Дьявольский кредит - Алексей Алимов

В общем, мистификация получилась грандиозной. Наверняка тот парнишка из сарая как следует в штаны напрудил. Главное теперь, чтобы после его рассказов в городе слухи пошли, на это как раз и был основной расчёт.

Уже заканчивая рассовывать снятые с похищенных из лагеря тел трофеи в рюкзак и седельные сумки, Хротгар обвёл всех участников вечеринки взглядом и спросил:

- Ну что, понравилась вам наша первая Дикая Охота? - Лукаво подмигнул он, расплываясь в плотоядной улыбке.

- А то! Ещё как! - первой среагировала магичка. - Хорошо, только мало, продолжения хочется! Но ты не обманул моих ожиданий, я осталась крайне довольна охотой... - её глаза всё ещё горели азартом и это было настолько естественно и красиво, что лидеру северян вновь пришлось утихомиривать разбушевавшиеся гормоны.

- Хорошенького понемножку! - Ответил возрождённый, - И так по шесть туш на нос уволокли, были и нет, как корова слизнула! Но потом можно и повторить... - Многозначительно протянул он.

- Фёдд, да ты же меня знаешь - я всегда с радостью! - Встрял Торстейн, расплывшись в широченной довольной улыбке чеширского кота. - Давненько я так не веселился. Мы их расходуем, а они на нас пялятся в ужасе с трясущимися коленками и не рыпаются - прямо как бараны на заклание! Только те, что посмелее, немного подёргались, но что их убогие ковыряльники против кольчуги чёрной стали? - Здоровяк разразился смехом.

- А меня, вот, беспокоит, не вызовем ли мы подобным поведением гнев богов? - Немного настороженно и с опаской вполголоса спросил Цверг. - Всё-таки Дикая Охота - это исконная забава Одина...

- Не волнуйся, брат, сегодня Один явно был на нашей стороне! - Успокоил друга Хротгар, - К тому же, я уверен, если он наблюдал за нами, то зрелище ему явно понравилось. Он же ко всему прочему ещё и бог мудрости, вспомни саги - он всегда поощрял военные хитрости!

Потратив некоторое время на сборы, переодевшись и бросив тела в глубокий овраг и добротно завалив их сверху камнями, чтобы не было видно, на что ушло чуть ли не полночи, честная компания забрала из загона возле лагеря лошадей и, подметая за собой следы, направилась в город.

Глава 13

Последствия веселья

Добравшись до окраины города, пока луна ещё ярко освещала небо, карательная команда первым делом направилась в пригородное поместье лорда. Поместье, конечно, не восхищало королевским размахом, но всё равно было достаточно обширным и основательным - было и несколько полей овса и пшеницы, и добротные крестьянские селения, состоявшие из полутора десятков строений каждое. Хотя дома и были деревянными, но были построены из ладных брёвен, крыты не соломой, а осиновой дранкой, некоторые даже черепицей, причём, в основании каждого дома лежал добротный каменный фундамент. По всему было видно, что крестьяне в хозяйстве лорда жили весьма вольготно и не бедствовали. На холме же в центре владений величественно возвышался небольшой, но весьма солидный замок, обнесённый приличных размеров каменной стеной и рвом. Мост через ров не был поднят, но его охраняли несколько кряжистых и хорошо бронированных охранников, видимо дружинники лорда.

Подъехав по мосту к воротам и представившись, Хротгар и его люди дождались появления привратника и проследовали за ним к конюшням, где, что было удивительно, хватило места не только для их лошадей, но и для трофейных. Было очевидно, что сэр Эрдал увлекается лошадьми, поскольку его конюшни поражали своим размахом и обустройством. Они располагались в огромном по площади здании с каменными стенами, облицованными изнутри деревом, причём дубом, а не дешёвыми породами, вроде сосны или ели. Из того же дуба, кстати, отлично выструганного, были сделаны загоны и стойла, в которых помимо семейных лошадей хозяина и скакунов дружины, стояли животные всех набранных им наёмников. И даже после размещения ещё шести лошадей команды северянина, а также трофейных, в конюшне оставалось ещё достаточно места, чтобы вместить ещё столько же! По дороге к выходу, возрождённый отметил, что в конюшне трудится не менее десятка конюхов, кроме того, в кормушках лошадей было не сено, а вполне пригодное для питания людей овсяное зерно, судя по всему, собранное с виденных ранее хозяйских полей. Похоже, лорд не испытывал проблем с деньгами и охотно тратил ресурсы на своё увлечение. Даже пол был целиком выложен из камня, а в стойлах обильно усыпан смесью сена и древесной стружки, чтобы животным было теплее и за ними было проще убирать.

