Нечего терять - Ли Чайлд

— В чем состоит твоя работа? — спросил Ричер.

— Я помогаю там, где требуется, — ответил великан.

У него был нормальный голос, но слегка глуховатый из-за того, что он выходил из такой мощной груди.

— Что здесь происходит? — осведомился Ричер.

— Перерабатывается металл.

— А на секретном участке?

— На каком секретном участке?

— В южной части, за разделительной стеной.

— Там просто свалка. Для отходов, которые невозможно использовать. Ничего секретного.

— Почему же она заперта и охраняется?

— Чтобы люди не ленились. Кое-кому надоедало работать, они выбрасывали хороший металл, и мы теряли деньги.

— Ты один из менеджеров?

— Я контролер.

— Хочешь проконтролировать мой уход отсюда?

— Тебе отсюда не уйти.

Ричер посмотрел в окно. Солнце уже поднялось над горизонтом. Еще через пять минут оно окажется выше восточной стены.

«Я могу уйти отсюда», — подумал он.

Ворота для транспорта были открыты, несколько машин выезжали с завода. Если правильно выбрать время, проскочить мимо великана, добежать до ворот и запрыгнуть на платформу грузовика, игра будет закончена. Теперь, когда разводной ключ лежал на полу, великан перестал быть таким опасным. Он не был вооружен и сидел на низком кресле. И у него очень большая масса — с гравитацией не поспоришь. А у Ричера имелись ножи.

— Я играл в профессиональный футбол, — заявил великан.

— Но не слишком хорошо, — отозвался Ричер.

Великан промолчал.

— Иначе ты бы сейчас комментировал матчи для телевидения или жил в особняке в Майами, а не гнул спину здесь.

Великан не удостоил его ответом.

— Могу спорить, ты и с этой работой справляешься не лучше.

Великан молчал.

«Я могу уйти, — снова подумал Ричер. — Но я не стану это делать.

Я останусь и посмотрю, что будет дальше».

Ему пришлось прождать двадцать минут. Великан продолжал неподвижно сидеть около двери, Ричер — на своем месте в углу. Происходящее его не слишком беспокоило. Он мастерски умел убивать время. Утреннее солнце поднималось все выше и вскоре заглянуло в пластиковое окно. Луч, в котором переливались все цвета радуги, повис над письменным столом.

Наконец дверь распахнулась, великан расправил плечи и отодвинул свое кресло в сторону, чтобы мастер смог войти. Тот по-прежнему держал в руках рацию. У него за спиной, в ярком прямоугольнике дневного света, Ричер видел работающий завод. Двигались грузовики и краны, множество людей усердно трудились, во все стороны летели искры, офис наполнился шумом и лязгом. Мастер остановился между дверью и креслом Ричера.

— Мистер Тарман хочет тебя видеть.

«Семь часов», — подумал Ричер. Воэн закончила свою смену. Она направляется в кафе, чтобы позавтракать и проверить свой «шевроле», возможно, тревожится о Ричере. А возможно, ей все равно.

— Я могу выделить мистеру Тарману пять минут.

— Ты будешь говорить с ним столько, сколько потребуется.

— Возможно, он владеет тобой, но я человек свободный.

— Вставай и иди за мной, — велел мастер.

Глава

38

Ричер вышел вслед за мастером из трейлера, и перед ним открылась дверь соседнего офиса. Они оказались в такой же металлической коробке, но внутри она выглядела лучше. Ковер, кожаные кресла и письменный стол из красного дерева. На стенах висели картины — изображения Христа из дешевого магазина. И на всех Иисус был обладателем голубых глаз, голубых одеяний, длинных светлых волос и аккуратной бородки. Он больше походил на серфингиста из Малибу, чем на еврея, родившегося две тысячи лет назад.

На углу письменного стола лежала Библия.

За столом сидел мужчина в костюме-тройке из хорошей шерсти, и Ричер предположил, что это мистер Тарман. Он выглядел лет на семьдесят. Розовый, полный, преуспевающий. У него были умеренно длинные седые волосы, тщательно причесанные и ниспадающие на плечи. Казалось, он только что вышел из телестудии, где был гостем игрового шоу или телепроповедником. Ричер с легкостью представил, как мистер Тарман хватается за грудь и обещает, что Бог поразит его сердечным приступом, если слушатели не пришлют ему денег.

«И слушатели пришлют, — подумал Ричер. — С таким лицом его завалят пятерками и десятками».

После того как мастер дождался кивка и вышел, Ричер сел в кожаное кресло и сказал:

— Меня зовут Джек Ричер. У вас есть пять минут.

