги и погрузиться в работу.

Скольников не заметил момента, когда вырубился, возможно, он и не спал вовсе, но четко услышал хлопок входной двери, а затем и женские голоса.

Что-то стенала, еле волоча языком, кажется, Кристина, а вот успокаивала ее и в то же время корила за бестолковость… неужели Карина?

Марк собственным ушам не поверил, но весь аж подобрался, дыхание его участилось, а сердце застучало быстрее от предвкушения. Даже пальцы словно покалывать начало, а в штанах все закаменело. И это лишь от понимания, что Карина здесь… рядом.

Совсем скоро девушки поднялись. Марк же впился пальцами в кожаную обивку дивана. Так и держался за него, пока Карина не начала спускаться. Он не знал, что ему делать. Хотел просто схватить ее и, закинув на плечо, потащить обратно наверх, только на этот раз в свою спальню. Но он не мог. Это было неразумно, неправильно, не… да, черт возьми, был ещё целый вагон этих самых «не». И все же Марку безумно хотелось закрыть на все это глаза. Он продержался целый месяц и сейчас просто останется дальше сидеть на диване и не двигаться. Она уйдёт, даже не заметив, что он был здесь.

Но Карина не ушла.

Она спустилась с лестницы и двинулась в его сторону. Скорее всего, она держала путь на кухню, за водой себе или сестре, но, зайдя в гостиную, конечно же, увидела его. Света хоть и не было, но из незашторенных окон огни ночного города немного освещали квартиру.

— Марк? — ахнула Карина и остановилась. Она была в верхней одежде, какая-то длинная зелёная куртка, а поверх неё болтался длинный шарф, ну хоть его она развязала.

— Привет, Конфета, — лениво протянул он, внимательно разглядывая ее лицо, смену эмоций на нем.

— А я… я вот…

Она замахала ладонью, пытаясь что-то выразить, и он ей помог:

— Привезла Кристину, я слышал. С Новым годом тебя.

— Да, спасибо. И тебя.

— Как ты? У тебя все хорошо?

— М-м-м… — она как-то странно промычала, словно начала что-то говорить и тут же решила сказать другое, вовсе так и не вымолвив ничего. — Да, отлично, — все же улыбнулась она, демонстрируя ему свои ямочки на щечках, чем, пожалуй, и решила исход этого разговора. Скольников отпустил обивку дивана и корпусом подался вперёд, не отпуская взглядом Карину. Он, словно хищник, затаился для прыжка. — Я хотела принести Кристине воды.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Марк кивнул и мотнул головой в сторону кухни, мол, проходи, а сам не отрывал взгляда от неё, когда она сначала несмело, а потом более торопливо пошла на кухню. Как только Карина покинула зону гостиной, Марк тут же поднялся с дивана и в считаные секунды оказался рядом с Кариной.

Подошёл к ней со спины, мягко сжал ее за плечи, наклонился к ней и глубоко втянул воздух. У неё даже волосы пахли безумно вкусно. Черт.

— Марк…— слабо, словно испуганно, протянула Карина. Он же просто резко дёрнул ее, разворачивая в своих руках, а затем, не давая ни ей, ни себе времени на то, чтобы передумать, поцеловал.

Он начал беззастенчиво ласкать ее губы, шею, подбородок – все, до чего мог добраться, пока она была ещё в верхней одежде. Он обхватил ладонями ее за затылок, забираясь пальцами в длинные и мягкие волосы. Наслаждаясь каждым мгновением, он даже не заметил, как слабо и приглушенно застонал в ее губы. Какой-же вкусной и ласковой она была.

Нет, одно молодое тело просто невозможно заменить другим, когда для тебя оно больше, чем просто тело. И, пожалуй, именно в этот момент Марк наконец-то признался в этом себе и понял, что правила игры нужно было кардинально менять.

Глава 21

Двумя часами ранее

— Этот год стал для меня судьбоносным, — громко произнесла Олеся, с улыбкой глядя на своего мужа, держа поднятой вверх руку с бокалом, до краев наполненным яблочным соком. — Спасибо тебе, Глеб, что появился в моей жизни, — уже намного тише и более интимно добавила она, и я опять почувствовала себя лишней, но все же тоже подняла бокал с таким же соком, как и у подруги:

— С Новым годом!

Мы громко зазвенели хрусталем, затем все отпили сок из бокалов, отмечая уже новый, наступивший год. Да, Глеб сегодня тоже не пил. Поддерживал жену. Вчера к ней наконец-то вернулась память, а я как никогда почувствовала себя лишней и ненужной. Даже сейчас… им очень хотелось провести этот Новый год — свой первый совместный Новый год — вдвоем, но они не пожелали оставлять меня одну.

Вчера Леся позвонила мне и попросила уложить на ночь Марину и Сашу, ее голос был наполнен счастьем. Еще бы, они наконец-то остались с Глебом наедине в ее маленькой квартире. А сегодня я наконец-то рассказала ей о своем положении и желании уехать из столицы.

Подруга, конечно, была недовольна и начала заверять меня, что я здесь не лишняя и она будет только рада, если я останусь жить в их огромном доме. Ведь я так долго помогала ей, теперь пришел ее черед, и она с радостью отплатит мне своей поддержкой и помощью. Ее слова меня немного успокоили, но все же ощущение того, что я здесь лишняя и нужно устраивать свою жизнь самостоятельно, чтобы не зависеть ни от кого, никак не покидало меня.

Пока молодые родители целовались, у меня зазвонил телефон. Кристина. Надо же, как она дозвонилась? В это время все друг друга стремятся поздравить, а потому постоянно лишь один сбой сети.

— С Новым годом, малая! — прокричала я в трубку вместо приветствия, ответ же сестры меня удивил:

— Карин, забери меня, — сквозь слезы пробормотала она, и я тут же поднялась и вышла из-за стола.

— Родная, что случилось?

— Мне плохо, я, кажется, выпила лишнего. И мне срочно нужно уехать из этого места. Ка-а-рин…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Какого? Ты же собиралась отмечать с Машей.

— Нет, меня Рома пригласил на вечеринку и…

— Адрес! — резко прокричала я, потому что от словосочетания «Рома» и «вечеринка» меня сразу бросило в холодный пот. Плавали. Знаем. — Напиши… Карин, ты сможешь напечатать? Вышли мне хотя бы свою геопозицию…