Горький шоколад 2. Из пепла - Ульяна Жигалова

деньги, деньги и ещё раз деньги. В интернат на должность кастелянши было решено внедрить женщину, которая должна была помочь вывезти Алекса с закрытой территории. Конечно, Ксения считала, что это будет она. Но Ник боялся, что Алекс узнает её и выдаст, поэтому искали местную любительницу риска. Такую нашли среди бывших осужденных, лет тридцати пяти мулатка, крупного сложения, и явно тяготившаяся своим положением официантки в баре.

Дальше, три группы вооруженных охранников на машинах должна была доставить мальчика в штат Флорида, там пересесть на яхту, уйти в Мексику и уже из Мексики – вылет в Москву. Другого способа вытащить ребенка из-под юрисдикции хваленой демократической страны не было. Расчетное время в пути от семи до десяти часов, но поскольку операцию планировали вечером, рассчитывали, что основная часть пути будет без пробок.

По мере готовности, Ник дал команду Ксении с Игнатом выехать в Россию, но женщина отказывалась, хотя и понимала, что как только станет известно о похищении, ей грозит тюрьма. Угрозы и уговоры не действовали, тогда Ник обманул её, сказав, что мальчик уже в машине и едет к границе. Только тогда Игнат смог увезти жену в аэропорт. Как только они прошли на посадку, началась операция по похищению Алекса.

Кастелянша пришла поменять белье в комнату Алекса, и попросила его помочь донести узел белья до подвала. Там, не поясняя ничего, вколола ему снотворное. Быстро укрыв его в тележке узлами с грязным бельем, выкатила тележку к машине из прачечной. В той машине уже были люди Ника. Ребенка достали, чтобы не задохнулся и по дороге в прачечную пересели в другой автомобиль. Автомобиль, вместе с двумя другими, сразу же направился в сторону границы с Флоридой. В первом же городке высадили кастеляншу, вручив ей триста тысяч долларов, как и обещали.

Макс, руководивший операцией, не сомневался, что погоня начнется не позже, чем через два часа. Они были еще в районе города Маунт-Вернон, когда наблюдатель сообщил, что в интернат прибыла полиция. Еще через полчаса полиция была в прачечной, и через три часа был объявлен розыск по всему штату.

В районе города Кингсленда, на подъезде к границе штата, на трассе уже стояли посты полиции, три автомобиля почти перекрыли дорогу, машине Макса дали знак остановиться. Алекс, спящий и загримированный, спал на заднем сиденье во второй машине, которая шла следом с интервалом в пять минут. Но её тоже остановили, как и третью. На посту машины осматривали одновременно. Алекса обнаружили, но не смотря на девчоночье платье и банты, велели разбудить и подтвердить, что это девочка. Максу и третьей машине дали знак уезжать, из полицейского автомобиля к Алексу шла женщина, на ходу одевая резиновые перчатки. Стало ясно, что придется прорываться с боем, собственно, этого они и ожидали. Макс отъехал на сто метров вперед, дал команду, бойцы достали из тайников укороченные автоматы, и резко развернувшись машина понеслась назад, поравнявшись с полицейскими машинами, аккуратно выставленными в ряд на обочине, дали очередь по колесам. Полицейские кинулись прятаться за машины, а второе авто с ребенком рвануло вперед. Чудом уцелевшая машина полиции бросилась за Максом, полицейские с пистолетами пытались стрелять, но весь обзор им закрыла третья машина, водитель которой как раз стал объезжать полицейские автомобили.

Две машины пересекли границу штата, им нужно было еще проехать чуть более ста километров, и там в порту Сент Огастина их ждал Ник на быстроходной яхте, арендованной в Мексике.

Гонки на трассе были непродолжительными, ребята стреляли по колесам, и через полчаса машина полиции отстала. Макс, оторвавшись от преследователей, съехал на грунтовку, сверился по карте, через тридцать километров его должен был ждать сменный автомобиль. Такие подмены из арендованных машин были выставлены вдоль трассы в трех расчетных точках. От него они по объездной вернулись на скоростную трассу. Плохо, что они разделились, но еще одну засаду они не ожидали, все получилось, как рассчитывали, полиция их ждала у границы штата.

После моста через реку Сент Морис, две первые машины тоже ждал сменный транспорт, бегом сменили машины, Алекс был уже одет в мальчика, и опять гонка. До порта гнали как сумасшедшие, благо скоростные трассы позволяли. Алекс понемногу просыпался, и со страхом смотрел на незнакомых людей.

– Малыш, мы везем тебя к папе Нику, хочешь я ему позвоню? Не бойся! – Охранник набрал Ника и сунул телефон Алексу.

– Пап? Пап, это ты? – прошептал мальчик.

– Да сынок, это я! Я жду тебя, мы нашли тебя! Мама ждет нас в Москве! Не бойся ничего, ты в безопасности! – Ник старался говорить громко, но связки подводили, и он почти плакал от невозможности сказать твердо и четко. Но именно это и стало узнаваемым моментом, и малыш расслабился, узнав тихий голос названного отца.

– Папа, я так тебя ждал! Я знал, что ты найдешь меня, – в трубке послышались рыдания, тихие и горькие.

– Сын, мы вместе, и все будет хорошо! Подожди, через час я тебя заберу насовсем.

Две машины летели по ярко освещенной трассе, все дальше унося мальчика от страшной судьбы, к папе. И он закрыл глаза, улыбаясь.

Макс должен был нагнать своих до отплытия яхты, он потерял на объезде где-то минут сорок, на путаных петлях проселочных дорог. Теперь приходилось гнать под двести, на незнакомой дороге Макс уже пару раз простился с жизнью. Но вот, и мост на пограничной реке, за ним – один автомобиль на стоянке, значит два других уже забрали. Бегом пересев в новую машину, выскочили на трассу и помчались на предельной скорости. Сейчас нарушать правила, и попасться полиции уже второго штата было никак нельзя.

В порт Макс успел в последнюю минуту, к его удивлению, на яхте был Ник, со своей тросточкой и ехидной ухмылкой. Двигатель уже работал, и не успел он поставить на палубу вторую ногу, как сходни стали убирать и яхты отчалила от причала. В каюте доктор-мексиканец осматривал Алекса, и удовлетворенно покивав головой, не велел его будить.

Макс принял душ и упал спать, но заснуть не мог, адреналин кипел в крови. Блин, сорок пять лет, а он, вспомнив молодость, участвует в погонях! Ник до утра сидел рядом с названным сыном, отмечая похудевшее и повзрослевшее лицо, вытянувшиеся руки и ноги. Сейчас сходства с сестрой не осталось совсем, Алекс превратился в высокого тощего пацана, ушла округлость щек, губы сложены в волевой и упрямый рисунок, горькая складка между нахмуренных бровей. Да, выпало деткам, не приведи Бог. Больше года скитаний по миру.

Он смотрел в