— Я Джерри Тарман. Очень рад встрече с вами, — ответил мужчина, сидевший за столом.

— Теперь у вас осталось четыре минуты пятьдесят шесть секунд, — заявил Ричер.

— На самом деле, сэр, у меня есть столько времени, сколько я пожелаю. — У него был мягкий, сладкозвучный голос. Когда он говорил, его щеки слегка подрагивали. Слишком много жиров, не хватает мышечной массы. Не самое приятное зрелище. — Вы творили безобразия в моем городе, а теперь без разрешения проникли на территорию моего завода.

— Это ваша вина, — упрекнул его Ричер. — Если бы вы не послали своих громил в ресторан, я бы быстро поел и давно бы уже покинул город. У меня не было никаких причин здесь задерживаться. Вы управляете вовсе не Волшебным королевством[17].

— Я не ставил такой задачи. Это промышленное предприятие.

— Да, я заметил.

— Но вы знали об этом несколько дней назад. Уверен, жители Хоупа вам все рассказали. Зачем вы суете сюда свой нос?

— Я любознательный человек.

— Несомненно, — сказал мистер Тарман. — И у нас возникли кое-какие подозрения. На заводе действует налаженный процесс, мы применяем методики собственного изобретения, которые, если хотите, можно считать промышленными секретами. Шпионаж причинит нам существенный вред.

— Меня не интересуют проблемы переработки металлов.

— Теперь мы это знаем.

— Вы меня проверили?

Тарман кивнул.

— Мы провели небольшое расследование. Вчера вечером и сегодня утром. Вы тот, за кого себя выдали на слушании у судьи Гарднера. Проезжий. Никто. И вы действительно служили в армии десять лет назад.

— Да, это я.

— Но вы очень упрямый никто. Вы выдвинули смехотворное требование сделать вас помощником шерифа. И это после того, как в драке отобрали значок у настоящего помощника.

— В драке, которую начал он. По вашему приказу.

— И мы задаем себе вопрос: почему вы так сильно хотите узнать, что здесь происходит?

— А я спрашиваю себя: почему вы так сильно хотите это скрыть?

Тарман покачал большой седой головой.

— Мы ничего не скрываем, — сказал он. — Вы не представляете для меня опасности в коммерческом смысле, а потому я вам это докажу. Вы видели город, говорили с его жителями, а теперь я намерен провести вас по нашему заводу. Я буду вашим личным гидом и эскортом. Вы можете увидеть все и задавать любые вопросы.

Они сели в личную машину Тармана — «шевроле тахо», такой же, как автомобили охранников, но черный, а не белый. Очень скромный внутри. Рабочая машина. Ключи оставались в зажигании. Наверное, привычка. Впрочем, вполне безопасная. Никто не осмелится взять машину босса без разрешения. Тарман сам сел за руль, а Ричер устроился рядом. Сзади никого не было. Они вновь оказались вдвоем. Тарман направил автомобиль на юг вдоль западной стены, и они стали медленно удаляться от внутренних ворот. Тарман сразу начал говорить. Он перечислил методы управления, объяснил способы закупок и процедуры оформления счетов, рассказал о пункте первой помощи и его возможностях, коротко описал проблемы, возникшие у людей, которых Ричер туда отправил. Они ехали к топливным бакам, и Тарман пояснил, что каждый имеет объем в пять тысяч галлонов. В них содержится бензин для «тахо» и некоторых грузовиков, дизельное топливо для кранов, дробилок и другого тяжелого оборудования и жидкий химикат под названием трихлороэтилен, используемый для очистки металлов. А еще кислород и ацетилен для газовых горелок и керосин, служащий топливом для печей.

Через шестьдесят секунд Ричеру стало невыносимо скучно.

Он отключил Тармана и стал изучать завод самостоятельно. Однако не заметил ничего интересного. Огромное количество металла и люди, которые с ним работают. Ричер понял главную идею. Старый металл разрезают на части и расплавляют, а металлические болванки продают фабрикам, где производят новые вещи. Со временем новые вещи становятся старыми, и их снова привозят сюда и расплавляют.

Не наука о ракетах.

Проехав милю, они приблизились к внутренней стене, и Ричер заметил грузовик, поставленный поперек ворот, словно для того, чтобы скрыть их. За стеной не летели искры и не поднимался дым к небу. Казалось, здесь уже закончили работу.

— А что происходит там? — спросил Ричер.

— Это наша свалка. Для материалов, с которыми уже нельзя работать.