Ст. лейтенант. Назад в СССР. Книга 12. Часть 3 - Максим Гаусс

тот нож достал. А в проулке нам еще один встретился, вооружен пистолетом был. Лейла его шлепнула.

— Кто это такие? — спросил я, глядя то на девушку, то на Корнеева.

Лейла, скинув хижаб в сторону, проверила обойму своего пистолета. Ее лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась решимость и усталость одновременно.

— Не знаю, Максим. Они не были похожи на случайных бандитов, — сказала она, и в ее голосе прозвучала твердость и уверенность. — Движения у них отработанные. Типичные, заученные. Скорее всего, местная агентура оппозиции. Работают грубо, по старым методам.

— Меня искали? — почти с полной уверенностью уточнил я, чувствуя, как нарастает ярость. Опять появилась эта паутина, которая сжималась вокруг нас.

— Не знаю, — неуверенно покачала головой Лейла. — Шут мог привлечь их чем угодно. Но все же, думаю, что его приняли за тебя — вы слегка похожи комплекцией. Одно ясно, в городе активно работают чужие «гости». И совсем недавно.

— Шут?

— Она права. Думаю, что Калугин перестраховался и через своих пакистанских друзей слил информацию оппозиции. А мотивировал их тем, что ты тот самый человек, кто им в лагере смерти все вверх дном перевернул. Естественно они захотели отыграться.

Я кивнул. Это классика. А уж спящих ячеек оппозиции в крупных городах точно хватает. Ну, генерал, ну курва. Боится и использует все средства. Но почему? Чего он так испугался?

— Не удивлюсь, что информация о ликвидации Вильямса тоже попала куда нужно. Американцы тоже могуг быть заинтересованы в этом. Стало быть, Макс, ты сейчас нужен всем. А выставил тебя Вильямс как дезертировавшего советского разведчика.

Я задумчиво покачал головой. Калугин, редкая тварь. Шут прав. Но ничего, как только у меня на руках будет серьезный компромат, когда я передам его полковнику Хореву, Калугину и другим генералам КГБ, что нацелились на «перезагрузку» СССР, очень быстро перекроют кислород. А там и имя свое очистить не проблема.

Тяжело вздохнув, пытаясь совладать с гневом и решимостью действовать, я все же заставил себя сесть на деревянную лавку. Обстановка потихоньку накалялась, но пока у нас еще было достаточно пространства для маневров. Враги не знали нашего точного местонахождения, они вообще ничего пока не знали. На месте Шута мог быть кто угодно, это вовсе не означает, что тот, кого ищет генерал КГБ Калугин, находится именно здесь.

— Ладно, — сказал я, заставляя себя мыслить радикально. — Вот что, сидеть здесь дольше нельзя. Слух о том, что двух агентов оппозиции отработали в центре Кандагара, разлетится быстро. Нужно как можно скорее выбираться из города и двигать на восток. Именно на восток, а не на север. Чтобы сбить с толку. Считаю, что Калугин остановился на том самом варианте, где я просто хочу вырваться из Афганистана в Союз. Что я ищу убежище. Ну, какие у нас варианты?

Шут невесело хмыкнул, покачал головой.

— Машину можно раздобыть! — первой начала Лейла. — Через того же Карима это несложно. Не удивляйся, наша службу безопасности давно в курсе, что время от времени он помогает советской разведке. Но это нам мало поможет. Ведь все выезды из города сейчас наверняка контролируются. Почти всех проверяют. Особенно русских, хоть их тут не так уж и много.

— Ясно. А если самолет? — предложил я, чувствуя, что и этот вариант сейчас не самый эффективный.

Лейла отрицательно мотнула головой, ее лицо было серьезным.

— Гражданский аэропорт — как сквозь сито. Всех военных пассажиров из Союза сверяют со списками, которые прислали из Москвы. Гражданских русских там почти нет, а если и будут, их непременно проверят. Сразу возникнут вопросы — кто, что и зачем. Даже если бы и были поддельные документы, это тоже не сильно бы помогло. К тому же, затеряться в толпе тоже не получится — мирные жители Афганистана сейчас почти не летают, это очень дорого. Да и зачем? Рейсов на северо-запад, в сторону Мазари-Шарифа, почти нет. Только через Кабул. Или еще восточнее.

— Поезд? — не унимался я, отчаянно цепляясь за любую возможность. — Товарный состав.

— Пассажирские поезда проверяют не менее тщательно, — ответила Лейла. — Но есть товарная станция на северной окраине. Туда свозят хлопок и шерсть. Охраны меньше, контроль слабее. Составы как раз идут на восток, через бывшие советские гарнизоны, до Кундуза. Оттуда уже ближе к северу.

Мы обсуждали возможные варианты еще минут сдвадцать, взвешивая все возможные риски. Самолет был быстр, но слишком опасен. Машина — предсказуема и уязвима на дорогах. Но на ней же легко затеряться среди открытых территорий Афгана. А поезд, особенно товарный, давал хоть какую-то надежду на скрытность и относительно быстрое перемещение. Вряд ли до подобного могли дотянуться щупальца генерала.

— Решаем на поезд, — подвел я черту, поднимаясь с места. — Проверим товарную станцию. Лейла, ты знаешь, как туда попасть быстро и незаметно?

— Знаю, — кивнула она, но в ее глазах мелькнуло сомнение. — Но это будет непросто. Километров пять по торговым кварталам и пустырям, что после войны остались брошенными. Идти придется в темное время суток. Но это время.

— До заката еще почти три часа! — заметил Корнеев, посмотрев на часы.

— Ну а куда деваться? — возразил я. — Будем наблюдать за периметром. Если что, сразу уходим. Тут есть запасной выход. Лейла, ты с нами?

— Думаете, я пришла сюда просто поговорить? — возразила девушка. — Вы помогли мне в Пакистане, я помогу вам.

Мы дождались пока стемнело. К счастью, никто нас не потревожил. Карим покинул эту точку окончательно, а местным заброшенный дом никого не интересовал. Проверили оружие, свой внешний вид. Затем покинули укрытие, буквально растворившись в полутьме.

Лейла вела нас не по улицам, а через задворки, корткими и длинными переходами, что переплетались между собой. Все абсолютно одиковое, никаких ориентиров. По сути, это настоящий лабиринт — если не знаешь куда идти и не ориентируешься, заблудиться здесь проще простого.

Мы двигались бесшумно, от тени к тени, замирая при каждом шорохе или отдаленном гудке машины. Лейла шла впереди, то и дело останавливаясь и меняя направление. Она безошибочно находила проходы в заборах, лазейки между дувалами. Дважды мы залегали, пропуская джипы с зажженными фарами. Там мог быть кто угодно. Но вряд ли мирные жители будут лазить ночью по пустому городу просто так.

Через два часа изнурительного пути впереди, за последними дувалами, показались огни товарной станции. Мы присели в тени полуразрушенного сарая, наблюдая. Едва я начинал чувствовать усталость в теле, как вырабатываемый адреналин снова начинал бить в виски и разгонять кровь.

Территория была освещена редкими фонарями. Ничего особенного здесь не было — типичная железнодорожная станция, с кучей железнодорожных путей и