Нимформация - Джефф Нун

— Что вы хотите, инспектор?

— Возникла кошмарная ситуация, Дейзи. Кости спонсируют Хумфи, а те понукают нами. Работа копов превратилась в обслуживание крупных корпораций. Я говорю это без всяких протоколов, как вы поняли. Никакой видеозаписи.

— Вы предлагаете мне довериться вам?

— Следуйте за мной.

Крол встал и направился к двери.

— Куда мы пойдем?

— На улицу. На свежий воздух.

Площадь Альберта. Скамья посреди сквера. Нашествие кружащихся рекламок.

— Ваш отец сидел здесь этим утром больше часа.

— Он ждал меня?

— Нет. Он пас моих парней, пока те не оставили его в покое. Позже ему удалось сбить нас со следа. Он взял такси на Элтриншем и смылся. Похоже, тоже хороший игрок, не так ли?

Дейзи засмеялась. Она обеими руками прижимала к груди неказистую коробку домино, словно та была ее единственным сокровищем.

— Так в чем же смысл? Кто в наваре? Правительство и это чертово АнноДомино. А кто проигрывает? Все остальные. Я могу сказать, что ситуация в городе ухудшается с каждой игрой.

— Вы знаете, что они убивают людей?

— Знаю. Но поймите, Дейзи, у меня связаны руки. Не только я, но и вся полиция поставлена на колени. Недавно мне пришлось закрыть два уголовных дела. Большие парни сверху настояли на своем. В этой игре крутятся огромные деньги. Любое сопротивление бесполезно.

— Теперь у вас появилось третье дело?

— Вы имеете в виду Эдди Ирвелла? Нет, с ним все нормально. Он уже отпущен на свободу.

— Разве вы не отдали его в Дом Костей?

— Да, отдал. И именно туда мне полагалось отправить вас.

— Почему же вы не выполнили их приказ?

Осмотрев ближайшие скамейки, Крол раздражен но пнул ногой рекламную бабочку.

— Потому что я не знаю, какую тактику мне выбрать. Если я лягу под кости, мне поднимут оклад. Если перейду на вашу сторону, меня уволят с работы. Или, хуже того, отправят патрулировать улицы. Не думаю, что я смогу носить их большую «X» — не с моим животом и характером.

— Я не нахожусь в оппозиции к АнноДомино, — сказала Дейзи. — Вы зря говорите о какой-то моей стороне.

— Вы знакомы с той девочкой? С Целией Хобарт? Она везунчик, верно? Кости хотят провести над ней опыты. Они выцедят из нее всю кровь, а затем убьют. Этому нужно помешать. На кого вы работаете?

— На саму себя.

— Вы… и ваш друг?

— Да, нас двое. Но я отказалась от дальнейших поисков Целии. Это слишком опасно.

— А если мы будем работать вместе? Подумайте, Дейзи. С моими возможностями…

— Нет. Все кончено.

— Я понимаю.

Инспектор встал.

— Спасибо за игру.

— Я свободна?

— Да. Уходите, пока я не передумал.

— Разве вы не будете следить за мной?

— Мне известно, где вы живете.

— Тогда спасибо.

— Скажите профессору Хэклу, что взятки я принимаю чеком. Только не забудьте, ладно?

Дейзи вежливо улыбнулась.

К тому времени, когда она вернулась домой, «Золотой Самоса» закрылся на перерыв до вечера. Это было кстати — ей не хотелось встречаться с Джазиром. Пока не хотелось. Любые расспросы стали бы обузой. Она мечтала о покое. Чтобы были стол и ее задания. И сон на мягкой постели. А еще немного времени, чтобы обдумать ситуацию. Раздеваясь, она увидела записку: «Дейзи, я пошел искать тебя. Джаз».

Она тихо рассмеялась. Он нашел ее двумя минутами позже — уже в постели.

Так страстно они еще друг друга не любили.

Неподалеку от ресторана стояла неприметная полицейская машина. Двое копов жевали резинку и поглаживали пульсировавшие костяшки. Никаких алых «X» и отличительных знаков.

Когда «Золотой Самоса» открылся для вечернего обслуживания посетителей, все участники операции находились на предписанных местах. Джазир Малик работал в зале и с тревогой ожидал вестей о Целии. Дейзи Лав осталась наверху, но была готова спуститься вниз по первому сигналу. Джо Крокус и Сладкий Бенни провели весь вечер за одним из столиков, съев не меньше пяти блюд. Их машина, с заправленным баком, стояла снаружи. Никто не знал, куда запропастился Доупджек. Впрочем, это никого не волновало. После пятничной ссоры он так и не вернулся к Темным фракталам, и его списали со счетов как незначительную потерю. Макс Хэкл, предвкушая успех их нехитрого плана, угощал Джимми Лава холостяцким ужином. Он дал Джазиру несколько пьюни, которых хватило бы на щедрый заказ. Предполагалось, что эта компенсация смягчит негодование Сайда Малика и возместит бесплатное кэрри для нищенки.