Устроив свой верный транспорт на постой, отряд последовал за привратником уже в замок, где им выделили комнаты в гостевом крыле. Замок, снаружи казавшийся скромным и небольшим, поражал воображение размерами и количеством внутренних помещений, при этом вызывая уважение хорошо продуманной планировкой, совмещавшей комфортное расположение комнат с обилием различных оборонительных сооружений, необходимых в случае прорыва внутрь врага. Последние, впрочем, совсем не мешали размеренному течению жизни внутри в мирное время. Стоит заметить и то, что внутренний простор был достигнут не в ущерб толщине внешних стен. Кроме того, в каждой из выделенных гостевых комнат помимо весьма недурственной и приятной глазу обстановки наличествовали полноценный камин и кладовка с дровами для него.

Что касается обстановки в замке, то всё вокруг было пропитано чувством вкуса при полном отсутствии показной роскоши, которую северянин ожидал увидеть в доме у наделённой властью и богатством особы. Все предметы убранства были к месту, в то время, как полностью отсутствовали какие-либо излишества, призванные подчеркнуть статус своего владельца. Разве что пару раз на стенах взгляд Нордгардца отметил щиты, видимо с родовым гербом местного правителя. Герб изображал геральдический щит, словно ограждающий лес и дома людей, скрывающиеся за ним, а над щитом парил сокол, сжимающий в лапах меч, неусыпно наблюдая за происходящим. Насколько северянин мог трактовать, герб олицетворял защиту и надзор за подданными со стороны правителя.

Всё увиденное вызвало в Гъене чувство уважения к местному властителю, поскольку он явно хорошо вёл хозяйство и заботился о своих вассалах и простых людях, о чём явно свидетельствовала зажиточность местных крестьян, впрочем, он понимал, что это лишь первое впечатление и за пределами поместья всё может оказаться иначе.

Сложив вещи в комнатах и заперев на ключ двери, всё-таки пока не было никаких оснований доверять прочим наёмникам, последовавшим за сэром Эрдалом, друзья расселись в креслах в холле замка, ожидая, пока к ним спустится единственная девушка в команде. Они договорились собраться вместе и отправиться в какой-нибудь трактир в столице, нужно было отметить первый совместный успех.

- А тут вполне уютно! - Заметил молчавший до этого Харальд. - Когда вернёмся из похода обратно на север, надеюсь, добычи хватит, чтобы отгрохать себе подобное жилище. - Его заинтересованный взгляд блуждал по обстановке холла, а руками он гладил мягкие и удобные подлокотники кресла.

- С чего это ты завёл этот разговор, а, дружище? - лукаво сощурившись, Атли мерил своего друга изучающим взглядом. - Чем тебе не нравится имение твоих родителей?

- Да просто у меня за плечами уже пять боевых походов с вами, друзья, этот уже шестой, а я как-то не чувствую вокруг себя ауры славы, всеобщего уважения и прочих приятных мелочей. Не то, чтобы родители меня в чём-то ограничивали, но из-за их разведения виверн, все вокруг относятся ко мне, как к скотоводу. Я постоянно нахожусь в их тени. Хочется уже создать себе, наконец, имя. - Красавчик Харальд, а именно так его между собой за глаза называли друзья из-за весьма смазливой внешности, но главное, из-за его постельных подвигов, на минуту задумался, затем, обведя друзей взглядом, продолжил: - Да и моим родакам не очень-то нравится моя привычка приводить домой девушек каждую ночь. Кроме того, это вечное неприятное чувство, когда приглашая домой очередную девчонку, думаешь не о том, что будет дальше, а о том, как бы не попасться отцу или матери на глаза. Достало, хочу свой собственный дом, где я буду устанавливать правила!

- Так вот, в чём дело! - Расплылся в сальной улыбке медведеобразный Атли, встряхнув своими медно-рыжими жёсткими вихрами и окладистой бородой (он был единственным в отряде, кто её носил, возможно, потому, что пока только у него она и росла, чем он несказанно гордился). - Птенчик, наконец, решил выбраться из клетки, в которой его и так никто не держит! - Бьёрни (медвежонок), как его звали друзья, басисто расхохотался. - От горшка два вершка, а славы и почестей ему захотелось! Нет, я что? Я не против, похвальное желание! Только вспомни, сколько походов совершил твой отец, чтобы прославиться! Кстати, неужто ты забыл, что выводок виверн, которые с тех пор красуются на Вашем родовом гербе, он как раз и притаранил из последнего похода! Более того, именно за это его достижение Конунг в награду и дал ему основать новый род! Ты должен гордиться таким стариком! - Отойдя от смеха и резко посерьёзнев, выдал Бьёрни гневную тираду. И был в своём праве - он был самым старшим членом отряда и в свои неполные восемнадцать лет был уже в восьми боевых походах. Главой же отряда он не стал из-за своей природной вспыльчивости и не самого знатного рода. Да и не хотел он быть лидером. Нет, его род был славен своими походами, боевыми качествами и отвагой, а также отменными кузнецами, к которым, кстати, и относился Атли, но всегда был в тени более приближённых к Конунгу кланов Кровавых Клинков и Чёрных Топоров. Так что его задели за живое слова Харальда, отец которого прославился достаточно, чтобы получить право основать и возглавить новый род и носить родовой герб.