Главное, чтобы она пришла. Все уравнение зависело от этого последнего условия.

Десять часов вечера. Ее по-прежнему не было. Одиннадцать часов. Ресторан неизменно закрывался в полночь, и ничто не могло заставить мистера Сайда отступить от этого правила — даже в воскресенье, даже ради сына, наделенного ослиными мозгами, даже ради уважаемого профессора Хэкла из Манчестерского университета, который оплатил большой заказ.

Оборванная нищенка появилась без десяти двенадцать и нагло потребовала обещанное кэрри для себя и своих друзей.

— Друзей? — закричал отец Джазира, когда ему передали ее слова. — Мне ничего не говорили о друзьях!

— Пожалуйста, отец, вам за все заплатят…

— До закрытия осталось десять минут. Мне придется платить персоналу за сверхурочную работу. Что еще захотят эти грязные люди, кроме семи порций особого блюда?

— Издержки будут компенсированы.

— Я ожидаю нечто большее, чем полную компенсацию.

Джазир вернулся в зал. Все посетители ушли. Остались только Джо Крокус, Бенни Фентон и семь оборванных бомжей, пришедших, чтобы получить награду за информацию о Маленькой Целии. Они непрерывно переходили от столика к столику, рассовывали по карманам сервировочные приборы и доедали остатки неубранной закуски. Двое мужчин затянули непристойную песню о бесконечной дороге к райской дыре, которой усталый бродяга найдет в конце концов покой. Они пили пиво, отрыгивали, попукивали, целовали меню и громко требовали, чтобы их скорее обслужили.

Джазир ублажал их как мог и, подавая блюда, расспрашивал нищенку о Целии.

— Я все тебе скажу, когда наполню пузо, — ответила она, слизнув с губы пикантный соус. — Отличная хавка, парнишка!

— Вам известно, где она? — с тревогой спросил Джаз.

— Еще жратвы!

— Еще, еще! — хором закричала нищая братия.

Зевающая пасть Йондельского чудовища открылась в начале 1970 года. Гротескные арки, сборных конструкций заняли место нескольких кварталов с домами и рядами магазинов. Гигантский открытый рынок проглотил их, как ненасытный обжора. Его двадцатипятилетнее царствование в качестве окончательного эксперимента по маркетингу товаров было прервано четырьмя террористическими актами в исполнении различных радикальных группировок, последняя из которых называлась «Дети болота». В 1998 году эта небольшая банда эковоинов разрушила здание взрывом метановой бомбы. Йондельская корпорация прекратила финансирование, монстр испустил последнее дыхание, и на его потрескавшихся стенах появились «особые», «исключительные» и «разовые» предложения о продаже и сдаче в аренду.

Через год над главным входом рынка повесили новый плакат: «Скоро открываемся! Эксперимент Домидома! Торговля числами!» При всем уважении к АнноДомино следует заметить, что эта компания нуждалась в дополнительных красотках — особенно учитывая их выход на национальный уровень и большие затраты на создание обширной инфраструктуры.

После часа ночи в преддверии утомительного понедельника Шад-хилл погрузилась в тишину и мрак. Эта улица тянулась за сонным мегарынком. Ни одной вывески, никаких объявлений, полнейшее отсутствие рекламок, поющих о будущем процветании. Машина остановилась около гигантского ангара. Бенни за рулем, Джо на пассажирском месте, позади них — Дейзи и нищенка, которую звали Мамаша Моул. По пути сюда она рассказала трем Темным фракталам, что Маленькая Целия скиталась по улицам в поисках Ирвелла. В воскресенье вечером она пришла к бродягам и сообщила им о своих опасениях за жизнь Большого Эдди. Нищие предложили ей помощь, объединившись перед угрозой плохих костей. Но они ничего не нашли — ни следов, ни выигрыша…

Оставив Бенни в машине с работающим двигателем, Джо и Дейзи последовали за Мамашей Моул. Они пробрались через отогнутую вентиляционную решетку и проникли в компрессорный шлюз — небольшое помещение, в которое выходили вентиляционные патрубки. В старые добрые дни оно служило лежкой для бродяг, где даже зимой было тепло и уютно. От прежних потоков плохого воздуха остался лишь неуловимый запах пыли и метана.

Мамаша Моул бесшумно шла по темному проходу. Дейзи и Джо шипели и ругались на каждом шагу, страдая от столкновений с выступавшими трубами и полуотодранными настенными панелями. Одна из них вовсе отсутствовала. Нищенка юркнула в черную дыру и поманила за собой своих гостей. Следующий тоннель оказался еще более узким, но в конце него виднелся слабый свет и слышался шум отдаленных голосов. Перед последним вентиляционным отверстием проход расширился. Петли решетки, смазанные маслом, не издали ни звука. Спрыгнув на бетонный пол с метровой высоты, Дейзи и Джо вдохнули затхлый воздух подземелья.